Ничто не случается дважды

Глава 4

Утро было прохладным и свежим, легкий морской бриз играл с листьями пальм, качая их в такт нежной песне прибоя. Небо было затянуто тонкой вуалью облаков, сквозь которую пробивались первые лучи солнца, окрашивая горизонт в мягкие розовые и золотистые оттенки. Вокруг царила спокойная, почти умиротворённая атмосфера, которая контрастировала с внутренним напряжением Маши.

Маша была одета в длинную воздушную юбку нежно-голубого цвета с разноцветными полосами, которая плавно развевалась на ветру, и тёмный свитер с длинными рукавами. На ногах — удобные белые кеды, которые казались неожиданно простыми на фоне всей этой природной красоты. Её волосы были собраны в небрежный пучок, из которого выбивались несколько прядей, придавая ей вид испуганной и уязвимой девушки. В её взгляде читалась тревога и страх — теперь она боялась Огнева, ощущая его как источник опасности.

Огнев стоял неподвижно, словно тень среди пальм и камней. Он был одет в тёмный свитер с воротником-шалевым, который подчеркивал строгий силуэт его фигуры, и простые синие джинсы. В одной руке он держал апельсин — яркий, словно маленькое солнце на фоне спокойных тонов природы. Его поза была расслабленной, но в глазах пряталась напряжённость и скрытая тревога. Он внимательно слушал разговор, стоя у самой кромки воды, где волны лениво омывали камни. Его взгляд был сосредоточен и немного насторожен — в нем чувствовалась смесь любопытства, страха и внутренней борьбы.

Стоя там, с апельсином в руке, он казался одновременно и частью этого пейзажа, и чужаком, который пытается понять происходящее, но не может полностью контролировать ситуацию.

Маша набрала номер Аллы.

— Алло?
— Алло, Алка, это я. Ты только не бросай трубку, пожалуйста. Как твои дела, сестричка?
— Ага, зашибенно.
— Алка… не надо так.
— Надо, Машунь, надо. Я тебе звонила два дня, но он хронически был вне зоны.
— Тот телефон Вадим выбросил перед отъездом, а новый… Прости, просто мне было некогда позвонить…
— Окольцевалась?
— Смешно звучит, — нерадостно произнесла она, — да, окольцевалась.
— Что, кабак на 300 человек и сплошные олигархи?
— Нет, саксофон, море и мы вдвоём с Вадимым.

Наступила пауза.

— Алка, ты тут?
— А где же мне быть? Я в тошниловке, а ты живёшь в долбанной сказке, Машка-Мышка.
— Я бы так не сказала, — сняла она тёмные очки, — мы поссорились.
— Уже успели? А как же «я жить без него не могу»?
— Так я и не могу без него жить.
— Ну что же сказать, это горе, — издевательски шутила она, — бесаме мучо, как разлуку же теперь с тобой превозмочь, помиритесь! Мне тут кое-что нужно тебе о нём рассказать, но ты мне не поверишь со своей слепой любовью.
— Он меня ударил.
— Что..?
— Да. Сначала мне сделали дурацкую прическу, как потом выяснилось — по его указанию. Потом он подсунул мне свадебное чужое ношенное платье столетней давности. Назвал меня Катей, а когда я утром это платье сожгла, он влепил такую пощечину, что у меня из глаз полетели огненные искры. А когда я сказала, что ненавижу его, он заорал, что если я ещё раз скажу это слово, то убьёт меня. Алл, я начинаю его бояться…
— Вот скотина! Подожди, а как он тебя назвал?
— Катя.
— Как твою маму…
— Причём здесь моя мама?!
— Да при том, её ведь тоже звали Катей, Машка. Теперь я за тебя начинаю бояться ещё больше. Я же говорила, что он псих.

В этот момент Маша заметила Вадима, и в ее глазах мелькнул страх — она поняла, что он всё это время подслушивал.

— Алл, — быстро сказала она, — подошёл Вадим. Он передаёт тебе привет и ждёт тебя в гости. Будет рад, если приедешь. Всё, целую, пока!

Она выключила телефон.

— Ты спал? Я не хотела тебя будить, захотела прогуляться по берегу и пофотографировать, — тихо сказала Маша.

Огнев протянул руку:

— Пойдём.

Огнев и Маша решили провести день необычно — отправились в городской скалодром. Однако, когда они вошли в зал, оказалось, что заниматься скалолазанием решилась только Маша, а Вадим предпочёл наблюдать за ней со стороны.

Инструктор увлечённо объяснял что-то на своём языке, который казался Маше совершенно непонятным. Она улыбнулась и с лёгкой иронией сказала:

— Можете говорить что угодно, я всё равно ничего не понимаю.

Вадим стоял рядом, внимательно следя за каждым движением Маши. Внезапно раздался звонок её телефона. Он услышал знакомый звук, подошёл ближе и незаметно увидел, что на экране высветилось имя — Алла. Внимательно прочитав сообщение, он не подал виду, что что-то знает, и тихо окликнул Машу:

— Маш.

Маша вздрогнула, чуть потеряла равновесие и упала со стены, но благодаря поддержке инструкторов благополучно спустилась на пол. В руках у неё был телефон, который Вадим протянул ей.

На экране телефона было написано:

«Машунь! Я дрянь, но приехать не смогу. Мне открыли визу в Италию. Послезавтра лечу в Милан. Попытать счастья. Моим портфолио заинтересовалось одно рекламное агентство. Прости, что не сказала раньше. Но к тебе полетел Борька. Я ему всё рассказала.»

Она быстро прочитала письмо, и её глаза расширились. Она подняла взгляд на мужа и спросила с тревогой:

— Всё в порядке?

— Всё замечательно, — нервно ответила она.

— Кто звонил? — спросил Вадим

— Аллка, — сказал Вадим и нежно обнял её.

— Так перезвони ей, — настояла она.

— Она написала, что не может к нам приехать, представляешь, её пригласили на какой-то кастинг в Италию-талию, — засмеялась Маша, пытаясь отвлечься от тревожных мыслей.

— Сказочница, — тихо улыбнулся Вадим своей хитрой улыбкой.

Маша подумала, что он так назвал Аллу, и удивлённо спросила:

— В смысле?

Вадим мягко повернул Машу к себе спиной, и его дыхание коснулось её шеи. Он начал нежно целовать её, заставляя забыть обо всём вокруг.

— Иди, — прошептал он.

Маша сделала два шага вперёд, оглянулась через плечо, и в её взгляде мелькнуло что-то непонятное — смесь сомнения и решимости. Затем она уверенно направилась обратно к стене, чтобы продолжить тренировку.

Вадим остался стоять в тени, наблюдая за ней. Его глаза были полны противоречий — любовь и тревога боролись внутри него. Он знал, что между ними ещё много нерешённых вопросов, но в этот момент хотел просто быть рядом, даже если только молча.

Скалы, яркие зацепы и гулкий звук шагов Маши по стене казались отдалённой реальностью. Между ними висело напряжение, которое ни один из них пока не осмеливался разорвать. Но впереди ждала ещё долгая дорога — полная испытаний, боли и, возможно, надежды.