Ни за что не влюблюсь

Глава 11

Как и было обещано Буржую, после Эрмитажа вся компания отправилась на игровую площадку. Пока дракончик и Баюн носились по детским горкам, лазали по лестницам и качались на всех качелях то вместе, то по очереди, Лиза и Даниил обсудили проблемы воспитания магических животных. Шёпотом, чтобы не услышали питомцы, рассказали друг другу самые смешные истории и договорились вместе погулять на следующей неделе.

Но Лиза ни словом не обмолвилась о необычном поведении нарисованных аристократов. Да, подмигнувший граф был не единственным ожившим портретом. Сначала Лиза растерялась, а потом стала фотографировать картины, персонажи которых пытались привлечь её внимание. По самым скромным прикидкам, их было штук десять.

Увести Ахилла с площадки оказалось сложнее, чем Буржуя, но маг справился. Подхватив капризничающего малыша на руки, он даже уговорил его помахать друзьям «Пока-пока» и парочка пошла на автобусную остановку. Лиза с котом направились к метро. До станции идти было метров пятьсот, волшебница целиком погрузилась в свои мысли и Буржуй успел сцапать пару воробьев. Очнулась она, когда услышала окрик: «Это же надо, какие мамаши пошли! Голодный ребенок на улице птиц ловит и ест, а ей хоть бы хны!».

Отвечать Лиза не стала, просто добавила шага и, свернув за угол, потребовала:

— Выплюнь!

Буржуй смотрел исподлобья и молчал. Из пасти торчали дрыгающиеся птичьи хвосты.

— Выплюнь сейчас же! Ты обещал не жрать птиц! Или клятва не работает?

— Очень ... — обслюнявленные, помятые и совершенно очумевшие воробьи вывалились на асфальт. Буржуй хотел их прижать, но волшебница перехватила лапу. Кот проводил взглядом упорхнувшую добычу и продолжил фразу: — Очень даже работает! Пусти меня, жадина-говядина! Я обещал не жрать птиц на кормушке. А об остальных договора не было.

Мысленно досчитав до десяти, Лиза решила, что купить колбасы будет дешевле. Оглянувшись, она увидела вывеску сетевого магазина. Правда, фирменный торговый знак был сдвоенным, рядом с красной буквой прикрепили такую же бирюзовую.

— Не сочиняй, я не жадина. Смотри, вон там магазин. Видишь? Сейчас куплю твой любимый сервелат. Просто прекрати шокировать публику слишком дикими выходками.

— Обычный сервелат, не магического производства?

— А ты какой хочешь?

— Нормальный человеческий.

— Окей, куплю какой скажешь, — согласилась Лиза. — Только сначала вопрос. Бирюзовая вывеска означает, что это магазин для волшебников?

— Угу. Там есть спецотдел с товарами для магов и волшебных существ.

— Первый раз такое вижу.

— Двойной знак встречается нечасто, — сказал Буржуй.

— Я попала в очень странный мир, — призналась магесса. — Где многие вещи, как суслик из старого фильма.

— В смысле? — Баюн посмотрел на девушку с любопытством.

— Ты их не видишь, а они существуют. Кстати, а магические деньги есть?

— Неа, есть акции и ценные бумаги магических банков, но деньги везде одни и те же, хоть у магов, хоть у людей.

— Ну, хоть тут обойдемся без путаницы. А я пойму что товар волшебный? И как рассчитываться за магические продукты?

— Они лежат отдельно, не перепутаешь. Когда открывались первые совместные универмаги, несколько раз люди ухитрялись прихватить волшебные штуки, было сто-о-о-о-о-о-лько шума! Так что теперь все строго разграничено. И рассчитываться за такие покупки нужно на магической кассе. Ты боишься накосячить?

— Есть немного, — призналась Лиза и они зашли в магазин.

Пока Буржуй выбирал колбасу, магесса прошлась по магазину. В волшебном отделе ассортимент был скромным. Сильнее всего Лизу удивили молоко единорогов, сыр с мухоморами и уголь для каминов с саламандрами. Купить что-нибудь с колдовскими свойствами девушка не рискнула, так что рассчитывалась она на обычной кассе. А на магической, где сидела дама в бирюзовой униформе, две девочки оплачивали мороженое из лилового молока альпийских коров. «Всё-таки не реклама. Надо будет попробовать», — подумала Лиза.

Домой они приехали, когда на улице уже начало темнеть. Буржуй почти сразу ушел на балкон «медитировать на галок». Лиза включила ноут и полезла искать информацию по «живым» картинам. Ничего особенного она не нашла, кроме того факта, что на всех полотнах были изображены люди, принадлежавшие одному и тому же дворянскому роду Волынских. Озадаченная, магесса пошла на балкон. Буржуй сунул в палатку что-то, очень похожее на рогатку и сердито спросил, что за срочные вопросы возникли у Лизы.

— Да вроде бы ничего срочного. Просто в Эрмитаже со мной пытались пообщаться портреты.

— Много было желающих? — тон кота стал деловым. Он закрыл молнию на палатке и открыл дверь в квартиру.

— Одиннадцать штук.

— И что они тебе говорили?

— Разговорчивыми оказались трое. Второй по счету граф по-французски сказал, что его прапрапраправнучка восхитительна и галантно раскланялся. Старая дама в напудренном парике проскрипела что-то про моветон, а барон похвалил моё стремление к искусству.

— А остальные?

— Остальные подмигивали, кланялись. Дамы приседали в книксенах. Но делали это всё молча.

— Надо посмотреть, к какому дворянскому роду они принадлежат, а потом...

— Я уже посмотрела, какие-то Волынские.

Потом не случился. Буржуй поперхнулся, закашлялся, прохрипел:

— Звони своему лейтенанту!

— Ты чего? Подавился?

— Ничего! Звони, кому говорю, — Баюн замахал на неё лапами и удрал на кухню отпиваться молоком. Лиза услышала, как хлопнул холодильник, потом раздалось бульканье и снова кошачий кашель, который перемежался восклицаниями «Какие-то! Кхе-кхе-кхе... Волынские и какие-то! Что в голове у этой женщины!»

Лиза покрутила телефон в руках и пошла на кухню.

— Слушай, а тебе не кажется, что уже поздно звонить? Седьмой час, человек пришел с работы, отдыхает, наверное. Давай я наберу ему завтра.

Буржуй вытащил усы из кружки и облизал с них молоко.

— Уверен, если бы ты позвонила Дмитрию ночью, он бы ещё больше обрадовался. Но раз ты такая стеснительная, то беспокоить твоего полицейского буду я, — кот достал свой планшет, растопырил правую переднюю лапу, отставил одну подушечку, как манерная барышня мизинчик и потыкал на кнопки. Ответил старлей после третьего гудка.