Ничего себе поездочка!

Глава 9. Искренность у костра

ОЛЯ

Мы разожгли костер на краю перелеска. Пламя весело потрескивало, отбрасывая танцующие тени на стволы сосен и на наши лица. Стас достал из запасов тушенку и гречку. Готовил он молча, с сосредоточенным видом, и в этой простой мужской работе было что-то удивительно умиротворяющее.

Я сидела на бревне, кутаясь в свой свитер, и смотрела на огонь. Его слова «Я начинаю» все еще звенели у меня в ушах. Они не были пафосными. Не были романтичными. Но они были самыми настоящими словами, которые я слышала за последние годы.

— Держи, — он протянул мне миску с дымящейся гречкой и тушенкой. — Ресторан «У Костра». Шеф-повар — саркастичный геолог, звезд Мишлен пока нет, но и не подавишься.

Я взяла миску. Аромат был до смешного простым и до слез знакомым. Еда из походов детства.

— Спасибо, — сказала я. И после паузы добавила: — За все.

Мы ели молча. Еда оказалась невероятно вкусной. Простой, сытной, настоящей.

— Знаешь, — начала я, отодвинув пустую миску, — а ведь это мое первое путешествие без четкого плана. Вернее, план был, но... — я махнула рукой в сторону фургона, где лежал тот самый, теперь уже безнадежно устаревший, файл.

— И как тебе импровизация? — он подбросил в костер сухую ветку, вспыхнувшую ярким пламенем.

— Страшно, — призналась я. — Но... интересно. Как будто я все это время смотрела на мир через экран телефона, а теперь кто-то заставил меня поднять голову.

Он кивнул, глядя на огонь.

— У меня была похожая история. Только наоборот.

— Расскажешь?

Он помолчал, будто собираясь с мыслями.

— Мои родители — успешные врачи. Они с детства расписали мою жизнь: лицей, мед, ординатура, частная практика. Я пытался. Честно пытался. Но на втором курсе меда словил жуткий невроз. Мир состоял из учебников, формул и ожиданий. И однажды я просто сбежал. Собрал рюкзак и ушел в горы на месяц. Один.

— Один? — я не могла себе этого представить. — И что?

— И ничего. Заблудился. Замерз. Промок. Но впервые за долгие годы я почувствовал, что дышу полной грудью. Что каждый мой шаг — мой собственный. А не шаг по прочерченной кем-то линии. — Он усмехнулся. — Когда я вернулся, обросший и голодный, отец сказал, что я сошел с ума. А я понял, что, наконец, начал им становиться. В хорошем смысле. Настоящей версией себя. Бросил мед, поступил на геологию.

Я смотрела на него, на его сильные, привыкшие к работе руки, на спокойное лицо, освещенное огнем. Я всегда думала, что такие, как он, — бесстрашные одиночки, которым плевать на условности. А оказалось, он просто нашел в себе силы сбежать из своей «идеальной» клетки. Как и я. Только его побег был радикальнее.

— А родители? — тихо спросила я.

— Смирились. Мама до сих пор присылает статьи о пользе высшего образования в сфере медицины, а отец... отец однажды позвонил и спросил, не могу ли я определить по фото, какой камень лучше положить в камин. Прогресс.

Мы оба рассмеялись. Это был легкий, естественный смех. Без напряжения.

— Знаешь, что самое смешное? — сказала я, подтягивая колени к подбородку. — Я завела блог, чтобы сбежать. От скучной работы в офисе, от ожидания, что я выйду замуж, рожу детей и буду счастлива по чьему-то сценарию. Я думала, что создаю себе свободу. А на самом деле построила новую клетку. Только с розовыми обоями и идеальной сеткой постов.

— Клетки бывают разные, — философски заметил Стас. — Главное — вовремя понять, что ты в ней, и найти дверь. Или хотя бы прорезать в стене окно.

— Ты про что? Про песчаную бурю? — улыбнулась я.

— В том числе, — он улыбнулся в ответ. — Иногда нужен хороший ураган, чтобы сдуть всю шелуху.

Мы замолчали, слушая, как потрескивает костер. Над нами простиралось почти черное, усыпанное звездами небо. То самое, что он показал мне у метеостанции.

— Спасибо, — снова сказала я. Уже не за кофе и не за спасение. А за то, что показал мне, где искать ту самую дверь.

Он посмотрел на меня. В отблесках пламени его глаза казались темными и бездонными.

— Спасибо, что не сбежала от меня в первую же ночь, принцесса. Было бы скучно одному.

И в этот раз его «принцесса» прозвучало как самое нежное прозвище на свете.

---

СТАС

Она сидела напротив, прижав колени к груди, и ее лицо в свете костра казалось мягким, беззащитным. Она рассказала мне про свой побег. Не такой громкий, как мой, но, возможно, потребовавший не меньше мужества. Бросить налаженную жизнь и пытаться построить свою, пусть и из фальшивого, как мне казалось, кирпича.

И когда она сказала, что построила новую клетку, я понял ее как никогда. Мы были похожи. Оба бежали. Просто в разные стороны. Я — в дикость, она — в идеальный, отполированный до блеска мир. И оба в итоге оказались в ловушке.

Мне вдруг дико захотелось... не знаю. Защитить ее. Не от бурь или плохих дорог, а от нее самой. От ее стремления к недостижимому идеалу. Показать ей, что она уже достаточно хороша. Со всеми ее страхами, планами и этой смешной привычкой раскладывать все по полочкам.