Нежный возраст

27. Может, сказал что-нибудь не так

Кирилл вернулся под утро, стараясь не разбудить Саню, порылся в холодильнике: доел остатки пирога и напился воды прямо из графина. Грязные джинсы скинул на пол, завалился на диван в гостиной и не смог уснуть. Все, что случилось ночью, казалось нереальным. Он облизнул пересохшие губы, они слегка побаливали, и перевернулся на живот, чтобы хоть как-то отвлечься от навязчивых, но приятных мыслей.

С кладбища они с Элейн сбежали. Встали вдвоем на самокат, который Кирилл припрятал у ворот, и дали газу. Шерп громко ругался им вслед, а Элейн без остановки смеялась.

— Не тормози, Киса. Нам с этими старперами не по пути, — подгоняла она и нетерпеливо подпрыгивала.

Самокат от ее энергии болтало; Кирилл с трудом успевал следить за дорогой и сохранять равновесие. Хорошо, что Шерп не побежал ловить их, в принципе, догнать мог легко. Когда докатили до ближайших домов, самокат бросили и побежали, взявшись за руки. Неслись куда-то, пока задыхаться не начали.

— Подожди, — сказала Элейн, остановившись. — Мне... воздуха... не хватает.

Кирилл сдерживал кашель, рвущийся из пересохшего горла, и оглядывался в поисках какого-нибудь круглосуточного.

— Пить не хочешь? — спросила Элейн, словно услышала его мысли. — Я умираю, как хочу.

— Пить? — переспросил Кирилл. — Пойдем.

Он предложил ей свою руку, но Элейн покачала головой и улыбнулась.

— Я вот чего хочу, — сказала она, коснувшись губами его щеки.

А потом они целовались... и целовались… и еще раз целовались...

Кирилл резко встал, прошелся до кухни, схватил со стола графин и, жадно глотая, выпил всю воду. Вспомнил слова, которыми Элейн дышала ему в ухо, и довольно улыбнулся.

— А-а-а, да блин, — громко выкрикнул он, похлопав себя по лицу. — Соберись, тряпка!

Кириллу хотелось ее увидеть. Он вернулся в комнату, вытряхнул телефон из кармана джинсов и позвонил Элейн. Она не ответила. Тогда Кирилл позвонил еще раз. Еще пять раз, пока не швырнул телефон на диван. Это наваждение требовалось срочно остановить, потому что в любой момент из своей комнаты мог вывалиться Саня. Кирилл решил, что лучше домой пойти. Поднял с пола свои джинсы и выругался:

— Черт!

Одна штанина, полностью измазанная, напомнила о падении. Джинсам надо было вернуть приличный вид перед возвращением домой. Кирилл подумал, что запустить стиралку у Сани и дождаться, пока они высохнут, проще, чем объясняться с мамой. Из Саниной комнаты послышалась возня. Спустя пару минут друг, с припухшими после сна глазами, вывалился в гостиную.

— Давай постираем, плиз, — сказал Кирилл, протягивая ему джинсы.

Саня, хлопнув по плечу, прошел мимо и бухнулся на диван.

— Ты во сколько пришел? Я до пяти утра не спал. Думал, вас там закопали где-нибудь. Выкладывай.

Кирилл бросил джинсы на пол и сел рядом.

— Жаль, не получилось тебя взять, — немного слукавил он, чтобы сделать другу приятное. — Приперлось много незнакомых и слишком взрослых. Капец, какими скучными становятся люди после двадцати. Им лишь бы за жизнь говорить и тупые анекдоты травить.

Довольный таким признанием, Саня потребовал подробности.

— Просто сидели и базарили? Хм, стоило ради этого переться ночью на кладбище? Не договариваешь ты чего-то, — не поверил Саня.

— Разок над нами прикололись. Типа под свист, ну знаешь, в свисток дули, как наш физрук, когда его капитально достали. В общем, из-за могилок выскочили люди в черных накидках с капюшонами и давай на нас цепями махаться. Толстенными такими.

— И как? Струхнул кто-то? Это же фигня какая-то.

— Особо впечатлительные после этого домой свалили, — пожал плечами Кирилл. — Мне-то по барабану. И правда, не страшно получилось.

— А со штанами тогда че? — Саня кивнул на джинсы.

— Так тесно там, на кладбище. И скользко после дождей. Когда зассавшие побежали, один подкатился и повалил за собой других. Как эффект домино. Помнишь, прикольные ролики с тобой смотрели?

Саня кивнул. Хотел еще что-то спросить, но у Кирилла зазвонил телефон.

— Мама. Проверка, — подмигнул он Сане и ответил на звонок.

Саня поднял его джинсы и утопал в ванную. Кирилл сказал маме, что все нормально, только что проснулся и домой пока не торопится. Мама предложила занести им еды, но Кирилл отказался, уверяя, что у Сани стратегические запасы. Позже, когда они с Саней хлебали чаек, позвонила Элейн. Кирилл выскочил из кухни, намекая, что разговор личный, и спустя пять минут натягивал Санины штаны.

— Саныч, подстрахуй меня еще разок. Если что, если вдруг, то я у тебя… с тобой и все такое. Хоккей?

— Интуиция подсказывает… — недовольно хмурился Саня.

— Ты лучший, друг. За своими джинсами я позже забегу. Повесь их на батарею, плиз, — Кирилл махнул Сане, прощаясь, и выскочил из квартиры.

Она стояла на крыльце общежития. Прятала лицо в огромный толстый шарф, а руки в карманы небесно-голубого пуховика. Ее забавную шапку с помпоном Кирилл заметил издали и не мог отвести глаз. Его ждала не Элейн, а именно Лена — обычная девушка, первокурсница Колледжа бизнеса, управления и технологии красоты. Вся такая простая, без клыков, цветных линз и кроваво-красных губ — совершенно не в образе, но очень красивая. Кирилл вспомнил, как совсем недавно она оттирала следы своей помады с его лица, и заулыбался. Лена отстранилась, когда он подошел слишком близко, и оглянулась на окна своей общаги.