Нежный возраст

47. Кругом виноват

— У девчонок, братан, логика кривая. Чуть влево шагнул — и все. Непробиваемая стена обиды между вами. Жди теперь, пока у Ленки не рассосется. Или забей.

Шерп по-дружески похлопал по плечу, советуя набраться терпения. Кирилл понимал, виноват сам, но не думал, что Лена так сильно обидится. Она перестала отвечать на звонки, читать его сообщения и на Фонтанку не пришла.

— Ты говорил, что она тебе нравится? — спросил Шерп.

— Кому?

Шерп присвистнул и закатил глаза.

— Деду Морозу, тля ты зеленая. Сосаться с ней значит достаточно взрослый, а понималка еще не дозрела. Раскинь мозгами и, может быть, поймешь, что для девчонок важнее всего.

— Что?

Кирилл, загруженный своими переживаниями, никак не въезжал, о чем Шерп говорит.

— Слушай, вали отсюда, пока у меня нервы не сдали. Зря я тебя принял в наш круг.

— Да что такого я сделал? — возмутился Кирилл.

Шерп почесал свою низкую переносицу, пожевал губы и сплюнул.

— Поф, только ради Ленки. Второй раз повторять не буду. Короче, э-э-э-э, — протянул он и, обматерив для начала, сказал: — Слова и дела! Остальное мишура. Понятно?

Кирилл отрицательно помотал головой. Нет, он не идиот, конечно, и понял, вернее вспомнил, про «любят ушами» и тому подобное. Но не понял, что сказать Лене.

— Я уже извинился, — вздохнул он. — И несколько сообщений написал. Но она все эти слова не читает.

— Наверное, тоже запасного себе нашла, — хмыкнул Шерп. — У тебя ведь есть малышка Леди Мертвых. И Ленке какой-нибудь менее занятой пацан нужен. Для баланса. Свободные отношения. Уловил?

— Кьяра? Ну это же... она, как сестренка. Чего все пристали с идиотскими намеками?! – застонал Кирилл.

— Кто еще? Ленка?

— Нет. Мать Кьяры докопалась. А я всего лишь помочь хотел, потому что сам привел ее сюда. Не думал, что так закрутится.

— Не думал! А надо, братан, сначала думать...

— Бли-и-и-н! — Кирилл сложился пополам, уткнувшись лбом в колени. — Такой фигней мне и отец постоянно мозги долбит: «думай», «должен», «делай»... д-д-д-д-д...

Кирилла реально добили слова Шерпа. Он хотел встать и уйти, но Шерп лупанул по затылку и рукой вдавил его голову между колен. Позвонки щелкнули, шея загорела от напряжения, Кирилл попытался вывернуться, но Шерп встал и придавил его спину ногой.

— Вот же... тля неблагодарная, — зашипел он, наклонившись. — Чтобы я рядом с Ленкой тебя больше не видел! И здесь не показывайся, просек? При следующей встрече отмутужу так, что мало не покажется. Исчезни!

Шерп отпустил, больно пнув по лодыжке. Кирилл встал и захромал, не оглядываясь. Кто-то из ребят заржал, кто-то легонько, словно в знак утешения, похлопал по спине. Кирилл был благодарен, но лишь отмахнулся. Мысленно он попрощался с Фонтанкой и своими «друзьями», потому что Шерп считался здесь негласным лидером. Но с Леной без объяснений расставаться не хотел, поэтому решил поехать к общежитию.

Время только перевалило за восемь вечера, когда он уверенно распахнул дверь и вошел в тесный закуток. Дальше была еще одна дверь, стеклянная. Кирилл потянул за ручку, но она не открылась. Тогда он прильнул носом к стеклу, выглядывая хоть кого-нибудь внутри. Никого не увидел и подергал дверь сильнее.

— Тебе чего?

Из-за угла вышла маленькая женщина и вопросительно вздернула татушные брови. Кирилл вспомнил, как Лена рассказывала про жадную до халявы комендантшу общаги, на которой кто-то из девчонок тренировался красить брови, и что-то пошло не так. Короче, с одной стороны волосы осыпались полностью, с другой — наполовину. Он улыбнулся, но не насмехаясь над бедной женщиной, а от нахлынувших теплых воспоминаний. С Леной, когда они оставались вдвоем, всегда было легко. Она переставала манерничать, много улыбалась, рассказывала забавные истории из своей жизни и даже стеснялась немного, когда Кирилл начинал первым целовать ее.

— Ты к кому, спрашиваю?

Комендантша подошла к двери, но не открыла.

— К Носовой Лене.

— Уехала, — ответила женщина и пошла обратно.

— Куда?

— Домой. К родителям, куда еще-то.

У Кирилла вырвалось одно словечко из нецензурного запаса Шерпа. Женщина обернулась и осуждающе покачала головой.

— Ты тоже домой иди. И куда ваши родители смотрят? Зеленые совсем, а уже любовь крутят, — громко заворчала она, уходя.

На слове «зеленые» Кирилла тригернуло, он долбанул со всей силы ладонью по двери. Стекло звонко хрустнуло под рукой и противно заскрипело, расползаясь паутиной трещин. Коменда развернулась, выпучив глаза, и разразилась таким нелитературным, которого Кирилл даже на Фонтанке не слышал. Он и сам матюкнулся, унося ноги. Кажется, в общагу ему тоже больше хода нет. Возвращаясь домой, еще раз позвонил Лене. Она не ответила. Потом он открыл сообщения и вспомнил, что и Кьяра его вопрос прочитала, но проигнорила. Долго не думая, он позвонил Кьяре. Она вообще сбросила.

— Да что, блин, происходит?! — психанул Кирилл и позвонил Сане.