Нити судьбы

1.2.

Мы вошли в здание и начали подниматься по лестнице в кабинет под бесконечную болтовню коллеги. Алла рассказывала про свои планы на вечер и на выходные, а я вновь погрузилась в мысли. «Кто же ты такой.. и почему так на меня смотрел? В чем причина твоей злости? Глюком моим ты быть не можешь, это однозначно, я ещё не настолько поехала, чтобы путать реальность и вымысел» размышляла я, ведя мысленный диалог сама с собой.

— Янка! - ворвался в мои думы крик Аллы. По имени она звала меня редко, предпочитая называть по фамилии, поэтому этот окрик был как ушат холодной воды на голову.

— Что такое? — вопросительно посмотрела я на неё.

— Ну наконец то, выплыла из своих грёз. Ты, конечно, по жизни в облаках витаешь, но не настолько же. — ответила она, и примерилась к бутерброду. Я продолжала вопросительно на неё смотреть.

— Не смотри так, весь аппетит портишь. — съерничала она. — Точно! Ты к мегере собираешься идти или нет? Уже обед давно закончился.

— Ой! — я вздрогнула, осознавая, что опаздываю уже второй раз за день, и рванула к двери.

— Вот тебе и ой. — резюмировала Алла, и от души откусила от бутерброда. Я поднялась на два этажа выше, туда где обитала наша начальница, Людмила Ивановна. На этаже было темно и пустынно. Я невольно поежилась, и остановилась перед дверью с поблескивающей табличкой. Вдох-выдох, стук в дверь, негромкое «войдите» и я словно ныряю в прорубь в самый сильный крещенский мороз.

В кабинете, в противовес коридору, было очень светло. Огромный стол, стоявший напротив двери, занимал половину пространства, а мегера, восседавшая за ним, казалась в два раза больше, чем обычно.

— Неужели, Одинцова, ты соизволила до меня дойти. — произнесла Людмила, окидывая меня взглядом. — Ну что ж, входи, входи, присаживайся, не стесняйся. На ватных ногах я подошла и опустилась в кресло, стоящее напротив стола.

— Скажи мне, вернее, позволь узнать, почему же я имею честь лицезреть тебя только сейчас? — вкрадчиво начала она. И чем тише она говорила тем больше я ощущала, что мне конец.

— Почему ты игнорируешь график, установленный в организации..

— Но я.... — начала я.

— Почему ты не пришла ко мне сразу после опоздания, как все остальные?

— Подождите...

— Почему я... Я должна приходить к тебе, чтобы выловить, а вместо этого узнавать, что ты находишься не на своём рабочем месте, а шляешься чёрт пойми где? — продолжила она, не обращая внимания на мои попытки вставить хотя бы слово.

— Людмила Ивановна...

— Мне это надоело, Одинцова!

— Но Людмила Ивановна! — вскрикнула я, перебивая её. Её лицо закаменело. А я, холодея от ужаса, твёрдо продолжила — я была на своём рабочем месте. «Опустим, что я действительно выходила на улицу, но было время обеда» подумала я.

— И не стыдно тебе? Хоть бы призналась. Этим ты окончательно подорвала моё к тебе доверие. Да и лимит своих проступков ты тоже превысила. Надеюсь ты понимаешь, что это означает, Одинцова?

— Не совсем. — ответила я, прекрасно осознавая, что это конец, но надеясь на лучшее.

— Ты уволена, Одинцова. Заявление пиши по собственному желанию. Две недели отрабатываешь и свободна. А сейчас избавь меня от своего общества. Людмила Ивановна... — снова начала я.

— Хватит. — отмахнулась она. — Я устала слушать твоё бесконечное враньё. Ты свободна, иди.

Я встала, вышла в коридор, прикрыла за собой дверь, и изнеможенно прислонилась к стене. Разговор с мегерой вымотал мне нервы и силы меня разом покинули. Я не могла поверить, что она уволила меня, и мало того, уволила за проступок, которого я не совершала. Да, опоздала, но с кем не бывает. Но отсутствие на рабочем месте... В голове восстанавливался сценарий сегодняшнего утра. Вот я вхожу, иду в кабинет, потом работаю с программой, начинается обед, Алла уходит, я смотрю в окно и зависаю так минут на десять, затем иду на улицу... «Ничего не понимаю. Это какая-то ерунда. Я всё время находилась в кабинете». Вместе с непониманием меня начала переполнять злость и раздражение, а ещё глухая обида. На это место, на этих людей. 

— Господи, как же надоело то, а! Не хочу разбираться со всей этой историей!

Я отлепилась от двери и направилась в свой уже бывший, кабинет. Хватит с меня Людмилы, хватит рассказов Аллы, вредного Семёныча. Что же, раз так получилось, то пусть так и будет.