Нимфа для красного дракона

Глава 4

— Господин Веймар! — мужской голос вырвал Райстлина из воспоминаний.

К ним со всех ног мчался управляющий поместьем, один из немногих, кто остался здесь работать после всех выходок Кариэтты.

— Господин Веймар! — мужчина был уже в возрасте, поседевшие волосы с трудом прикрывали залысины. Обычно он носил на голове твидовую шапку с козырьком, но сейчас сжимал ее в пальцах. Остановившись перед драконом, тяжело дыша, он уперся ладонями в колени. Побагровевшее лицо покрылось испариной.

— Что произошло, господин Рочестер? — Райст и сам был взволнован. Он подошел к мужчине, наклонился и посмотрел ему в глаза.

— С Вероной что-то не так, — объяснил тот, пытаясь восстановить дыхание.

— Не так? — переспросил Райст, нахмурившись и глядя на дом.

— Да. Я пытался помочь, думал, может, у нее вздутие или что-то еще, но она уже упала и стонет от боли, бедняжка, — прислужник едва сдерживал слезы, его голос звучал так отчаянно, что у Киры сжалось сердце.

— Она в деннике?

Управляющий кивнул, махнув рукой с шапкой в сторону дома.

Не теряя времени, Райст стремительно двинулся в том направлении, которое ему указали.

Кире не осталось ничего, кроме как последовать за ним. Управляющий, едва отдышавшись, тоже припустил за ними.

— Давно это началось? — спросил дракон.

— Так вроде ж с ночи, — виновато отозвался Рочестер.

— Почему тогда раньше не сообщил?

— Так Генри сказал, что Вы с госпожой… — он покосился в сторону Киры, — разговариваете.

Райст едва не заскрежетал зубами. В моменты их ссор он сам просил слуг не беспокоить их, и какое-то время после тоже. Боялся, что не сможет сдержать гнев, вызванный поведением его дражайшей супруги, и причинит вред кому-то из окружающих.

Он недовольно покосился на девушку, отчего та невольно вжала голову в плечи. Пусть она и была непричастна к их ссорам, но все же невольно ощущала вину…

«Ну, Кариэтта, и натворила ты тут дел…» — хмуро подумала Кира. Похоже, она еще не до конца осознала масштаб дурного отношения, что установился в этом месте к ее личине.

В это время они втроем обошли дом. Кира еще не видела эту часть дома, поэтому она была немного удивлена, обнаружив еще несколько зданий.

Одно из них напоминало амбар с большими воротами, а слева и справа от него стояли небольшие домики, похожие на аккуратные сараи или мастерские. Двери были закрыты, поэтому Кира не смогла заглянуть внутрь. Однако ворота амбара были приоткрыты, и все направились туда.

Внутри пахло сеном. Оно лежало в тюках слева и справа вдоль стен и устилало пол. Дальше шли денники, но все они были пусты, за исключением одного, самого отдаленного.

Здесь, в свете лампы, лежала белоснежная лошадь. Кажется, ей и правда было очень худо. Бедняжка тяжело дышала, то и дело махала ногами в попытке встать, поднимала голову, отфыркиваясь.

— Верона… — мучительно позвал дракон. Похоже, эта лошадка и правда была ему дорога.

Услышав голос хозяина, животинка слегка успокоилась. Райст же присел на корточки рядом с ней, поглаживая страдалицу по морде. Все они смотрели на ее огромный вздутый живот. Даже Кира, никогда прежде не сталкивавшаяся с проблемами ветеринарии, понимала, что здесь явно что-то не то.

— Она, часом, не беременная? — с сомнением спросила девушка.

— Еще вчера не была! — глухо рыкнул Райст. Кира прикусила язык. — Ты вообще что здесь забыла? Или это ты натворила? Дала ей что-то за то, что она скинула тебя тогда?

Угроза в его голосе прозвучала нешуточная, а в обращенном на нее взгляде ярко горела ненависть.

— Ничего я ей не давала… — слова прозвучали натянуто, ведь она не могла быть уверенной, что до обмена телами Кариэтта не сунула этой лошадке какую-нибудь гадость.

— Вот и уйди отсюда. Без тебя проблем хватает.

Кира насупилась, но смолчала. Райст выглядел уж очень обеспокоенным.

Управляющий и вовсе старался не обращать внимания на перебранку и не смотреть на хозяев.

Хмурясь, нимфа вышла из амбара.

Лошадь было жаль. Райстлина тоже. Как странно, что даже себя она жалела меньше во всей сложившейся ситуации. А может, просто еще не осознала происходящее в полной мере. Такое уже бывало прежде. В момент сложных событий у нее словно бы отключались чувства, обращенные на себя.

Например, когда ее соседка постучалась к ней посреди ночи вся в крови, а за ней, с ножом и шатаясь, из квартиры вывалился пьяный муженек, Кира первым делом кинулась защищать соседку. Отпихнула мужика, затащила женщину в квартиру, оказала ей первую помощь, вызвала скорую и полицию. Все это под долбежку пьянчуги в ее входную дверь.

Когда прибыли сотрудники скорой помощи и полиции, одна из медсестер обратилась к ней с просьбой дать руку. Только тогда Кира осознала, что и сама получила ранение. Рану обработали, от поездки в больницу девушка отказалась. И лишь в тот момент, когда за последним человеком закрылась дверь, она сползла по стене и разрыдалась в голос. От пережитого страха за свою жизнь и жизнь соседки. От того, что ее саму некому защитить, от осознания своего одиночества. Но все время «до» она была максимально холодна и собрана. Четко отвечала на вопросы, успокаивала соседку, даже предложила чай полицейскому… А на его формальную благодарность за неравнодушие лишь кивнула.