Ничего личного

Глава 11

В конце рабочего дня меня снова вызвал директор. Я уже скоро буду креститься от этих вызовов ...

Глубокоуважаемый господин Аносов-младший стоял у окна и оглянулся он только тогда, когда я вошла.

- Садитесь, - он прошел к столу и сел.

Села и уделила все свое внимание королевичу. Директор задумчиво вертел в руках ручку.

- Карина Сергеевна, всплыли весьма неприятные факты вашей...кх-м, работы, - начал он издалека.

- Я вас слушаю..., - тяжело вздохнула в душе, ожидая какого-то подвоха.

Такое впечатление, что этот кит предпринимательской деятельности горит энтузиазмом найти любую мелочь, чтобы придраться. А эксклюзивный сверлил меня взглядом. Под его взглядом я, конечно, вспомнила несколько косяков, но еще не готова была каяться.

- Мне неприятно об этом говорить, но стало известно, что вы брали откаты.

Он превзошел мои ожидания. Такой вечерней службы я еще не слышала.

- Да? А может вы уточните о ком именно сейчас идет речь?

- То есть это у вас обычная практика? - вцепился он в ручку так, что она переломилась в его руках.

- Нет. Но бывают исключения.

- Вы так легко признаетесь...- в голосе послышались нотки разочарования.

- Я понятия не имею в чем вы меня обвиняете. Можно обосновать ваши претензии?

- А вам наглости не занимать, - поцокал он языком.

- Я долго живу, всякое видела, - начала я разгораться. - Пожалуйста, конкретнее - кто и в чем меня обвиняет? Не то, чтобы грехов за мной не было, но и лишние мне не нужны.

- Вы всегда осознаете свои действия? - покосился он на меня.

- Елисей Игоревич, вам есть что предъявить?

- Вас видели и даже сняли момент получения отката от завода полимерных покрытий "Лидер".

И кто же это у нас такой глазастый? Заскрипела зубами. Да в лампочку все! Взяла телефон и набрала номер.

- Кому вы звоните? - поджав он губы.

- Не хочу вас разочаровать, но не в полицию.

А гудки все шли, а трубку никто не брал. Акула бизнеса подорвался с места с непонятными намерениями, а мне наконец сказали: "Алло?".

- Вячеслав Викторович, как ваши дела? - почти радостным голосочком пропищала я.

- Что такого важного случилось? - недовольно буркнул он. - Я в больнице, и дела мои х...хорошего мало в моих делах.

-Елисей Игоревич подозревает меня в злодеяниях, а конкретнее в том, что я брала откаты от "Лидера".

- Ты что сама не можешь решить этот вопрос?

- Соньке Золотой Ручке веры нет, - пожаловалась я.

- Развели детский сад, - бухтел шеф.

- И не говорите, - прочувствованно отозвалась я.

- Дай ему телефон. Ты же, наверное, у него сейчас?

- Так точно! Елисей Игоревич, прошу, - и я протянула ему свой телефон.

Светозарный покосился на него, как на очень ядовитую змею и осторожно, двумя пальцами взял.

- Слушаю...

И на несколько минут он действительно превратился в слух. Слов я не разобрала, но монотонным голосом Вячеслав Викторович вливал ему, я надеюсь, истину. Елисей морщился, но слушал.

- Да. Я понял. Вопросов больше нет.

Он нервно потер лоб и закончил разговор. Некоторое время смотрел в одну точку, выдохнул и повернулся ко мне.

- Вячеслав Викторович все объяснил. У меня больше нет вопросов. Но согласитесь, что все выглядело подозрительно.

- Проблема в том, что вам информацию донесли в искаженном виде, то есть кто-то нарочно вас дезинформировал. Согласитесь, стоит задуматься.

- Я учту ваше мнение. Вы можете идти.

Я направилась к выходу.

-Я не буду извиняться за свои подозрения, - догнали возле двери его слова. - Вы бы поступили так же.

- Нет! Я бы сначала собрала всю информацию и проверила бы ее. И только потом делала бы выводы, - не оборачиваясь ответила я и вышла.

***

Вячеслава Викторовича выписали и он ждал нас в своем загородном доме. Видимо, ему всё-таки кто-то докладывал о делах в компании, а недавний трэш с "откатами" намекнул, что пора вмешаться. И он пригласил меня с Елисеем, чтобы вдохновить и воодушевить нас к новым свершениям. Другими словами любить нас будут долго и без взаимного согласия, заодно и голову помоют, и кости пересчитают, и нервы на прочность попробуют.

Дача шефа находилась в сорока километрах от города, в живописном селе в окружении векового леса. Вячеслав Викторович ближе к своим шестидесяти с плюсом почувствовал, что задыхается в городе и вспомнил о доме в котором жили его родители. Вместе с ним, мы все пережили болезненный процесс строительства. И я тогда узнала, что мужчины, которые целуются, это всего лишь представители нетрадиционной ориентации, а вот строители-и-и, это настоящие извращенцы.

Елисей с грустью осмотрел меня и заявил, что поедем вместе и на его машине. Потому что он не хочет еще невесть сколько меня ждать, пока я дотащусь до места назначения. И на его джипе будет безопаснее преодолевать наши дороги. Да наши дороги безопасно преодолевать только телепортированием. И его, я так думаю, придумают раньше, чем у нас дороги построят. Весь прошлый год кипела работа на дорогах, но тут пришла зима и асфальт сошел с первым снегом.

В машине звучала лаунж-музыка. На дорогах пробки. Елисей Игоревич увидев впереди пустой отрезок дороги живо вдавил в газ, а меня мгновенно вдавило в кресло, и я ухватилась за ручку.

- Елисей Игоревич, у меня такие замечательные планы на жизнь и я буду очень расстроена, если они все закончатся в вашей машине.

- Вам не о чем волноваться, - он обвел мою персону уничтожающим взглядом. - Довезу вас целой и невредимой.

- Это вам ваше чутье говорит? Не слушайте его. Сосредоточьтесь лучше на правилах дорожного движения. А вон там знак указывает, что разрешенная скорость 40 км/час. Я серьезно, потому что эта чертова дорога не предназначена для гонок.

- Это вы злитесь.

- Да что вы? Я рада, что у вас богатое воображение.

- Гм-м, - издал он какой-то смешок.

- Раз мы с вами так хорошо, по душам общаемся, то может поделитесь, чем я вам так не угодила? - меня понесло.