Нищая невеста

15.3.

Мельком пробежавшись по биржевым котировкам, мистер Эттвуд полыхал от гнева. Его положение не было ужасным, но сегодня любая мелочь приводила в ярость. Плюнув на все, он покинул здание, и направился в ресторан напротив, где заказал чашку ненавистного кофе. Сидя в мягком кресле, рассматривая через окно людей, снующих по улицам Сити, ожидая заказ, он придумывал в голове тысячу и одну кару, которую обрушит на голову несчастного секретаря, испортившего ему сегодня весь день.

Кофе неприятно горчил и показался еще более отвратительным, чем обычно. И даже ощущение собственной значимости и богатства не вернуло привычного спокойствия. Не пробыв в ресторане и десяти минут, он бросил официанту грубость из-за какой-то ерунды, еле удержавшись, чтоб не запустить в него чашкой с недопитой гадкой бурдой, и швырнул на стол деньги. Резкий порыв ветра заставил плотнее запахнуть роскошный меховой воротник на пальто. Нужно было что-то решать.

На биржу возвращаться не хотелось. В роскошный особняк - тем более. Тот казался чужим, а одиночества вдобавок ко всем своим злоключениям он бы не вынес. Он хотел было наведаться к Чарли, но глянув на золотые украшенные изумрудом часы, передумал – тот не просыпается раньше часа, и уж точно не выходит из дома раньше двух. И тут ему в голову пришла новая мысль.

А может поехать к Эмили?

В ее обществе ему точно не будет скучно. Нужно лишь в нужный момент подлить вина, тогда от холодной святоши не останется и следа, а на смену ей придет умная молодая девушка, которая к тому же может быть очаровательна, да только не понимает этого. Почему бы и нет? Он все равно хотел встретиться с ней вечером, так для чего ждать весь день?

Поигрывая тростью и насвистывая простенькую мелодию, он направился к своему экипажу.

- К мисс Уоррен, - с улыбкой бросил он изумленному кучеру.

***

В доме стало хуже, чем он запомнил. Джозеф широко распахнул незапертую дверь – в нос тут же ударила вонь нечистот и винных паров, на заплеванном полу ручейком растеклись мелкие бутылочные осколки. Если раньше в этом доме старались поддерживать видимость приличия, то ныне здесь царила нищета и грязь. Оставалось удивляться, что это вовсе не наложило отпечаток на Эмили. Он-то и не подозревал, что обстановка стала настолько хуже.

От его детства пахло также. Гнилью из сточных канав, тухлыми помоями, немытым телом и жирной грязью, оседающей на всем вокруг.

Он подавил приступ брезгливости, войдя внутрь. Навстречу гостю запоздало пошаркал маркиз, если этот старик в засаленном халате, от которого за милю разит дешевым пойлом, кислым запахом пота и немытым телом, еще способен так именоваться.

- Милорд, мы не ждали вас, - узнавая, растерянно промямлил он.

- Где ваша дочь? – не слушая этот лепет, холодно кинул мужчина и, не дожидаясь ответа, прошел по длинному коридору.

Он прекрасно помнил расположение всех этих комнат.

- Эмили, вы здесь? – забарабанил он по двери.

- Мы не ждали вас, - вновь проблеял маркиз, подходя ближе.

- Убирайтесь, - в нетерпении ответил молодой человек и отмахнулся от него, как от мухи, продолжая барабанить, - Эмили, вы слышите меня?

- Девочке надо время одеться. Давайте я поговорю с ней, - мямлил старик.

- Я сказал: убирайтесь! – рявкнул Джозеф, - Почему она не отвечает? Эмили?

Послышался шорох, затем дверь чуть приоткрылась, оставляя узенькую щель.

- Здравствуйте, сэр, – чопорно начала девушка, как будто и не было вчерашнего вечера.

- С вами все в порядке? – спросил Джозеф, чувствуя себя последним болваном. – Я могу войти?

- Боюсь, это не совсем прилично. Вам не было нужды приходить.