Низвержение Богини Виктори

Глава 9. История далекого прошлого открывает богине на мир глаза.

Все началось 42 года назад, когда Надежде Элейн было всего лишь 18 лет. В то время она была жизнерадостным ребенком, для которого каждый день был словно праздник. Не смотря на тяжелую работу на пшеничных полях, не смотря на бедность ее семьи, молодая девушка была счастливой и никогда не жаловалась на жизнь. К тому же, совсем недавно, статный юноша из зажиточной семьи крестьян, захотел на ней жениться. Звали его Геогр Литий. Он был очень красив в ее глазах, и Надежда была в него сильно влюблена, и как видно, чувства были взаимными.

Свадьба была не очень пышной, но гуляла, как всегда, вся деревня. Молодые были центром этого празднования, танцевали и веселились краше всех. Пусть на свадьбе и не было дорогих напитков и блюд, пусть наряд невесты и не был самым изысканным, но Надя была на седьмом небе от счастья, точно также, как и Геогр.

Прошло не так много времени со свадьбы и брачной ночи, как молодая девушка чувствовала себя неважно. У нее болел живот, и работать как раньше, она не могла. Прежняя еда для нее стала противна и только от одного запаха ее рвало.

- Дочь моя, ты, наверное, ждешь ребеночка, - говорила мать, - Поздравляю!

- Кто тут у нас ждет ребеночка? – поинтересовался Геогр, который расцвел в улыбке только от одной фразы. Он сильно обнял свою супругу и поцеловал ее в лоб.

- Давай вместе сходим до знахаря, пусть что-нибудь даст от твоей тошноты, - предложила матушка своей дочери, и они пошли к концу деревни до лекаря.

Время быстро летело, и уже каждый знал, что молодая Надежда Литий ожидает первенца. Ей запрещали работать, таскать тяжести и даже готовить обед. Она сильно возмущалась по этому поводу, но в душе была очень рада такой заботе. Геогр чуть ли не носил ее на руках, а свекровь не могла нарадоваться такой невестке.

Наступил день родов. Они дались молодой девушке очень тяжело, и только спустя сутки мучений на свет родился мальчик. Мальчики-первенцы ценились как среди дворян, так и среди обычного люда. Ведь мужчина – глава семьи, будущий наследник и продолжатель рода. Девочек тоже любили, но почему-то отцов очень сильно печалил тот факт, что рождался не наследник. Но Надежде повезло, и она полностью оправдала возложенные на нее надежды. Ребенок оказался довольно крепок здоровьем и телом и быстро рос, что не могло не радовать семью. У малыша были голубые глаза и светлые, цвета пшеницы, волосы, он был точной копией отца.

- Как назовем нашего малыша? –спросил Георг, нежно прижимая к себе жену и малыша.

- Как насчет Элиота?

- Прекрасное имя, - прошептал ей на ухо мужчина.

Все было замечательно до того момента, как пришел один из дворян. В этой деревне не было местного правителя, поэтому жители не знали, что значит подчиняться хозяину и как правильно склонять голову. Но пусть они этого не знали, но все равно понимали, что к такому человеку нужно относиться с почтением.

- Слушайте все, - крикнул он, разворачивая листок бумаги, - К нашему сожалению, враги напали на нашу землю! Они хотят захватить наши плодородные земли, наши чистые воды, наших жен и детей! Неужели вы позволите это сделать? Нам требуются добровольцы в ряды войск, надеюсь на вашу любовь к этой земле!

Речь была короткой, но воодушевляла дух. Многие люди, что слышали это, начали перешептываться, возмущаться наглостью захватчиков и неизбежным неурядицам, что они несли с собой. Старики этого места прекрасно знали, что такое война, они сами ее пережили, и как только до их ушей дошло это злополучное слово, тут же плюнули и пошли обратно в дом. Деды прекрасно знали, что пусть слова и звучали, не как приказ, а как просьба, это все равно был приказ, и хочешь, не хочешь, а тебя заставят воевать. 

- Георг, неужели и правда будет разруха и будет проливаться кровь? – расстроена спросила его жена.  – Нашему сыну еще не исполнилось и года, ты не можешь меня оставить!

- Конечно, я тебя не оставлю. Наши матушки и батьки совсем стали слабы здоровьем, они не смогут сами себя прокормить. Я не хочу нагружать тебя слишком сильно, поэтому не беспокойся.

Он обнял Надежду, а она его. Ее объятия были очень сильные, ей казалось, что если она отпустить его, то он исчезнет, передумает и бросить ее тут одну, с маленьким ребенком на руках и пожилыми родителями.

Наступила ночь и в домах затухала последняя свечка. Соседские собаки сладко спали, наслаждаясь долгожданной прохладой после летнего зноя. Но неожиданно, начала лаять какая-то псина, а затем  к ней подключились и другие. Их лай был такой отчаянный, полный ужаса и желания предупредить своих хозяев о враге.

Затем раздался громкий скулеж, который тут же затих. Это насторожило остальных животных, и они все замолчали. Напуганные люди не решились выходить, чтобы проверить, в чем дело, а просто сидели и ждали, что будет дальше, да молились, чтобы неудачи их обошли стороной.

Но в эту ночь никто не остался невредим. Войны, во главе с тем самым дворянином, поочередно входили в дома и забирали мужчин. Их не волновал ни возраст, ни болезнь, для них все равно, кто будет воевать, все равно многим суждено пасть, так какая разница, кому? Так, они забрали юношей, которым только-только исполнилось тринадцать, и стариков, которые уже еле ходят. Во всех домах ревели женщины и дети, но они ничего не могли поделать, только смириться.

Так постучали и в дом Надежды и Георга. Сначала постучали вежливо, но после терпение непрошенных гостей лопнуло, и они сорвали замок. От резкого шума ребенок проснулся и начал жалобно плакать, обеспокоенная девушка тут же схватила его и начала нервно укачивать, смотря на вооруженного человека. Он направил свой меч на ее мужа, Геогра.

- Поздравляю, ты идешь сражаться на благо нашего Царя.

- А если я откажусь? –спросил мужчина.

-Тогда ты лишишься жизни вместе со своей женой и ребенком. Нам не нужны предатели.

Надя хотела подбежать к мужу, прижаться к его широкой груди и никуда не отпускать, ей хотелось защитить любимого человека от опасности, но она ничего не могла сделать. Необдуманное движение могло стоить им жизни, поэтому она только и могла, что стоять возле кроватки малыша и смотреть на вооруженного воина испуганным взглядом.