Никому тебя не отдам

Глава 18

Если можно было измерить глупость в килограммах, то мне бы понадобились грузовые весы. Другие не подошли, однозначно. Ведь количество моего безумия было соизмеримо с огромным грузовиком, да ещё и с приличным прицепом. Иначе, как можно было объяснить мое присутствие в доме Ариевского? Знала же о граблях любимых. Помнила их зачётный "шлепок" прямо в голову, да и не только. Почему тогда позволила усадить себя в такси и отвезти невесть куда?

Невесть куда оказалось квартирой на окраине города, которая встретила гостей пугающей тишиной. Первым переступил порог Тимур.

— Прошу, — торжественно протянул инструктор, указывая жестом руки на свою обитель.

Замешкалась. Стояла, точно, как вкопанная, боясь сделать шаг в неизвестность.

— Тебя на руках отнести или всё же сама пойдешь? — ухмыльнулся криво на одну сторону, а затем одним большим шагом преодолел дистанцию. Я только вздрогнуть успела, как он сгреб тело в охапку, прижимая к своей груди.

— Зачем ты привёл меня к себе домой? — голос едва не дрожал. Я пыталась выглядеть спокойной, но так и не смогла унять очевидный озноб. Лихорадило всю, да только не от болезни. Причиной тряски был никто иной, как Ариевский.

Его жаркое дыхание, обжигающее кожу, будоражило в венах кровь. Адреналин выбрасывался с бешеной скоростью, заставляя испытывать острые ощущения, сродни роупджампингу, который я своё время практиковала в студенческие годы.

— Ты же взрослая девочка и не веришь в сказки. Зачем я, по-твоему, мог привести к себе домой? — в глаза его посмотрела и едва не утонула в их глубине.

Дыхание сперло. Кажется, даже кислород стал каким-то тяжёлым, что ли. Будто тягучий газ на автомобильной заправке, а не воздух.

— Чтобы соблазнить? — предположила, теряясь в догадках.

Тимур заметный смешок проглотил, закатывая глаза. Неожиданно за руку потянул, пришлось на дрожащих ногах в квартиру зайти. Дверь захлопнулась. В металл спиной вжалась. Его руки талию обвили. Бёдрами прижался вплотную, не оставляя и сантиметра для свободного пространства.

— Угадала, почти, — выдохнул прямо в губы. Ещё сильнее к двери прижалась, когда он рукой к лицу потянулся. Линию провел, длинную, извилистую. От виска до подбородка, исследуя каждый миллиметр кожи. — Ты красивая, Соболева, знаешь?

Ком в горле застрял. Облизала пересохшие губы, наблюдая за его взглядом. Раздевал глазами. Смотрел так, будто всю меня видел насквозь. Дышал шумно, отчего грудная клетка высоко вверх вздымалась. Невидимые импульсы проскользнули. С цепи сорвались, оба. Набросились друг на друга, целуя и кусая губы до дрожи в коленях.

На пол шуба упала, вслед за ней — его пиджак. Мужские руки коснулись оголенных плеч и спины. Знакомые спазмы пробежали вдоль всего позвоночника. Колени предательски подогнулись. Удержал. Подхватил на руки, не прерывая поцелуй.

Очнулась в спальне, на кровати. Интимный полумрак вторил безудержной страсти, что в плен взяла двоих сумасшедших. Не любовь поглотила, нет. Похоть, самая настоящая. Невозможно описать букет эмоций, накрывший будто лавиной. Его захотелось, очень. Почувствовать на себе тяжесть тела, ощутить прикосновение его бархатной кожи на своей груди.

— Тимур, подожди, — где-то отголоски разума проснулись. Руками в грудь его уперлась, пытаясь дистанцию увеличить. — Я так не хочу, — сердце из груди вырвалось просто. Кажется, его — тоже.

В глазах цвета стали немой вопрос застыл. Долго смотрел снизу вверх, пытаясь дыхание восстановить. Молчал, ожидая ответа. Да только я сама молчала, не зная, как объясниться.

Это тот случай, когда хочется и колется. Когда тянет, но не должно тянуть. Когда над пропастью стоишь, а сзади подол платья за дерево цепляется, упасть не позволяя. Падать не хотелось. Больше всего не хотелось в неизвестной пропасти погибнуть. Ведь роман с женатым не заканчивается свадьбой — я точно знала по себе. По горькому опыту знала, не понаслышке.

— Чего ты боишься, Лесь? — низкие ноты его голоса молчание прервали. — Думаешь, обманываю тебя? — прочитал, как открытую книгу просто. С языка сорвал то, что не осмелилась вслух сказать.

Боялась его штампа в паспорте. Боялась любимых грабель. А вдруг, жена в командировке, и весь этот фарс закончится рано или поздно?

— Идем, — за руку взял, заставляя с кровати подняться. Доверилась. Молча встала с кровати, ступая за ним след в след.

Щелкнул выключатель. Комнату озарил яркий свет люминесцентной лампы. Заморгала быстро-быстро, привыкая к освещению. Тимур к шкафу подвёл. Открыл его створки и замер на месте.

— Смотри, здесь только моя одежда, видишь? — взглядом полки окинула. Действительно, кроме нескольких стопок с мужской одеждой ничего не наблюдалось.

Одним движением закрыл шкаф. Снова за руку взял, а я уже и не спрашивала свой внутренний голос "Зачем". И так было всё очевидным. Решил берлогу свою показать, доказывая, что она холостяцкая. Дальше следовал черёд ванной комнаты. Понимала абсурдность ситуации, даже неловко было от представляемых доказательств таким образом, но всё же глазами высматривала баночки с гелем для душа. Искала что-то, напоминающее о сожительстве в доме женского пола, но ни единой зацепки не увидела. Не розового полотенца, не второй зубной щетки, не шампуня известного бренда для блеска волос. Не было ничего!