Нищая невеста

24.2.

Поддавшись настроению, Джозеф подумал, что следует переговорить с Томасом, чтоб тот подыскал какое-то другое жилье для маркиза с дочерью. А может быть даже выкупил заложенный особняк, сейчас сдающийся внаем. В самом деле, это будет разумно. Во-первых, его будущей супруге не к лицу жить в той конуре, где она живет сейчас. Во-вторых, если газетчики пронюхают о том, где она обретается и с кем водит дружбу ее отец, это будет скандал. Он, конечно, все замнет, но зачем создавать проблемы на ровном месте?

И, нет, конечно, он делает это не из любви, а только потому, что надо придать его невесте респектабельный вид.

Допив кофе и оставив чашку на столе, он поднялся наверх, где его ожидал Рэнди. Тот подготовил невыносимо скучный фрак и брюки в темно-синих тонах. Джозеф с тоской смотрел на белоснежную сорочку и думал, что совершает самую большую глупость в своей жизни.

На торжество, где будет цвет аристократии, он оденется как монах и совершенно затеряется в толпе. Нет, надо было настоять на своем и выбрать фрак в лимонно-желтых тонах и малиновые брюки. В этом наряде он был бы заметен и смог блеснуть своим богатством. Какого черта он позволил Эмили уговорить себя?

«По крайней мере он пошит Портером, а это что-нибудь да значит.» - оставалось ему утешать себя.

Мистер Портер, как и мисс Грей, имел определенную известность в Лондоне. Но только если вторая обшивала прекрасную половину аристократических кругов, то первый снискал славу на поприще пошива мужских костюмов. Даже один наряд стоил целое состояние, а уж целый гардероб мог себе позволить, пожалуй, только принц Альберт и самые видные вельможи королевства.

Джозеф перевернул небо и землю, чтобы мистер Портер нашел время для него, и сейчас, стоя перед зеркалом, разглядывая себя и позволяя камердинеру завязывать на шее жемчужно-серый шейный платок, скалывая его булавкой с неприлично большим сапфиром, он жалел, что пошел на поводу у Эмили и камердинера.

Костюм, конечно, сидел идеально и цветом составлял пару ярко-синему платью его спутницы, но совершенно не сообщал, что его владелец богат и могущественен. Камзол не был украшен ни дорогой вышивкой, ни изысканным кружевом, на трости не был завязан ни один бант, ни одна лента. В нем он походил на фабриканта средней руки, явившемся на деловую встречу. Как, скажите на милость, в этом монашеском одеянии ему произвести впечатление на цвет местной аристократии?

Недовольно прищелкнув языком и отвернувшись от зеркала, он с укоризной посмотрел на Рэндольфа, ожидая, что тот поймет свою вину. Но камердинер был невозмутим и спокоен, как будто не по его вине Джозеф выглядел так тускло. Бог знает, что бы он наговорил несчастному слуге, но только в этот момент вернулся дворецкий и сообщил, что мисс Уоррен готова.