Ночь. Остров. Вурдалаки

13

— Ты какая-то тихая с утра, — сказал отец, глядя, как я вяло ковыряюсь в яичнице. — Завтракаешь и не ворчишь на меня. Ты не заболела?

— Нет, просто... — Я взяла тост и разломила. — Просто дело очень сложное.

— А я по твоему совету решил заняться садом. Сегодня буду обрезать розы... — Отца прервал звук подъезжающей машины, и я ощутила облегчение. Воронов опоздал, но всё равно приехал. Я бы не удивилась, если бы Андрей не появился, и даже успела пожалеть, что оставила скутер у участка. Самое время проверить правдивость утверждения, что я вполне могу преодолеть сорок километров до Иже на своих двоих.

Но Воронов всё же приехал.

— Отлично, папа, — сказала я, поцеловав отца в небритую щеку. — Увидимся вечером. — И вышла из дома.

Белый внедорожник стоял напротив крыльца.

— Куда? — спросил Воронов, стоило мне занять место пассажира.

— Знаешь, где это? — Я показала ему фотографию одной из картин Софии Болотовой.

— Звонкий холм? Конечно, — сказал он, выруливая со двора.

— Вчера я полночь рассматривала эти картины и... Тебе неинтересно? — спросила я, понимая, что мужчина слушает меня вполуха.

— Нет... Вернее, конечно, интересно, просто голова другим занята, — сказал он немного странным голосом и свернул на лесную дорогу.

— Не хочешь поделиться? — предложила я.

— Не хочу, но я вынужден это сделать. — Он побарабанил пальцами по рулю и продолжил: — Сегодня со мной связался нотариус Таши и, скажем так, в неофициальной беседе просветил насчёт дальнейшей судьбы её имущества.

— Не томи, — попросила я, когда он замолчал. — Она была богата?

— Не то чтобы богата... Дом, земля, на которой стоит центр, автомобиль, немного сбережений и... Двенадцать процентов акций ткацкой фабрики Болотова.

— Ого, — сказала я. — Наверняка номинальная стоимость немаленькая. Откуда они у неё? Купила? Или Болотов подарил?

— Последнее. Но самое интересное не сам факт дарения, все же по словам Алины они были любовниками, а его дата. Он подарил ей акции в одна тысяча девятьсот девяносто девятом году.

Я не удержалась и присвистнула.

— То есть они были близкими друзьями уже тогда? Чёрт, Болотов только-только женился! — сказала я, а Воронов промолчал. — И что, никаких возражений? Никаких «Таша не такая»?

— Таша — это не София, и слухи о ней ходили самые разные, даже в период её недолгого замужества.

— Например?

— Таша любила мужчин, она была свободна и ни перед кем не отчитывалась о своей личной жизни.

— Но ведь есть что-то ещё? — спросила я, внимательно приглядываясь к мужчине. — Ты какой-то странный, словно я вчера тебе врезала, а потом ещё и заставила извиняться. — Андрей улыбнулся, не знаю почему, но меня порадовала эта мимолётная улыбка. — Выкладывай.

— Нотариус сказал, кто наследует после Таши дом, сбережения, акции, автомобиль, центр...

— И кто? Андрей, мне каждое слово из тебя клещами вытаскивать?

— Было бы интересно посмотреть, — проговорил мужчина, вывернул руль и остановил автомобиль. — Но рано или поздно ты всё равно узнаешь. Это ты.

— Не поняла. Что я?

— Ты наследуешь.

— Это такая шутка, да? — Я посмотрела на Воронова. — Или месть за вчерашнее? Мне извиниться?

— Не стоит.

— Послушай, мы даже не были знакомы, как она могла мне хоть что-то оставить?

— А в этом деле знакомство особой роли не играет. Погоди. — Он поднял руки, видя, что я готовлюсь возразить. — В её завещании это звучит так: «Все движимое и недвижимое имущество, которым я буду владеть на момент смерти, я оставляю тому, кто прибудет последним паромом на Кихеу в день, предшествующий дню моей смерти, и первым, кто сойдёт с судна на землю острова». Я потому и задержался, ездил в порт, просматривал записи с камер. Это ты. Ты сошла первой, причём так быстро, словно тебя черти подгоняли.

— Это идиотство, а не завещание. Как его вообще заверили?

— Ну, в оправдание нотариуса скажу две вещи. Во-первых, любой человек вправе как угодно распоряжаться своим имуществом — захочет, раздаст нищим, захочет, подарит соседской собаке.

— А во-вторых? — спросила я, когда он замолчал.

— А во-вторых, дело в том, что это не первое подобное завещание Таши. Это подписано полгода назад. А согласно предыдущему, всё получал тот, кому принадлежал титул «самый удачливый рыболов острова», а до этого — последней мисс Кихеу. — Он пожал плечами. — У Таши не было ни родных, ни детей, вот она и придумывала.

— А ты точно не разыгрываешь и не мстишь мне за вчерашнее?

Вместо ответа он отстегнул ремень, покинул авто, обошёл, открыл мою дверь и сказал:

— Я никогда не мщу женщинам, которые мне отказали. Я вообще никогда не мщу женщинам. А ещё, — он вдруг обхватил моё лицо руками, — я хочу кое-что проверить. — Андрей наклонился и быстро поцеловал меня. — Всё утро об этом думал. И да, твои губы такие же сладкие, как и вчера. Даже слаще. — И, видя, что я хочу что-то сказать, закрыл мне рот ещё одним поцелуем. — В следующий раз я сделаю это на центральной площади Иже, во избежание дальнейших инсинуаций.