Нисхождение семи

Глава 11. Голод

От лагеря выживших я отдалился уже на приличное расстояние и остановился, немного переводя дух. Только сейчас я заметил, что льющий все утро, как из ведра, дождь прекратился. Тучи понемногу начали рассеиваться, вновь зачирикали птички, а где-то вдалеке появилась неярких оттенков радуга. Теплые солнечные лучи быстро прогревали влажный воздух.

Я с удивлением смотрел на небо, не в силах поверить, что еще не наступил даже полдень. А ведь до этого мне казалось, что с момента моего пробуждения прошло как минимум часов десять.

- Апчхи, - солнечный зайчик на мгновение ослепил меня. В этот миг мне неистово захотелось скинуть с себя мокрую одежду и рухнуть в чистую мягкую кроватку, укрыться одеялом и проваляться так дней пять.

«И, вправду, я ушел уже на достаточное расстояние от базы выживших, нужно найти себе какое-то укромное местечко»

Искать особо не пришлось – куда ни глянь, повсюду стояли серые пятиэтажки, в которых полно пустующих квартир. Главное сейчас не напороться на засевшего измененного, а то в таком плачевном состоянии я не отобьюсь и от кошки.

Побродив между домами какое-то время, я заприметил квартиру на первом этаже, где на окнах отсутствовали решетки. Подобрав с земли увесистый камешек, я запулил им в окно. Камень с громким звуком бахнул в центр окна и отскочил в сторону, не разбив стекла, а буквально через пару секунд занавеска, закрывающая обзор, была сорвана, и в окне показалась зубастая морда. Она начала со всей своей монструозной дурью биться лбом в пластиковый барьер, на мою удачу - безуспешно.

-Ладно, - я расстроенно вздохнул и побрел в сторону другой серой коробки. Остановившись у первого же подъезда, я подобрал очередной камешек и бросил в окошко второго этажа - никаких признаков жизни.

«Оптимистичное начало», - сделав еще несколько попыток для полного спокойствия, я, наконец, принял решение войти. Рюкзак на всякий случай оставил на земле, пока что он мне не понадобится. В клумбе рядом с подъездом я выбрал внушительный булыжник и закинул на бетонный козырек над подъездом.

-Иэх, - издав болезненный вдох, я подпрыгнул и, зацепившись пальцами за бетонный край, подтянувшись, не без труда затащил себя вслед за булыжником. Сунув его в карман, я стал подбираться к окошку по хлипкой, давно некрашеной трубе. За кружевными занавесками находилась кухня. Понадобился только один удар, чтобы обычное стекло разлетелось на осколки. Аккуратно, чтобы не пораниться о торчащие в раме мелкие стекла, я пролез в чужой дом. Внутри помещения было душно и пыльно, словно здесь долгое время никто не жил. Однако, едва под моими ногами скрипнул старый потертый линолеум, как на кухню, неистово мяукая, влетел крупный кошак и сразу же принялся ластиться, требуя, то ли еды, то ли внимания, то ли того и другого вместе.

Переступив через тучный валун шерсти, я заспешил проверить другие комнаты: в ванной воняло сыростью и старой одеждой, в гостиной на полу лежал огромный потертый, выцветшими узорами ковер, который не выбивали лет двадцать, если не больше. Мебели в квартире оказалось крайне мало и вся старше меня минимум вдвое. В небольшой дальней комнате напротив деревянной кровати на высокой треноге стоял пузатый телевизор, такие я не встречал с детства. Не обнаружив присутствие людей или нелюдей, я побрел обратно на кухню.

Котяра, сопровождавший меня по всем комнатам, уже был тут как тут и загремел жестяной миской, всё-таки он требовал еды. Хоть мне и самому жутко хотелось жрать, в первую очередь я решил накормить бедное животное. Пошарив по ящикам и полкам, я нашел немного кошачьего корма в потертом пластиковом пакетике. Оголодавшая животина жадно захрустела коричневыми подушечками, а я тем временем принялся проверять запасы отсутствовавшего владельца квартиры.

В холодильнике нашлось немного вареной колбасы, пара яиц и какие-то варенья, соленья. В шкафчиках скудные запасы круп и макарон.

«Не густо конечно, но на сегодня думаю хватит» - проблему продовольствия я решил отложить на следующий день.

Выйдя на свежий воздух, я подхватил свои немногочисленные пожитки и огляделся вокруг. Теплая погода явно нравилась и новым жителям этого мира - вдалеке по дороге, откуда я пришел, уже замаячили силуэты охотников за двуногой дичью.

«Пожалуй, на сегодня проблем хватит!» - Больше не испытывая судьбу, я укрылся внутри временного убежища.

В рюкзаке Пахома лежали несколько консервных банок с тушенкой, шпроты и буханка ароматного черного хлеба. Проглотив слюну, я ощутил неистовый голод. Удивительно, что раньше он дремал и совсем не давал о себе знать.

Изначально я планировал немного перекусить и лечь спать, но в итоге вошел в азарт и съел все припасы в доме, не побрезговав даже старыми банками с грибами. Надеюсь, системный интерфейс не врет, и тело Акена действительно дает стойкость к болезням и ядам. Тоскливо пошарив по пустым полкам, я стал с аппетитом поглядывать на кружащего около меня толстого кота.

«Не, не, не», - отбросив глупые мысли, я пошел в маленькую комнатку. Зашторив окно и скинув с себя влажную, дурно-пахнущую одежку, я уселся на кровать. От лютого голода совсем позабыл о ране на животе. Я ожидал увидеть там дырку с торчащими кишками или еще каким органом, однако, на этом месте образовалась лишь широкая черная корка. На ощупь она была чересчур твердая и горячая. Я быстро осмотрел другие раны: практически все выглядели так, будто им уже недели две или три.

«Это, чертовски… здорово!» - я вскочил и заходил по комнате. В голове пронесся ворох мыслей и идей на этот счет. От повышенной естественной регенерации, до скрытых пассивных особенностей моего умения. - «Интересно, если мне руку отрезать, она отрастет?»

Однако, полет мыслей вновь вернулся к неимоверному желанию что-нибудь съесть, слопать, сожрать! Мысли о еде становились все более и более навязчивыми.

«ААА!» - я резко растер лицо руками. – «Где-то поблизости должен же быть магазин?»

Бросив взгляд на свое мокрое тряпье, я заглянул в пошарпанный советских времен шкафчик, стоящий в углу комнаты. Теперь понятно: в этой квартире жила очень старенькая бабушка. Все вещи оказались женскими и настолько ветхими, что готовы были рассыпаться в труху при малейшем прикосновении.