Ни с места, Дед Мороз!

Глава 3. Виктор

- И в каких таких войсках вы сидели? – подается вперед ко мне женщина в возрасте, которую звать Вероника Робертовна.

- В каком смысле? – отдаляюсь от нее.

Преграда в виде кухонного стола не внушает доверия.

- Хорошо, спрошу прямо, - пожимает плечом. – Где сидели?

Судорожно сглатываю, вспоминая все свои личные факты.

- В Магадане, - выпаливаю, хотя и не уверен, что именно это должен был сказать.

- Давно откинулись? – вскидывает брови женщина.

- Да вот.., - мямлю, забыв обо всем на свете. – Буквально в прошлом месяце.

- Мммм, - с досадой на лице. – Это ж вы даже домашней стряпни не успели вкусить, как вновь туда отправляться придется…

- Вы меня сдать хотите? – подгибаю бровь.

На мой вопрос Вера, хлопочущая возле плиты, резко оборачивается в нашу сторону.

- Да не нервничай ты так, Вер, - сразу реагирует женщина. – Успеет он отведать твоих пирогов. Вот накормим и приступим.

- К ч-ч-чему?

Мне откровенно страшно в этом доме. Потому что я совсем не понимаю намерений этой семьи.

Я влез к ним в дом, чтобы забрать деньги. Те самые, которые были свинчены у государства под благим предлогом строительства медучреждения в области.

Да, хозяин дома – крупный чиновник. Никто и подумать не мог, что он так неожиданно скоропостижно отойдет в мир иной. Еще больше страна удивилась, когда не нашла деньги, выделенные ему перед смертью на строительство целого медицинского комплекса. А это несколько миллиардов рублей.

Казнокрад, сам того не подозревая, подставил свою семью под удар. Ведь в сейфе денег не было. Только какая-то штуковина, которая брызнула в меня усыпляющим эфиром. Девочки сказали, что я далеко не первый. Но ведь могу быть и не последним.

Вопросов много. Первый – что стало с предыдущими домушниками? Второй – куда делись деньги? Третий – как будет отбиваться эта прекрасная половина человечества трех поколений, если преступники захотят выпытать у них, куда же все-таки делись деньги?

- Ой, мама, - словно защищает меня Вера, - вы бы лучше свое мастерство на девочках оттачивали.

- Так не могу, - с возмущением в голосе. – По-отдельности с ними еще так-сяк справляюсь, а когда вместе, они меня уже на третьем подстебе за пояс затыкают.

Вера улыбается своей очаровательной улыбкой, от которой я опять млею, что мне не свойственно.

- ПОЭТОМУ, - делает акцент Вероника Робертовна и хлопает по столешнице, чтобы привлечь мое внимание к себе, - дай хоть на новой жертве отыграться. Пока он обратно в Магадан не уехал.

Кажется, мне понятны их намерения. Они просто хотят сдать меня ментам.

И хорошо.

Хоть жив останусь.

Вот только шеф в ярость придет, когда я провалю операцию, придя с пустыми руками…

- И много до меня здесь было? – неожиданно перехватываю разговор, ведя в нужное русло.

- Да штуки четыре вроде, - задумывается Вероника Робертовна. – Так ведь, Вер? А вы когда лезли к нам, - обращается уже ко мне, - как раз мимо четырех елочек и прошли. Это же мы только в отношении вас проявляем свое снисхождение, - улыбается злобно.

Я с ума сойду от этой женщины…

- Мама, не нагнетайте жути, - пытается успокоить мать Вера, выставляя передо мной пирог с клубникой.

Шумно сглатываю.

- О, как потек, - сразу же подмечает женщина, уточнив сразу, - от пирогов-то…

Вот только ее поджатые губы в этот момент все равно настораживают.

- А почему вы к маме на «ВЫ» обращаетесь? – спрашиваю Веру, когда она ставит передо мной чашку и блюдечко.

- Так потому что не мама я ей, - отвечает за Веру. – Мама нашей Верочки умерла несколько лет назад. Ох, святая женщина была. Так жаль. А я вот осталась. Забавно, да? Мужа уже нет, а от свекрови безутешная вдова так и не избавилась, - опять улыбается, но не по-доброму.

- Я рада, что вы у меня есть, - улыбается ей невестка, быстро повернувшись в нашу сторону.

Мне же становится жарко от ее присутствия. Или волнение берет свое.

Раздвигаю полы шубы в стороны.

- Ой, Вер, - морщится Вероника Робертовна, заметив мои художества на теле, - не те домушники сегодня. Не те! Ты смотри: узоры, драконы какие-то. Ни крестов, ни куполов!

- Бросьте, мама, - мягко и тихо кидает Вера, присаживаясь рядом со мной.

Дергаюсь на месте от бегущего жара в груди.

Инфаркт?

Нет. Это просто ОНА присела рядом.

Вероника Робертовна несколько раз стучит пальцами по столу, рассматривая меня с интересом.

Чтобы избежать ее тяжелого взгляда, отпиваю горячий чай, который Вера мне уже налила своими заботливыми и нежными ручками.

- Девочки! – неожиданно кричит бабушка внучкам. – А музыку не хотите включить? Ну такую… тематическую! Для нашего вечера!

Девчонки сразу же включают.

- О! – поднимает палец вверх женщина и удаляется из кухни, напевая. – Владимирский централ, Ветер северный!..

Остаюсь с Верой наедине.

- И всех домушников вы так встречаете? – почему-то спрашиваю, ловя себя на неприятном чувстве ревности.

- Нет, - без тени смущения отвечает Вера. – Только вас. Креативом на креатив отвечаем.

Кажется, эта семья взяла меня в плен. То ли ментам сдать хотят, то ли действительно самостоятельно избавиться желают, чтобы посадить пятую елочку во дворе.

Но почему я этому безумно рад?..