Низвергнутый во тьму. Огонь в свете Луны

Глава 9. Флейта потерянных душ

Циньяо резко поднялась. За окном только забрезжил рассвет. На сердце стало неспокойно. Если вчера перед зеркалом она еще не была уверена, что видела именно Яоцзунь, то теперь уверенность только окрепла. Но почему ей снятся эти пугающие сны? Почему она видит именно Яоцзунь и ее историю? Что все это означает?

Не может же так случиться, что она простая смертная девушка – очередная проживаемая жизнь богини, которую приговорили к забвению? И что будет когда тысяча жизней, которые ей суждено прожить, завершатся? Она вернется на небеса в качестве небесной небожительницы? Встретит Небесного владыку, который обрек ее на подобные страдания?

А какже Цзы Ухань?

Мысли о низвергнутом боге вызвали странную печаль. Ведь получается, если верить ее снам, его обвинили в применении темных практик и осудили еще до окончания войны с Преисподней. Но согласно легендам о небожителях, он не просто закончил Пятую войну с преисподней, он завершил ее с триумфом. Его почитали как величайшего из богов Войны. По своей силе он приблизился к правителям пиков и самому Владыке небес. Именно поэтому к нему применили формацию Тысячи молний разрушения души и после пяти сотен лет мучений под формацией сбросили в Чи Мо Цзие, напоив водой из реки забвения.

Эту историю Циньяо знала наизусть. Когда впервые прочитала историю Бога Войны, испытала горечь и разочарование. Не представляла, что боги способны на такое. Но сейчас получалось, что все было даже еще хуже. Наказание Яоцзунь, несправедливое со всех сторон, было назначено самим Небесным владыкой. А причиной тому его уязвленная гордость и тщеславие. Разве должен Величайший из богов быть беспристрастным, справедливым, образцом для всех богов и небожителей Девяти небес.

На деле оказалось все совсем не так. Зависть, гордость присущи и богам тоже… а стремление к манипуляциям и использование своего положения привело к такой вопиющей несправедливости.

Циньяо поднялась, ополоснула лицо водой и внимательно посмотрела на поверхность воды в небольшой чаше, которую использовала для купания. Ее отражение смотрело на нее, а кали воды, что падали вниз запускали небольшие круги. Некоторое время она смотрела на отражение, как вдруг увидела Яодзунь среди серых каменных стен, на ее запястьях широкие золотые браслеты, которые поглощали ее божественные силы, а поверх пояса повязан красный шнур, что привязывал ее к этому месту. Богиня посмотрела на Циньяо и вдруг сказала:

– Найди его. – девушка отшатнулась от чаши, которая от резкого движения не устояла и упала на пол, разлив содержимое. Сердце тревожно забилось.

– Циньяо, у тебя все в порядке? – послышался голос Хуали из-за двери. С трудом перевела взгляд с лужи на полу на дверь.

– Да… – отозвалась глухо. – Просто уронила чашу с водой.

– Что за неуважительное обращение к мастеру? – голос мастера Вэя был строгим.

– Мастер, – пикнул ученик, – простите.

– Я тут при чем, – возмутился учитель. – Извиняйся перед мастером Циньяо.

– Ма…сте…ром…– девушка открыла дверь и увидела испуганную соученицу, которая посмотрела на Циньяо в недоумении, но та лишь со вздохом кивнула. – Я не знала. – тут же подобралась и сложила ладони в приветственном жесте. – Приветствую мастера.

– Учитель! – взмолилась Циньяо.

– Привыкай, – пожал плечами мастер Вэй. – И не зови меня больше учителем, теперь я твой старший брат.

– Брат Вэй, – сказала строго девушка. – Это все так странно. – она посмотрела на все еще склонившуюся в поклоне ученицу. – Хуали, хватит…

Девушка выпрямилась и посмотрела на мастеров.

– Все еще не могу поверить, – вдруг сказала она.

– Я самам не могу поверить, – покачала головой Циньяо.

– Так, – перебил их обеих мастер Вэй, – Ученица, – посмотрел на Хуали, – отправляйся на завтрак и потом на занятия… тебе еще расти и расти до звания мастера.

– Слушаюсь мастер, – та покорно опустила голову и попрощавшись жестом пошла в нужную сторону.

– А ты, за мной, – жестом поправил рукава своего одеяния и сцепив руки за спиной направился в сторону домиков мастеров. – Кстати сегодня тебе еще перебираться.

– Ну, вот, – выдохнула Циньяо и пошла за ним. – А куда мы идем? – наконец спросила она.

– Покажу тебе твой новый дом и позавтракаем у Ли Шиу.

– А… – Циньяо запнулась на полуслове и решила не спрашивать.

Они прошли общий двор и свернули на дорожку, которая вела в Двор безмолвной Луны, так называли место у подножья горы Юэгуанг Цзянь (гора Лунного меча), где располагались домики мастеров, одинаковые без изысков, но у каждого был отдельный домик. Циньяо и не мечтала в ближайшие годы попасть сюда.

– Ну вот, мы пришли, – мастер Вэй остановился у домика и указала на него рукой.

– Это мой? – девушка удивленно посмотрела на него, как на величайшее сокровище.

– Твой, – усмехнулся мастер Вэй и протянул вперед, – твой ключ. – Циньяо осторожно протянула руку и взяла потемневшую от времени металлическую отмычку. – И вот это тоже тебе.

В другой руке оказалась коробочка длиной чуть длиннее локтя, узкая, выполненная из темного дерева, отполированного до глянцевого блеска. Девушка взяла и ее тоже. Подняла на учителя восхищенный взгляд. Потом осторожно подняла крышечку и увидела на красной шелковой подкладке деревянную флейту тончайшей работы, украшенную иероглифами и металлическими вставками в виде дракона, который хвостом обвивал блестящую поверхность. С кончика хвоста, образовавшего небольшое колечко, свисал красный шнурок с кисточкой на конце. На самой коробочке были написаны иероглифы с именем артефакта – “флейта потерянных душ”.