Ничто не случается дважды

Глава 8

После долгой прогулки, полной терзаний и раздумий, Маша вернулась в гостиницу. Она поднялась в свой номер, медленно переступая через порог. В голове хаотично смешивались воспоминания, новые знания, страх и ненависть. Она села на край кровати, уставившись в одну точку, пытаясь хоть как-то разобраться в происходящем.

В этот момент, словно сама судьба свела их вместе, Огнев тоже зашел в гостиницу. Он шел по коридору, нервно оглядываясь по сторонам, словно хищник, выслеживающий свою жертву. Он тоже поднялся на нужный этаж и направился в сторону номера Маши.

Они шли по коридорам, которые соединялись в одном месте – у лифтов. Маша, выйдя из своего номера, вздрогнула, увидев Огнева, а ее лицо вмиг переменилось. Она начала отступать назад, словно испуганный зверь.

– Стой! Стой! – громко прошептал Огнев, бросаясь к ней.

Маша продолжала отступать, не сводя с него глаз. Огнев, не в силах больше выносить эту отчужденность, быстро нагнал ее и схватил обеими руками за плечи.

– Почему ты не берешь трубку? – его голос звучал хрипло. – Значит, ты сейчас собираешь вещи, и мы едем домой?

Маша говорила пустым, безэмоциональным голосом, словно все силы покинули ее. Она больше не хотела бороться, не хотела чувствовать. Все, что она хотела, – это избавиться от боли.

– Я знаю, что ты был здесь, когда умерла Ирина Сергеевна, – сказала она. – Это ты спровоцировал ее сердечный приступ.

Огнев нахмурился, его взгляд стал жестким.

– Да что ты… С каких пор ты начала разбираться в медицине? Будет еще что-нибудь интересное, или это все?

Он встряхнул ее, пытаясь выбить из нее это безразличие.

– Будет… – ответила Маша. – Я знаю о вас с мамой… Вы были любовниками…

Она внимательно наблюдала за его реакцией. Он отпустил ее плечи, его глаза наполнились болью.

– Значит, правда… Вадим, ты хоть знаешь, как это отвратительно?

– Я любил ее… Не смей это больше обсуждать, – проговорил Вадим сквозь стиснутые зубы.

– Не сметь? – Маша усмехнулась, в ее голосе слышалась насмешка. – Ты выбрал меня как долбаную копию, а я должна молчать?

Он схватил ее за руку, его хватка была сильной и болезненной.

– Что здесь написано? – он прочитал слова на обручальном кольце. – Ты – моя жизнь!

– Кто именно? – спросила Маша. – Маша или Катя? Ты не раз называл меня ее именем… Твое вечное "mi querida"… Так кто твоя жизнь?

Он заглянул ей в глаза, и сейчас сказал правду, без каких-либо уловок.

– Да, поначалу я видел только ее… Ее глаза, ее губы, ее улыбку… Но сейчас это только ты… Мне больше никто не нужен.

– А мне? – спросила Маша, ее голос был тихим.

– Что тебе?

– Как мне жить с убийцей моей матери?

– Я никого не убивал, – он сжал ее плечи, пытаясь достучаться до ее сердца.

– Мне больно, – равнодушно ответила она, ее глаза были сухими.

– Ты моя… Ты моя… Моя… – прошептал он ей на ухо, его голос дрожал. – Слышишь? Моя…

Маша горько улыбнулась, и холодно сняла обручальное кольцо с пальца. Она положила его в его руку.

Вадим не был готов к такому повороту событий. Его лицо выражало смятение, удивление и боль.

– Я тебя ненавижу, – прошептала она и отвернулась, уходя прочь.

Огнев остался один в коридоре. Его руки слегка дрожали. Он вновь потерял любимую, и теперь из-за его контроля, что он допустил слабость и не рассказал ей правду сразу.
Он медленно опустился на пол, рассматривая кольцо в руке. Впервые в жизни он был совершенно растерян. Он – глава какой-то мафии, преступник, которого все боялись, а он боялся лишь одного – потерять ее. Только сейчас Вадим осознал, насколько сильно он любит Машу.

