Незнание-сила

Глава 18. Оля и искусственный человек.

Место, где приземлились Оля с Бэзилом, с двух сторон было тускло освещено факелами, которые на вытянутых руках держали двое мужчин. Один высокий и один значительно более низкий. Оба стояли, отвернувшись так, что их лиц не было видно.

При скудном свете факелов Оля первый раз вблизи увидела, как обращается оборотень. Очертания рыси на глазах расплылись, как будто тело зверя перестало быть твёрдым, растворившись в туманной бесформенной тени. Из неё постепенно сформировалось человеческое тело. Обозначилась голова, руки, ноги, лицо обрело знакомые черты, на голове запылала рыжая шевелюра и вот, наконец, Бэзил полностью принял человеческий облик.

Зрелище, конечно, вышло эффектное, но для современного человека, привыкшего к кинематографическим спецэффектам, не так чтобы сногсшибательное.

- Почему ты одет? – спросила Оля у Бэзила, когда он, поднявшись на ноги, отряхнулся и поправил одежду.

- Надеялась увидеть меня обнажённым? – заинтересовался он. – Я польщён.

- Опять твои шуточки, - проворчала Оля. – Серьёзно, как это происходит, что когда ты зверь, на тебе одежды нет, а когда становишься опять человеком – она снова на тебе?

- Ты уверена, что выбрала подходящее время, чтобы интересоваться моей одеждой? - Бэзил показал на приближающийся в темноте огонёк. К ним двигался кто-то с факелом в руке.

- Думаю, что знаю, кто это, - громко сказала Оля, всматриваясь в темноту, - это Вестник.

- Вынужден признаться, я не ждал, что вы меня узнаете так быстро. Собирался вас удивить, - сказал, подойдя, человек с факелом, и стало понятно, что это действительно Жан Вестник.

Он смыл грим, явив миру настоящее бесцветное лицо дворцового лакея. Тонкая накидка облегала его стройную фигуру без толстых накладок, которые раньше придавали телу дополнительный объём.

- Где мы? - спросила его Оля.

- Очевидно, что под землёй, - Вестник забрал у неподвижно стоящего мужчины факел и вручил Оле.

- Зачем я здесь? - задала она ещё один вопрос, беря факел в руку.

- Пойдёмте, я вам всё расскажу. Вернее, покажу, - он пошёл в темноту.

Оля сделала за Вестником несколько шагов, оглянулась на притихшего Бэзила и махнула рукой, чтобы тот тоже следовал за ними.

Когда они проходили мимо застывшей фигуры мужчины, у которого Вестник забрал факел, Оля с самыми мрачными предчувствиями заглянула ему в лицо. Это оказался молодой парень, который был ей не знаком. Судя по сведённым судорогой рукам и безжизненному лицу, он тоже лишился Искры.

К своему стыду, увидев незнакомое лицо, Оля испытала облегчение. Как будто беда, случившаяся с незнакомцем, не так страшна, как если это происходит со знакомыми тебе людьми.

Она перешла к другой фигуре и, поднеся поближе факел, увидела гнома, по глаза заросшего чёрной бородой. Судя по всему, это был пропавший брат мэтра Тимона, господин Тимон Лохматый, которого постигла та же участь, что и ранее его младшего брата.

Скрепя сердце Оля пошла догонять Вестника. Факел оказался довольно тяжёлым. Несмотря на спортивное Олино прошлое, руки от него быстро уставали и их приходилось часто менять. Оля шла быстрым шагом, стараясь не терять из виду Вестника, и судорожно пыталась оценить ситуацию, а заодно разобраться в своих чувствах.

Её охватило знакомое ощущение нереальности происходящего. Умом она понимала, что полностью находится в руках Вестника, который в любую минуту может сделать из неё такую же безжизненную куклу, но страха не было. Словно всё это было не по-настоящему, а в какой-то игре или спектакле.

Уже было совершенно ясно, что погасшие Искры – дело рук этого бывшего лакея. Очевидно, что разжалобить или иным способом уговорить его отпустить её не получится. Единственный её шанс выжить сейчас, решила Оля, – это оставаться ему нужной.

А ведь для чего-то она ему нужна, погасить её Искру он мог и наверху. Для чего нужна, пока непонятно, но не для чего хорошего, это точно.

- Зачем вам чужие Искры, я же знаю, что это из-за вас они гаснут, - Оля решила попытаться разговорить Вестника. В кино злодеи всегда любили в конце фильма поговорить своей гениальности и заодно раскрывали главному герою (или героине) свои злодейские планы. За это время обычно или сам герой придумывал выход, или кто-то успевал его спасти.

- Мне не нужны ваши Искры, я не умею их забирать, - Вестник обернулся, чтобы увидеть выражение Олиного лица. – Они гаснут сами, когда я забираю магию - ту энергию, которой вы пользуетесь, когда творите свои чудеса. Только вы в таких случаях отдаёте её добровольно и в небольших дозах, а я научился забирать её у вас принудительно и всю целиком.

Я много читал о магии. Вот вы всегда говорите, что Искра является источником магии, но, оказывается, одновременно магия поддерживает Искру. И если одномоментно всю её выкачать, ваши Искры гаснут.

Оля вспомнила, как впервые ощутила невероятное чувство пробуждения магии, как от Искры по всему телу побежали энергетические потоки, выплёскиваясь большой горячей волной наружу, чтобы образовать по её защитные щиты.

- Зачем вам столько магии? – спросила она. – Что вы с ней делаете? Вы же не маг и Искры у вас нет.

«Да и вас, как такового, собственно, нет, - продолжила она мысленно, - одна видимость, искусственная оболочка».