Ничто на земле не проходит бесследно

Глава 2. А с чего все началось?

— Ах ты… А ну, уйдите оттуда! Кому говорю?! Что себе позволяете? – меня резко схватили за руку. Надо мной возвышалась девушка с очень рассерженным лицом.

— Как зовут?

— Зачем вам?

— Хорошо, буду называть мальчишкой. Ты чей? Откуда? Куда другие ребята убежали?

Я решил промолчать и не сдавать их. Сам виноват, что попался.

— Это Поповых малец. Львовна умерла, так её дочь приезжает со своими, как на дачу сюда, – к нам неторопливо подошла женщина. Выглядела она один в один как девушка, только седая и с морщинами на лице.

— Спасибо, мам, пойду разбираться.

— Сходи, не дело по чужим сараям шастать. Вдруг что-то случится?

Я понимал, что сопротивляться нет смысла – всё равно мои родители узнают.

Быстро дойдя до нашего дома, я увидел маму на грядках, сажающую свои любимые пионы.

— Здравствуйте. Ваш? – девушка не церемонилась.

— Мой, здравствуйте.

— Ваш сын с ещё девочкой и мальчиком попытались вломиться в наш сарай.

— Да неужели? — мама спокойно посмотрела на меня. В её глазах не было ни интереса, ни беспокойства.

— Можно я пойду на качели? — спросил я, не поднимая головы.

— Иди, — иногда даже хорошо, что маме было всё равно.

Качели стояли сбоку от дома, рядом с большим дубом, в тени которого всегда было приятно проводить время в летнюю жару. Схватив со скамейки свою книгу, забытую еще здесь утром, я ушел в свое любимое место, чтобы подслушать разговор, а не читать.

— Это частная собственность, ваши дети незаконно пытались проникнуть в наш сарай.

— Они просто дети и решили поиграть.

— Там есть опасные инструменты: косы, кирки, острые лопаты, бензопила, в конце концов.

— Но ничего же не случилось. Или вам нужна компенсация за неудобства?

— Я вас предупреждаю: если я увижу вашего ребенка на моём участке, я сделаю фото и видео и после этого позвоню в полицию! Вам нужно моё заявление? На вас тоже заведут дело, ему даже нет 14 лет. Вы за них несёте ответственность.

— Если вас это устроит, то с ним будет проведена беседа. Такое больше не повторится.

Меня смутило молчание и боковым зрением я увидел, что девушка очень странно смотрит на мою маму.

— Хорошо, можно я попрощаюсь с вашим сыном? Поговорю с ним на прощание.

— Я не имею ничего против.

Я решил дождаться, что она скажет, хотя и сделал вид, что ничего не вижу и увлечен книгой.

— Вы сказали про полицию, вы правда её вызовите? — плохо пытался сдержать любопытство.

— Если увижу тебя или других.

— Вы злая.

— Как скажешь, но я не хочу, чтобы вы из-за своего любопытства пострадали.

— То есть это ради нас? Вы странная.

— Что читаешь?

— Андерсена.

Я готов был услышать смех и защищаться.

— А не рано ли?

— Правду говорят там, про жизнь и вообще, а мне уже 10, — мы помолчали. — Маме с папой на меня плевать, они бы не стали говорить про сегодня.

— Значит хорошо, что я маму полицией припугнула. А кем ты хочешь стать, когда вырастешь?

— Так я вам сразу и сказал. А вы кем?

— Начальницей, — она сказала так, как будто пошутила. Но было не смешно.

— Я бы не хотел с вами работать.

Было что-то странное в нашем разговоре, но почему-то я не хотел, чтобы он заканчивался.

— Если нравится Андерсон, почитай и братьев Гримм. Через пару лет тебе будет в самый раз, они могут тебе понравиться.

— Спасибо.

— Пока мальчик.

— Меня Антоном зовут.

— А меня Катя.

— Пока, Катя.