После развода с Огневым прошло несколько месяцев. Связи Вадима сработали мгновенно, и все формальности были улажены в считанные дни. Теперь Маша была свободна, но эта свобода не приносила ей ни радости, ни облегчения. В ее душе поселилась пустота, словно все краски жизни потускнели, а чувства угасли.

Она сидела на большом камне возле моря, которое так безжалостно манило ее в тот роковой вечер, когда она чуть не утопилась. Боря сидел рядом, его лицо уже почти полностью восстановилось после избиения. На его щеке остался лишь тонкий шрам, напоминание о пережитом.

Маша смотрела вдаль, на бескрайние просторы моря и отвесные скалы. Воспоминания нахлынули на нее, как волны на берег. Здесь, возле этой воды, она, по глупости, боялась больше никогда не увидеть Вадима, что без раздумий бросилась в море.

– О чем думаешь, Машка-Мышка? – вырвал ее из раздумий Боря, его голос был тихим и осторожным.

Маша глубоко вздохнула, пытаясь подавить подступающие чувства.

– Я просто хочу понять… Кем он был для меня? Кем я была для него? – произнесла она, глядя в никуда. – Я забыла обо всем, когда он просто был рядом… Так много он значил для меня… Он научил меня любить, верить ему беспрекословно… Теперь это часть меня… Нет, не он… Воспоминаний… А самое обидное… Из-за этих странных чувств к нему, я перестала видеть и слышать людей, которые мне были так дороги… И теперь я не знаю, как их вернуть…

Боря посмотрел на нее с сочувствием и нежностью.

– Маша, знаешь… Если ты меня считаешь своим близким человеком… Если когда-нибудь захочешь меня вернуть… Я подожду.

Он посмотрел на нее с надеждой, ожидая ответа. Маша горько улыбнулась.

– Я беременна, Борь…

Он замер, его лицо вмиг переменилось. Он узнал об этом в тот же день, когда они с Вадимом расстались. Маша уже тогда знала, что это дитя – результат их любви, пусть и такой неправильной и разрушающей все вокруг, но все-таки любви.

Несмотря на пережитую боль и разочарование, Маша старалась вернуться к нормальной жизни. Она снова начала заниматься любимым делом – шитьем. Окончив колледж, она с удовольствием создавала новые модели, воплощая в жизнь свои идеи. Сейчас она помогала Алле готовиться к свадьбе с Гией. Они почему-то вдруг решили пожениться, словно торопились наверстать упущенное.

В небольшой комнате царила атмосфера суеты и веселья. Алла, в шелковом халате и с бигуди на волосах, крутилась перед зеркалом, восхищаясь своим отражением.

– Какая я же красивая! – задумчиво произнесла она, глядя на себя в зеркало.

– Да, сестричка, от скромности ты точно не умрешь, – улыбнулась Маша, сидя за швейной машинкой и пришивая кружева к фате.

– Только скажи, что это не так! – кокетливо воскликнула Алла.

– Как я могу? Конечно, ты красивая, ты самая-самая красивая! – засмеялась Маша. – Ну-ка, – она примерила фату на шиньон Аллы, – ужас! О, а вот так – просто обложка журнала!

Она накинула фату Алле на плечи. После последних слов на лице Аллы появилась тень грусти. Маша знала о тех страшных событиях в Италии, куда ее заманили под предлогом кастинга. Она даже не узнавала свою сестру. Вроде бы все было хорошо, но что-то все равно надломилось внутри нее.

– Прости-прости… Не подумала, – виновато пробормотала Маша.

– Машка, спасибо тебе за такое крутое платье! – воскликнула Алла, отвлекаясь от грустных мыслей.

Маша окончила колледж швеи и решила сама сшить ей свадебное платье, таким образом сделав оригинальный и ценный подарок.

– Перестань, – отмахнулась Маша.

– Хоть где-то себя почувствую топ-моделью на подиуме, – с грустью улыбнулась Алла.

– Аллка, все у вас будет хорошо, – попыталась подбодрить ее Маша.

В этот момент зазвонил телефон. Алла взяла трубку. Маша, продолжая работать над фатой, не слышала их разговор. Вдруг Алла, словно ошпаренная, вскочила с места и выбежала из комнаты.

– Я сейчас! – крикнула она на ходу.

Маша, озадаченная ее внезапным уходом, пожала плечами и вернулась к работе.