Никому тебя не отдам

Глава 17

На тридцатилетие к Вольскому я всё же не пошла. Обида съедала изнутри. Слова его разум не покидали. Так и прокручивались в голове по неизвестно какому кругу. "Ты в детский сад свой не наигралась. К любви запретной тянет. На коленях перед тобой ползал, а ты холодная королева, что в сердце, что в постели", — каждое слово в память врезалось, оставляя за собой мелкие трещины. Доверие потеряно. Никогда больше Вольскому не подойти ко мне. Никогда не обнять. Гордость девичью задел, словами громкими бросаясь. Подобного я ни от одного мужчины не слышала. Как бы не расходились любовные корабли на исходе романа, никто не позволял и взглядом осудить, а тут — Остапа понесло, точнее, Тима понесло, да совсем не в ту степь. Акт бессилия высказал, как мальчишка униженный просто.

Тридцатое декабря на понедельник пришелся. Я уже и думать забыла о новогоднем корпоративе, который устроила автошкола. Деньги на банкет сдала больше месяца назад, кажется, это даже было до знакомства с Ариевским. Староста группы в покое не оставила, пока я не пообещала прийти в ресторан, где намечалось застолье.

Идти на празднование совсем не хотелось. Точнее, не хотелось видеть его, моего личного кошмара. Не хотелось даже вспоминать о его существовании, да только сердце с разумом не считалось. Ариевский в душу пробрался и никак уходить не хотел. Снился. Улыбался, как умел только он. Взглядом раздевал, заставляя кожу мурашками покрываться. В холодном поту каждую ночь просыпалась. С кровати вскакивала и топала в ванную комнату, чтобы умыть лицо холодной водой и в чувства прийти. Совсем обнаглел инструктор, терзая меня во снах. С ума сойти можно было. Но я держалась. Вспоминала последнюю встречу с ним, его гневный взгляд, громкую фразу "Да пошли вы все" и тогда немного отпускало.

Стрелка на часах подобралась к семи вечера. Такси подъехало к назначенному месту, и я, рассчитавшись с водителем, вышла из автомобиля. Холодный морозный воздух опалил лицо. Кожу защипало, будто на терапии иглоукалывания. Поежилась, плотнее кутаясь в полушубок. Поток порывистого ветра под одежду забрался. Подол платья так и стремился задраться. Удержала. Легкая струящаяся ткань вторила движениям. Шаг и небольшой шлейф скользнул по тротуарной плитке, запорошенной снегом. Еще один шаг и разрез до середины бедра открыл на обзор левую ногу.

Подошла к главному ходу. Дух перехватило от увиденного. Старинное здание конца девятнадцатого века во всей красе. Резная отделка с позолотой. Высокие белые колонны. Даже голову вверх пришлось поднять, чтобы оценить их величие. Песчинкой ощутила себя на фоне исторической архитектуры. По лестнице поднялась. После двадцатой ступеньки перестала считать.

Внутри отказалось ещё восхитительнее. Белый мрамор устилал пол. Огромные зеркала, обрамленные резным багетом в золотом цвете, удивили больше всего. Так и представила, как лет сто пятьдесят назад кружатся в вальсе молодые парни и девушки, а живой оркестр неустанно задаёт ритм.

Головой тряхнула, чтобы в реальность вернуться. В гардеробной оставила верхнюю одежду. Поправила причёску перед огромным зеркалом. Окинула взглядом наряд и довольно улыбнулась. Порядок. Платье в пору. Легкая ткань цвета бордо облегала изгибы. Вырез на всю спину завершал образ.

Вошла в зал, оглядываясь по сторонам. В дальнем углу приметила знакомые лица. Соседка по парте, так сказать, рукой приветливо махнула, увидев меня. Пока шагала через весь зал к скромной компании, думала, щёки вспыхнут. Ноги предательски подкашивались. Каждый шаг давался с большим трудом. По позвоночнику холодок пробежался. Тысячи мурашек. Сердце галопом скакало, так и норовя загон перепрыгнуть, то бишь, грудную клетку. Дыхание сбилось и стало таким тяжелым, будто я десятикилометровый марафон пробежала.

Тяжёлый взгляд прожигал спину. Я ощущала каждой клеточкой присутствие его… Он был рядом, совсем близко. Стоял с несколькими мужчинами возле барной стойки, о чём-то мило беседуя. Мы единожды встретились взглядом. Несколько секунд смотрели друг на друга, прямо в глаза. За этот короткий миг в памяти калейдоскоп эмоций ожил. Картинка за картинкой, деталь за деталью, всё вспомнилось. Первая встреча, первая улыбка, первый поцелуй, который застал меня врасплох. Ничего не забыла, хотя надо бы было забыть. Но не забывалось. Совсем не получалось память стереть.

— Леся, чудесно выглядишь, — протянула Вика, соседка по парте, распахивая свои объятия.

— Спасибо, дорогая. Взаимно, — вежливо отозвалась, а сама так и пыталась бегло взглянуть в его сторону.

И взглянула, пока он вполоборота стоял. Будто почувствовав внимание, обернулся, застав меня врасплох. Не знала куда себя деть от стыда, да только он другого мнения был, по всей видимости. Улыбнулся искренне, салютуя бокалом в руке. Головой кивнула на этот жест и тут же отвернулась.

В скором времени за стол сели. По обе стороны от меня одногруппницы вели оживленные беседы. Я не вливалась в эти разговоры, мыслями находясь не здесь и не сейчас. В прошлом была, совсем недавнем. Снова вспоминался он, а точнее, его крепкие руки, прижимающие к мужской груди с особой пылкостью.

Через полчаса решила выйти на террасу подышать воздухом. Глоток кислорода должен был голову очистить от навязчивых мыслей. Ухмыльнулась про себя. Вольского маньяком называла, а сама совсем не лучше. Будто копия его. Только и делаю, что схожу с ума, иначе не назовешь бред, что в подкорке прочно засел.

Оказавшись наедине, вздохнула полной грудью. Сердце обычный ритм приняло. Порядок. На небо взглянула. Сегодня было на что посмотреть. Россыпь звёзд устилала темную синеву. Красота.