Незнакомые люди

Глава 6

С малых лет в сердце Джеффри Гроффер горела мечтао карьере прокурора, он представлял расследования, судебные залы, наполненные напряжением и ожиданием правосудия, хотел бы служитьсправедливости, однако один роковой инцидентперекроил его путь внезапным, как резкий удар по стеклу, перечеркнув планы и приведя к увольнению. Жизнь изменилась в корне, а Джеффри не отчаялся, ноприобрёл новый взгляд на мир – грани между добром и злом стали размываться, ибо теперь он осознавал, что побеждает сила и влияние, и всё же вопрос о том, кто и как будет расплачиваться за проступки, казался ему более таинственным, оставленным на усмотрение высших сил. В новой реальности он стал искать свою роль, убеждённый, что пусть даже Бог, решает, кто побеждает, но именно человеческие решения рисуют путь в светлому или мрачному будущему. Для господина Гроффера чудо не является абстрактным понятием. Для него чудо – близкая и осязаемая реальность. Это его жена. Она его опора, свет в его темноте. С первых шагов вместе они разделяли моменты трепетных чувств, романтические вечера,взаимное созерцание утренней зари, он помнит, как она, с любовью и нежностью, кормила грудью их ребёнка, в её глазах он видит всю гармонию, а её голос успокаивает его душу. Вместе они переживали горестные прощания и утраты. Он та, кто делит с ним каждый вздох и каждую слезу. Жена Джеффри научилаверить его в себя, научила идти вперёд, несмотря ни на что. Полгода назад жизнь их взяла кардинальный оборот, когда женщина оказалась в больнице, сильное кровотечение стало испытанием, оставившим в глазах отражение беспокойства, ожидание результатов анализов, которые должны были подтвердить или опровергнуть онкологию, превратили мужчину в дрожащего зайца, ожидающего приговора. Но, благословенно, всё обернулось, не так плачевно. Операции избежать не удалось, и совсем на днях его жене удалили доброкачественную опухоль. Джеффри не мог отпустить руку жены, сжимавшей его собственную, он оставался и ночью около неё. В тёмные часы господин понимал, что смерть ближе, чем он думает, не ведал, как быть готовым к тому, что может настигнуть в любой момент, решившись обратиться в конец бескрайней дороги. Смерть не спрашивает о готовности, и даже те, кто добровольно её выбирают, не готовы к последнему вдоху. Трагический герой, потерявшись в мире среди безысходности, нашёл убежище в лице темноты, веря, что дальше последует покой. И можно ли его осуждать? Возможно, в этом грех, но мне ли понять, мне ли знать, что чувствует человек на своём месте. Только смерть уже не исправить.

— Врач обещал, что скоро ты будешь дома, ты идёшь на поправку, — произнёс супруг.

— Моё состояние не стало хуже, — поправила его, он поцеловал её руку. — Завтра снова весь день проведёшь у меня?

— Нет, не получится. Утром домой, а потом долженбуду встретиться с Мэйлин, — она немного взгрустнула, но это было связано с тем, что он сам приучил её к своему постоянному присутствию, поэтому, когда он уходил, ей казалось, что вместе с собой он забирает её частичку.

Джеффри вошёл в дом покойного господина Гербеля. При жизни господин любил много света и солнца в своём жилище, любил белый цвет, как никто другой в их семье, после его смерти ничего не изменилась – всё та же белоснежность и чистота, кажется, они останутся в этих стенах навсегда. Было что-то особенное в его любви к свету, это была не просто прихоть или привычка, а нечто большее, это была его философия жизни. Верил, что этот символ поможет очистить душу и тело, сделать человека лучше. Господин никогда не останавливался, чтобы подумать, – он ненавиделмыслить. Он не обманывал себя и знал, что не был святым человеком, но и они все не святые. Самое ценное, что он видел в своей жизни, – дочь, боялся выглядеть в её глазах чудовищем, никогда бы не хотел, чтобы она узнала всей правды, о некоторых его поступках. Он делал добро, делал зло. Его добро запоминалось. Для Джеффри он был другом и одним из немногих товарищей, кто протянул руку помощи в час нужды, когда его ложно обвиняли в содеянном, грозя разрушить жизнь, когда мужчина боялся потерять своё чудо, господин собирал доказательства его невиновности. Но, и когда совершал плохие поступки, они могли быть равносильны самой острой, самой жгучей, самой убивающей боли. Сын в его сердце занимал отдельное место, наверное, сын был единственным человеком, который заставлял его жалеть о прошлом. Но он не мог изменить прошлое, время уносило прошлое прочь, оставляя господина в настоящем. Он жил ради дочери, стремился заслужить её гордость.

— Джеффри, не сказал мне сразу? Разыгрывал спектакль. Мне всегда казалось, что ты закрываешь на всё глаза. А, нет, ты только закрывал на пакости моего мужа. Так спокойно сообщаешь мне, что я должна покинуть это дом… Перееду в квартиру и буду обеспечена всем необходимым.

— Это было желанием твоего мужа, — произнёс мужчина, — он оставил всё детям.

— Мне он говорил другое, — бесстрастно прошептала Мэйлин.

— Боялся, что ты сорвёшься и навредишь раньше времени.

— Я ненавижу ни его, ни тебя, готова проклясть всех, — в голосе женщины звучала горечь. — Когда вернётся Агна домой? Он ещё и о своём сыне вспомнил, как с его стороны благородно. Велтен уже здесь?

—Да, Мэйлин.

— Конечно, все падкие на богатство, — пробормотала она.

— Ты смотришь со своей точки зрения, — возразил Гроффер, — Велтен ещё ничего не принял. Я помогусобрать вещи. Мне жаль.

Джеффри складывал вещи в коробку из шкафа. Примет ли Мэйлин свою судьбу или начнёт бороться за то, что у неё сегодня отобрали? Он бы не хотел битвы, но ирасслабляться нельзя. Складывая журналы, коробки и фотографии, он наткнулся на чёрно-белую фотографию. На ней изображён мальчик, сидящий на высоком стуле, а рядом с ним стоит молодая госпожа.Семье Альт… «Странно, но в девичестве у неё была другая фамилия...» – подумал Джеффри. В комнатувошла Мэйлин, она подошла к нему и забрала фотографию.