Нежный возраст

7. Голова закружилась

Во второй школьный день с учебой тоже не сложилось. Кирилл оделся, между прочим, нормально, только колечко оставил. Елена Петровна скользнула взглядом по наглаженным стрелкам на брюках, улыбочкой одобрила форменный пиджак, а потом увидела кольцо в его носу и в позу встала.

— Снимай, — заорала громче звонка на урок. — Ты в этом году решил характер показать?

Кирилл офигел от наезда математички и из принципа отказался. Выслушивать угрозы про вызов родителей в школу не стал, схватил рюкзак и, хлопнув дверью, вышел из класса, потому что нервные клетки не восстанавливаются, в отличие от числовых цепочек, например. Он прогулялся по этажу, на стенде с временным расписанием уроков увидел, что математика сдвоенная, и окончательно расстроился. Решение принял быстро: спустился на первый этаж, нырнул под турникет, игнорируя вопрос охранника о разрешении на выход из школы, и оказался на улице. Погода стояла отличная. Бесцельно побродив по улицам, дождался открытия торгового центра и просидел на фудкорте, перечитывая ветки бесед готик-чата. Недавно один чел начал там тему реальных встреч раскручивать, предложил желающим отмечать точки вписок и анонсы тематических тусовок. Кирилл отслеживал новые сообщения, надеясь найти что-то подобное и в его городе. И вот оно — везение, которого ждал. Третьего сентября — Кирилл на всякий случай сверился с виджетом календаря — первая осенняя туса ролевиков на «Фонтанке». Он сразу пробил точный адрес и решил, что пропускать такое нельзя. Ролевики, конечно, не готы, но тоже креативные, не скучные. В их заморочки про связь с мастерами, чтобы оплатить взнос и получить загруз, вникать не стал. Для начала можно просто потусить среди них, почувствовать атмосферу.

Ближе к двенадцати позвонил Саня и поинтересовался:

— Я не понял, ты куда-то свалил?

— Типа того.

— И чего бодаешься? Все равно не дадут так в школу ходить.

Кирилл сам не знал, зачем с учителями ссорится. Может привычка сформировалась, говорят же «все из семьи идет».

— Все норм будет, Саныч. Еще немного погуляю и опять учиться начну.

— Кто ты, братан? Куда слился мой друг отличник, — в притворной панике застонал Саня.

Они поржали немного, обсуждая варианты от похищения марсианами до внезапного отупения в результате вспышки на Солнце, потом Саня на урок смотался.

Домой Кирилл вернулся в положенное время, примерно минут через тридцать после окончания всех уроков. Скупо ответил на дежурные вопросы мамы, съел разогретый обед и, сказав, что надо уроки делать, закрылся в своей комнате. Никаких уроков, понятно, не было. Он достал наушники и, включив расслабляющую «Kingdom's Coming» от группы Bauhaus, рухнул на кровать. Английский готик-рок в последнее время слушал постоянно. Если честно, такого стресса от школы Кирилл не ожидал. Как ученик, всегда был на хорошем счету, его часто ставили в пример, не придирались к мелочам и иногда прощали то, за что другим моментально ставили двойки. Предполагал, конечно, что некоторые учителя новый образ не оценят, что поворчат немного и привыкнут. Строгих требований к школьной форме ведь не было. Только начальные классы ходили в одинаковую сине-красную шотландскую клетку, а средние и старшие могли не заморачиваться этим. Прослушав дважды напевы Питера Мерфи, Кирилл решил не носить клипсу в школе, раз это так раздражает учителей. «И родители довольны будут», — подумал Кирилл, закрывая глаза. Из сна выдернул голос отца, снова о чем-то ворчавшего. Мама почему-то кричала, что совсем ей не свойственно. Кирилл пересел ближе к двери, послушать причину их ссоры.

— Олег, это переходный возраст. Чем больше запрещаем, тем хуже. Я канал одного психолога слушаю, и она говорит, что…

— А я тебе говорю, — перебил отец, — что пока не поздно, эту дурь из него надо выбить.

— И как ты это делать собираешься? Вы лбами долбитесь, как два осла, и только хуже становится.

— Инга, не беси! Из-за твоей мягкости он от рук отбивается.

— А ты разве не принимаешь участие в воспитании сына? — сорвалась мама. — Если я все порчу, то ты куда смотришь.

— Инга!

— Не кричи на меня!

Мама заплакала. Она не умела слезы сдерживать. От этого у Кирилла противно как-то на душе стало. Скорее всего, эта заноза Елена Петровна позвонила отцу и нажаловалась за прогул. Странно только, что отец не вломился к нему, не здесь орет, а матери нервы крутит. Маму спасать надо было. Кирилл встал, представив себя пикадором, отвлекающим разъяренного быка от уставшего матадора. Внезапное сравнение повеселило. Получалось, это быкующий отец клипсу в носу носить должен. Кирилл ухмыльнулся, но отсмеяться не успел, потому что отец все-таки атаковал его комнату. Дверь внезапно отлетела, ударившись об Кирилла. Глядя как ноздри отца гневно подергиваются, Кирилл осознал, что все еще улыбается, и с усилием сжал губы. Никто из них не ожидал такой скорой встречи, нос к носу практически. Мама выглядывала из-за отцовской спины и тревожно моргала.

— Я сниму, — сказал Кирилл.

— Что снимешь? — с надеждой уточнила мама, вцепившись в плечи отца.

— То, что вас так бесит. Сниму.

— Ты как с родителями разговариваешь, одолжение нам делаешь? — дернулся отец, скидывая мамины руки, и по-новой завел «заезженную пластинку». Занудил, что вкалывает без отдыха и вкладывает в образование сына денег несчитано, а «неблагодарное создание» им с матерью нервы треплет. Договорился до того, что с дочерью спокойнее жилось бы, девочек контролировать легче. Отец махал перед его носом руками, но не трогал. Мама пыталась между ними влезть и уговаривала отца успокоиться. Кириллу захотелось уйти из дома и подольше не возвращаться. Может, вообще никогда. Но он так и не двинулся с места, мамины слезы его остановили. Когда отец устал и свалил в спальню, Кирилл позволил маме себя обнять и закрыл свою дверь.