Нисхождение в Бездну

Глава 6: Божество

Звон колоколов, приятный женский голос, мужские обсуждения неподалёку — всё это казалось мне таким близким и душераздирающим. Что это за чувство? Почему я хочу плакать и в то же время смеяться? Я получил такой ничтожный, такой маленький шанс на жизнь, и вот, прожив девять лет как маг и любимый сын, я очутился здесь.

Я лежал на холодной, такой белой, как летний небосвод, плитке и смотрел на потолок, разрисованный разными узорами. В его центре висела громадная люстра, обволакивающая практически половину воздушного пространства комнаты. По всему потолку были добавлены золотистые украшения, разбавляющие интерьер.

Приподняв своё тело и сменив положение лёжа на сидячее, я осмотрел помещение. Оно напоминало собор или церковь. Рядом со стенами располагались медные подпорки, поддерживающие своды, а на самих стенах я видел изображения древних богов, созданные из того же золота. Не сказать, что я увидел кого-то знакомого — здешние боги не были похожи на земных или мифологических. Никакого тебе Зевса, Посейдона или Аида. Здесь были разве что фигуры, отдалённо напоминающие Ареса, Афину и Гермеса, но, учитывая мои «глубокие» в этом деле познания, я, вероятно, ошибся.

Устремив взгляд прямо вперёд, я заметил небольшую лесенку из шести ступенек, ведущую к огромному золотому трону. Рядом с ним стояли четыре служанки, одетые в одинаковую белую форму с чёрными крапинками. Они слегка склонили головы в сторону трона и сложили руки крест-накрест, убрав их за спину. Их лиц мне было не разглядеть — они словно тонули в тумане.

Внезапно на троне появилась фигура. Её лицо ничем не отличалось… точнее, я его просто не видел: отчётливо виднелись лишь губы. На теле было надето красивое белоснежное, будто свадебное платье, а невероятно длинный подол стелился по полу. Девушка сидела непринуждённо, без тени смущения. Она лишь поставила локоть на золотой подлокотник и опёрла голову на кисть. Затем послышался звон колоколов. Он длился не больше минуты, но казалось — вечность. На душе стало спокойно: больше ничего не рвалось в мысли, ничто не тревожило.

— Красивый звук, не так ли? — произнесла фигура. — После него всё наше существование кажется таким бессмысленным, таким ничтожным и глупым...

Я ничего не ответил, лишь смущённо кивнул, стараясь не показаться глупым. В ответ на это девушка немного помолчала, будто ожидая моей реакции. Но, не услышав её, продолжила:

— Знаешь, иногда мне кажется, что людские жизни такие интересные и в то же время очень странные, неожиданные и трагичные. Вы рождаетесь, учитесь, смеётесь и изучаете неизведанное, а потом погрязаете в работе, грусти и тоске. Каждый из вас, настолько очарованный в детстве миром, становится таким стандартным и скучным... Люминос, не кажется ли тебе твоя прожитая жизнь глупой или, возможно, недостойной свеч? А может, ты разочарован?

— Я... я...

Я не знал, что ответить. Слова, крутившиеся в голове, уже давно исчезли, унесённые звоном колоколов. На языке было пусто. Я слышал иронию в её речи, чувствовал, как она старается подловить меня и услышать слова несогласия. Но как бы я ни хотел возразить, я прекрасно понимал: всё, что она говорила, — чистая правда.

— Я ведь... умер, да? — умиротворённо спросил я.

В ответ на мой вопрос я заметил лёгкое изумление: её губы, накрашенные в ярко-алый цвет, сложились в круг.

— Конечно же нет. Я лишь хотела узнать твоё мнение о прошлой жизни.

Сказать, что это стало неожиданностью, — значит не сказать ничего. В мгновение ока я вскочил на ноги и, переспросив «Точно?», увидел лишь утвердительное кивание. Значит, всё хорошо. Я ещё ничего не потерял!

— Аргх... что?

В порыве радости я даже не заметил, как пропустил мимо ушей вторую часть её фразы. Откуда она знает про мою прошлую жизнь? Неужели среди богов, изображённых на этих рисунках, есть и она? Я правда общаюсь с богиней?

Я начал водить глазами по изображениям на стенах, пытаясь уловить сходство или заметить хоть какие-то различия.

— Не волнуйся, меня нет на этих рисунках. Изображённые здесь боги уже не правят этим миром — они получили своё и отправились туда.

— Получили своё? Ты... т-то есть вы богиня?! — в недоумении выдавил я.

— Верно... Раньше мирами правили несколько богов. Каждый отвечал за свою часть — мы были некими опорами мироздания. Но всё меняется, и наш мир — не исключение. Однажды среди богов произошёл коллапс: несколько из нас не разделили между собой власть. Они начали злиться, решили выместить злость на вас, и тогда Вельзевул предложил свой план. Каждый бог забрал себе один мир, где мог делать всё, что только пожелает: создавать войны, катастрофы, уничтожать города и осушать моря. Было лишь одно правило: за пять тысяч лет каждому богу необходимо было подготовить армию, создать свой собственный мир, готовый дать отпор дру—

Не успев договорить, богиня внезапно остепенилась. Вокруг вновь раздался громкий звон колоколов — настолько оглушительный, что мне пришлось зажать уши.

— Похоже, нам пора прощаться. Люминос, ты большой молодец. Честно говоря, в те моменты, когда ты сражался с троллем или гоблинами, я вновь хотела вступиться за тебя... но, видимо, в тебе действительно больше силы воли и духа, чем я ожидала, — произнесла девушка и мягко, словно родная мать, обнимающая своего ребёнка, улыбнулась.

В следующее мгновение яркий свет залил глаза так сильно, что даже закрыв их, я всё равно ощущал ослепительное сияние. Ноги подкосились, и пол, до этого покрывавший всё пространство подо мной, внезапно исчез. Прямо подо мной образовалась бездна, а я падал — словно изгнанник, падал прямо в неё. В последнюю секунду перед тем, как полностью погрузиться во тьму, я увидел, как губы богини шевелятся.

— Это мой тебе подарок... — прошептала она.

***

Я очнулся, как ошпаренный, вскочив с кровати. Вокруг была небольшая комнатка с деревянными стенами, чем-то напоминавшими мой дом. Только здесь всё ощущалось иначе. Рядом со мной, справа, стояла маленькая деревянная тумбочка с включённым светильником. Слева располагалось кресло — так, будто на нём каждый день кто-то сидел и смотрел прямо на меня. Впереди почти ничего не было: лишь узкий проход к входной двери. Там же находились двери, предположительно в туалет и на кухню.