Никчёмная герцогиня, или Ты моё пророчество

Глава 14. Больше не истинная...

Дик касается моей щеки, проводит пальцем по скуле вниз.

Выражение лица у него трепещущее. Кажется, он задержал дыхание, словно прикасался к драгоценности. Однако в какой-то миг парень вздрагивает и словно приходит в себя. Поспешно отдергивает руку и опускает глаза, замирая в напряженной позе.

— Ну и чего ты испугался? — шепчу ласково. Чувствую, как меня раздирает желание коснуться его в ответ. — Я не кусаюсь.

— Простите, госпожа, я не должен был так поступать, — приглушенно отвечает эльф, и голос его взволнованно вздрагивает.

- Правда? — я делаю шаг навстречу и оказываюсь абсолютно вплотную. — Почему ты так решил?

— Наверное потому, что я всё ещё пёс и раб, — отвечает Дик, и эти слова меня мгновенно охлаждают.

Да, он раб. И мне это не нравится!

Мгновенно чувствую вину и отступаю. Да, рядом с ним здорово вышибает мозги, хочется окунуться в какие-то безумные любовные игры. С удивлением осознаю, что моё влечение к эльфу увеличивается с каждым днём. Но я же не такая! Я же очень уравновешенная.

Помню, по старой жизни ещё на Земле влюбилась я как-то в одного своего коллегу по работе. Он был довольно симпатичным, весёлым, с приятным характером, но женат. Кроме меня, к нему подкатывало несколько других девчонок. Каждая лучше меня в тысячу раз, но он был верен своей жене на удивление.

Мне было очень трудно. Я даже не пыталась строить глазки, шансов всё равно не было. Но чувства рвали душу на части. Парень был слишком хорош.

Но я справилась. Это была огромная победа. Я смогла побороть эмоции, потушила их и зажила спокойной жизнью. Всегда считала это личным подвигом. Не всякий человек способен справиться с тем, что творится у него внутри. Но я справилась. Считала себя очень эмоционально устойчивой. И тут вдруг это!

Рядом с Диком мне трудно себя контролировать. Отчаянно хочется прикасаться к нему, разговаривать, смотреть в глаза. И с каждом днем это растёт. Что это?

А ещё мне безумно нравится, как он смущается. Какой контраст! Муж-идиот, грубиян и деспот, а тут такое чудо под боком. Вот только Дик прав: он раб. И я не имею права порабощать его волю. Кто сказал, что, если я начну уделять ему знаки внимания, он не сочтёт своим долгом ответить на них? А я так не могу.

Противна сама мысль, что кто-то будет сближаться со мной не искренне, а по некоему долгу. Поэтому я не стала касаться его щеки в ответ. Хотя безумно хотелось. Отступила назад.

- Давай пообещаем друг другу, - произношу приглушённо, - что когда выберемся из этой переделки под названием «властный муж и хозяин», то я тебя обязательно освобожу.

Дик смотрит на меня робко, с каким-то непонятным чувством вины.

— Спасибо, госпожа, — произносит он, и я вижу огромное смущение в его лице. Решив, что это его природная черта, я улыбаюсь.

— Да ладно тебе, всё у нас получится! – ободряюще похлопываю по его голому мускулистому плечу.

— Спасибо, госпожа, — отвечает Дик, снова опуская взгляд. — Вы удивительная.

Я улыбаюсь шире.

- Да, я такая, — произношу весело. - А теперь давай провернём одно очень интересное дело…

***

Осенний сад тихо дышит увяданием. Листья, пожелтев, кружатся, будто задумав свой последний танец. Ветер - прохладный и резкий - шуршит в кустах, как будто жаждет погасить последние живые краски на листве. Ветви деревьев – местами почти обнажённые, словно костлявые руки, вытягиваются к небу.

В центре осеннего сада, в старой беседке, сидит Мальва. Да, она бесстыдно завилась к нам и на следующий день. Ко мне не пришла, а расположилась в саду, как у себя дома.

Мнимая подруга поджимает губы, увидев меня, словно ребенок, которому отказали в игрушке. Ее раздражение читается в каждом движении, в каждом недовольном взгляде. Дик держится за моей спиной тенью. Его обычно обнаженная грудь теперь прикрыта простой туникой, но это не уменьшает его статности и привлекательности. Наоборот, он кажется еще благороднее и ярче, чем раньше. Я замечаю, как Мальва раздраженно зыркает на него, словно он нарушил её личное пространство одним своим присутствием. На самом деле, она жутко раздосадована, что не имеет возможности, как раньше, издеваться над ним в своё удовольствие. Похоже, Мальва неистово ненавидит проигрывать…

Я подхожу ближе, делая вид, что слегка подавлена. Мои губы дрожат, и я присаживаюсь рядом на лавку, будто опоздавшая на урок школьница. Опустив глаза, начинаю тихо лепетать:

— Дейрен совсем перестал обращать на меня внимание, — шепчу я, сцепив пальцы в тревожном жесте. — Кажется, у него появилась... другая.

Мальва вздрагивает, её глаза расширяются от любопытства. Я вижу, как она прикусывает губу, едва сдерживая радость. Глупая женщина! Как легко она попалась на крючок! Я продолжаю, словно доверяя ей свою самую сокровенную боль:

— Он вздыхает, сравнивает меня с кем-то... но не называет имени... Но я уверена, что он думает о какой-то невероятной красавице, рядом с которой я - засохший бутон. Мне так плохо от этого, Мальва! Я ведь его истинная, а он…

Теперь она слушает невероятно внимательно. На порочно красивом лице Мальвы играет легкая, торжествующая улыбка, хотя она пытается скрыть её за маской сочувствия. Плохо пытается. Ликование и превосходство так и прут из неё.

Внутри меня бурлит тихое, злорадное ликование. Эта амбициозная дуреха действительно верит, что герцог уже начинает грезить о ней и что её старания вот-вот увенчаются успехом? Как же она наивна!

И вдруг в саду несколько неожиданно появляется Дейрен собственной персоной. Мальва вскакивает, почти не скрывая своего восторга. Она идет к нему навстречу, как будто меня просто не существует. Походка у неё легкая, почти порхающая, и грудь подрагивает в вырезе неприлично откровенного платья, явно нарочно подобранного для подобного момента.

Я бросаю на Мальву короткий, мимолетный взгляд и тут же делаю вид, что мне всё равно. Как будто я не замечаю её кокетства, не слышу звонкого голоса, который становится вдруг на октаву выше. «Подруга» ведет себя вызывающе, почти дерзко, в каждом её движении сквозит желание привлечь внимание чужого мужа.