Нежность зверя, или Оборотная сторона любви

9. Темные уголки Дазана

Я медленно ступала по белому камню, окрашенному закатным светом. С этой работой я совсем позабыла, как хорошо бывает на природе. Вкусный воздух, спокойствие и приятное одиночество…

— Здравствуйте, — раздалось позади меня. Я обернулась, вздрогнув от неожиданности. — Извините, не хотел вас напугать.

Передо мной в инвалидной коляске сидел пожилой импозантный мужчина. У него не было обеих ног, и я почему-то тут же испытала вину за то, что стою на своих двоих.

— Все в порядке, — попыталась улыбнуться. — Я Хеллия, меня Дазан пригласил.

— Дазан? — удивился мужчина. — Пригласил? Он в курсе, что вы тут?

— Ну да, мы вместе с ним приехали, — мне стало не по себе. Такое ощущение, что меня в чем-то подозревают.

— Интересно, — протянул загадочный гость, и затем, глубоко вдохнув воздуха, улыбнулся. — Хеллия, приятно познакомиться, я — Свантор. Отец Дазана.

Ого! Отец. Определенно оборотень, но… инвалид. Очень неприятное сочетание для главы семейства. И наверняка неприятное чувство бессилия для его внутреннего зверя.

— Прогуляемся? — сделал приглашающий жест рукой Свантор и, не дожидаясь ответа, покатил вперед по дорожке. Я развернулась и последовала за мужчиной, гадая, насколько же часто Дазан приглашает сюда девушек? Отец вон удивился…

Если редко — то как подобной чести удостоилась я?

— Как вы познакомились моим сыном? — поинтересовался мужчина, снижая скорость и позволяя мне идти с ним наравне.

— Мы коллеги.

— О, вы актриса?

— Да. Наши герои — главные в этом фильме, и мы, видимо, на этой почве… нашли общий язык.

Язык мы точно нашли, ага.

По спине легчайше проскользнули мурашки от воспоминаний наших поцелуев.

— Дазан до этого не приводил в дом своих коллег.

— Я так и поняла, — нервно фыркнула. — Сама понять не могу, что я здесь делаю.

— Видимо, вы очень нравитесь моему сыну.

— Я? — прыснула и тут же прикрыла рот рукой. — Не думаю. Просто ваш сын очень добрый и хороший, вот и все. Порядочный, искренний… — я вовремя остановила себя. Ого, Хеллия, ты поешь дифирамбы мужчине? Как на тебя это непохоже!

— Понятно, — Свантор дружелюбно улыбнулся. — Да, Дазан именно такой. Правда, говорят, он еще и повеса… — и смотрит внимательно, отслеживая мою реакцию.

— Я знаю, что о нем говорят, — кивнула, — но меня это не касается. В том смысле, что мы не пара. Он просто пригласил меня отметить… — я прикусила язык, не желая признаваться в былом неумении получать удовольствие от поцелуев.

Хотя былом ли? Я все еще неумеха. Я все еще боюсь мужчин, их липких взглядов и наглых прикосновений.

И только с Дазаном мне спокойно.

— Что отметить хотите? — какой въедливый отец! Или, скорее, заботливый?

— Легкое прохождение сложной сцены, — проговорила как можно беззаботнее. — Мы ее усердно репетировали и сегодня сыграли на отлично!

— Я вас поздравляю, — проговорил Свантор, заворачивая на дорожки, по которым я еще не гуляла. — Но ваша миссия не завершена: еще ведь не все сняли?

— Да, там дальше мои сцены с обращением в тигра…

— А вы, Хеллия, хотите стать тигром?

Вопрос прямо в лоб. Такая вот прямолинейная провокация. Переживает за будущее Дазана и хочет разузнать все о странной девице побольше?

…Ну да, есть люди, которые используют оборотней, чтобы добиться от них укуса. Кому-то не нравится быть хлипким человечишкой — хочется преобразиться, перевоплотиться, «усовершенствоваться». Но мне хватает силы тела и разума, которыми наградила меня природа.

А в ответ маниакально настроенному отцу так и хочется крикнуть: не собираюсь я охмурять вашего сына! Да, он мне нравится, но вряд ли нас ждет какое-либо совместное будущее! И оборотнем я становиться не хочу! Успокойтесь — и позвольте мне тоже успокоиться.

— Не думала об этом, — и не удержалась от ехидства. — А вы что же, беспокоитесь, что в ваш клан войдут не те люди? Или с чего вдруг такой вопрос?

— Мне нравится ваша прямолинейность, — хохотнул мужчина, весело поглядывая на меня. — Буду честен: мне очень неожиданно видеть вас в этих стенах. После смерти моей супруги Дазан не заводил долгих отношений и не допускал сюда никаких особ женского пола. У нас даже работники все — мужчины. Понимаете?

Я остановилась, словно меня поразила молния. Все мысли в голове как будто разбежались. У Дазана нет матери?..

— А почему же он такой мягкий и добрый? — вырвалось. Обычно эти качества мать и воспитывает. Или?..

— Ну, Дазану было шестнадцать, когда умерла Эва, — лицо Свантора омрачилось. — Он успел напитаться ее любовью — хотя бы ее… — в его голосе послышалась горечь. — Я тогда был очень занят кланом, работой, бизнесом. И не уследил трагедии… Эва получила травму; Дазан наверняка до сих пор винит себя… Не сумел спасти, не смог уберечь… Она ведь была обычным человеком.

— Он до сих пор переживает? — прошептала я. Мысли, которые доселе где-то пропадали, сейчас закружились в безумном хороводе, не давая выцепить что-то важное. Что-то… Нужное.

Да, оборотни могли объединяться в пары с людьми. Конечно, это было для них не сильно в почете, и главе семейства приходилось хорошенько постараться, чтобы не растерять уважение — но физиологически наши расы были вполне совместимы.

— О да, конечно, переживает. И с тех пор из чувства вины он помогает всем девушкам, которые, как ему кажется, попали в беду. Скажите мне, он как-то вас… спасал?

Вампир подери! Да! Он спас меня! Он показал, каково это — наслаждаться близостью с противоположным полом, каково это — принимать заботу и поддержку!..

И с ним я готова на куда большие открытия…

Но… Следующая мысль отрезвила. Что, если меня спасали только потому, что так надо?.. Если ко мне, к Хеллии — у Дазана не было никаких чувств?

— Да, спасал… — едва слышно выдавила, пытаясь справиться со слезами. Нет уж, я уже побыла слабой, хватит! Пора снова становиться собой, девочка!