Нежные объятия льда. Правдивая история Белоснежки

Глава 8

А ведь мачеха была права. Меня там ждали женихи. Стоило появиться на балу, как король намекнул, кого хотел бы видеть моим мужем. А если бы велеросы сказали свое «да», то со свадьбой король тоже не затянул бы. Руки генерала тогда были бы развязаны.

– Я думаю, да. Мачеха не даст вам выйти замуж, – кивнул гер Брю. – Ей нужно время, чтобы отыскать новый кошелек. И чтобы деньги там были набиты плотно.

Я крепко сжала губы, вспомнив слова кухарки, что мачеха отняла у Белоснежки драгоценности ее матери. Возможно, их уже нет дома. Урсула вовсю готовилась к разводу.

– Сегодня она пыталась соблазнить короля, – я смотрела на реакцию лекаря. – И он едва не повелся.

Гер Брю вздохнул.

– Если бы Урсула стала фавориткой, она бы развернулась во всю мощь. С ее то норовом. Благо, она не догадывается, что генерала и короля связывает не только дружба, но и более тесные связи.

– Вы обо мне?

– Да. Король никогда не тронул бы жену графа, помня, что вы его крестница. Здесь даже сомневаться не стоит.

Я прикусила язык, чтобы не проговориться, что Урсула уже нашла замену генералу. Молодого и красивого. Но король, безусловно, был лучше.

«Ах, как же сильно я ей насолила!»

Судя по тому, как дорого был одет ее любовник и какой величины бриллиант сверкал на его пальце, он не нуждался в деньгах.

«Хорошо она устроилась. С одной стороны денежки генерала, с другой – молодой кобель».

Но в чем–то он ее не устраивал, раз она поставила на короля. Хотя, кто может сравниться с королем по богатству и влиянию? Моя мачеха честолюбива. После генерала должен быть только король. Или кто–то равный ему.

– Гер Брюнольф, скажите, пожалуйста, а вы случайно не заметили того мужчину на лестнице? Как думаете, он велерос или нет?

Лекарь нахмурился, не понимая, о чем я.

– Король сказал, что подписал торговый договор с велеросами. И они, якобы, находились на балу… Отец и сын.

– Ах, да, видел, видел! У них весьма характерная внешность. Они настоящие богатыри, – он согнул в локте руку и напряг свой хилый мускул, демонстрируя силу чужеземцев.

Я закусила губу. Если здоровяк – велерос, то предложение короля становится неприемлемым. Выйти замуж за любовника мачехи – что может быть хуже?

Мы преодолели большую часть пути, когда я вспомнила, что дома меня ждет разъяренная Урсула. Кто остался бы на балу после позорного представления?

– Хотите, я отвезу вас к себе? – гер Брю понял, о чем я беспокоюсь, кусая губы. – Познакомлю со своими дочерями. Пусть Урсула за ночь перебесится…

– Я когда–нибудь бежала от трудностей? – я с вызовом подняла подбородок, ожидая ответ «Никогда!»

– Всегда, – с извиняющейся улыбкой ответил лекарь. Он смотрел на меня с жалостью. – Закрывались в своей комнате. Или прятались от гнева мачехи у тетушки Иды. А однажды просто исчезли, и мы насилу вас отыскали. Всю деревню подняли на ноги, отправив прочесывать лес.

– Я была трусихой? – поразилась я.

Так вот почему Белоснежка запрещала говорить отцу о побоях. Она боялась, что мачеха будет относиться к ней еще хуже. Папаша–то все время в отъезде. И королю не обмолвилась, боясь, что некрасивая правда об их семье выплывает наружу.

Короче, у меня были претензии к мужской половине семьи Белоснежки. Насколько надо быть нечутким и близоруким, чтобы не понимать, что его дочь обижают? Солдафон и есть солдафон.

– Вы и сейчас не очень смелая, – тихо заметил лекарь.

Ответ старика меня убил. Я уставилась на него.

– И правильно делаете, что не обостряете ситуацию, – «утешил» меня гер Брю. – Вам надо выйти замуж, тогда у Урсулы не будет причин преследовать вас. Генерал сам разберется с ней.

– Ну уж нет. Теперь я другая, – я показательно расправила плечи.

Доктор вздохнул, когда увидел, как у меня сжались кулаки. Он не верил, что я справлюсь с мачехой. Слишком долго та внушала Белоснежке страх. Или Золушке?

Я уже терялась, в какой из сказок нахожусь. А что, очень похоже на историю о замарашке. Только Золушка потеряла башмачок, а я плащ. Я тихо рассмеялась, представив, как «принц», если бы он не был женат, мотался бы по всему королевству с потерянным плащом в руках. Уж по его размеру незадачливый жених точно не нашел бы «ту самую–самую».

Остаток пути я мысленно готовилась к диалогу с мачехой. У меня была козырная карта. Я знала о ее любовнике. А раз так, король тут же даст генералу разрешение на развод. И никакого дележа имущества не потребуется. Вылетит пробкой!

Особняк встретил тишиной. Услышав мои шаги в холле, вышла со свечой горничная Ланца.

– Урсула уже дома? – спросила я, скидывая ей на руки плед.

– Нет, еще не приехала.

Я обернулась на стоящего на пороге гера Брюнольфа.

– Куда она могла подеваться?

Лекарь пожал плечами.

– Может быть, заночевала в городе? – предположила Ланца. – Бал заканчивается под утро, а у хозяйки много подруг, у которых она могла бы остановиться.