Ночь после...

Ночь после...

Ночь первая.

Открываю дверь своими ключами осторожно, хотя и не таясь. Сказать, что я сейчас волнуюсь – ничего не сказать, и даже в замочную скважину попадаю ключом не с первого раза. Интересно, что же меня ждёт там, внутри? Особенно если припомнить, с каким упорством эта девочка-стесняшка отправляла меня к мужу.

Как выяснилось, в квартире меня дожидалась… тишина. Ботинки Дениса стояли на месте, пиджак висел на спинке барного стула, а вот его самого не наблюдалось. Может на такую халатность и стоило бы обидеться, но вторым, что бросилось в глаза сразу после его ботинок, стала огромная игрушка в виде плюшевого зайца. Мягкий наверняка, уютный такой. Вот ведь засранец, догадался, с каких козырей ходить!

Подхожу к зайчику, провожу ладонью по меху – действительно мягкий. Воровато оглядываюсь, и только после этого сжимаю игрушку в руках, буквально затискивая. А ведь думала, что давно разлюбила эти пылесборники… Ладно уж, пусть заяц пока поживёт в этой квартире.

Оставив плюшевого малыша, который вообще-то в половину меня размером, прохожу на кухню, хотя прекрасно понимаю, что мужа стоит искать не там. Но на столе меня ожидает второй сюрприз в виде корзинки со вкусностями: различные нарезки, фрукты свежие и засушенные, несколько бутылочек с соком. Сыр? Видимо, это для Дениса. А вот горький шоколад тут точно для меня, как и тягучая халва.

Распаковываю пару конфеток, бросаю их в рот и рассматриваю стол повнимательнее. Убираю в шкафчик блистер с сорбентом – там ещё осталось две таблетки, запиваю шоколад соком, и только после этого так же тихонько прохожу в спальню.

Вообще-то всё время с момента прибытия в квартиру я очень волновалась. Ну знаете, пульс под сотню, слегка влажные ладошки, дрожь в пальцах. Но стоило увидеть мужа спящим в моей постели, и волнения как не бывало. Ну вот же он, любимый, родной и уютный намного больше, чем подаренный им заяц. Подозреваю, Денис держался до последнего, коротая время до моего возвращения, но сон оказался сильнее. И ведь заснул наверняка недавно, потому что волосы ещё слегка влажные после душа. Как и футболка, в которую он переоделся, раз уж костюм наверняка пропах баром, где выпивал. Про бар ведь говорила Мира, да?

От воспоминаний о девочке хочется улыбаться. Так переживала за нас с Денисом! Интересно, уже встретилась с мужем? Наверняка. И я ни секунды не сомневаюсь, что даже воспользовалась моими советами. Надо будет позвонить ей через пару дней, что ли, или отправить тортик. Но сейчас у меня есть вещи поважнее, а именно – как поступить с этим спящим красавцем. Дать нам обоим время до утра? Или решить всё здесь и сейчас. А, впрочем, к чёрту планы – они никогда не работают как надо.

Стягиваю с себя свитер и джинсы, снимаю носки и укладываюсь на кровать рядом с Денисом. Почти минуту просто рассматриваю знакомые до каждой клеточки черты, ведь я не видела его так уже несколько месяцев. Мамочки, ну как же можно продолжать оставаться таким красивым и желанным! Почему моё отношение если и менялось за эти годы, то только в лучшую сторону? А ведь мне очень нужно держать себя сейчас в руках... Но как это сделать, когда так и тянет прижаться к мужу, просто не представляю.

Осторожно тянусь погладить его по волосам, и почти сразу Денис приоткрывает глаза. Не дёргается, не удивляется. Мы просто продолжаем лежать на расстоянии в половину вытянутой руки друг от друга и молчим.

- Ты сейчас настоящая, или опять мне снишься? – спрашивает муж негромко, и этим вызывает улыбку.

- А что, часто снюсь в последнее время?

- Кажется, вообще не покидаешь моих снов, - супруг мой улыбается в ответ. – Но я совсем не уверен, что это просто сновидения, а не куски воспоминаний. Хочешь расскажу, когда в тебя влюбился?

- Расскажи, - киваю.

Надо же, а раньше никогда о таком не говорил! «Люблю», и всё, словно мне этого должно быть достаточно.

- Третья наша встреча, что ли, - начинает Денис, укладываясь поудобнее и так же смотря мне в глаза. – Нам нужно было выезжать на объект, а там, по сути, просто пустырь позади огромной парковки для фур. Мы были втроём: ты – бесячая девица, которую мне навязали, я и архитектор. Идём, вроде бы всё нормально и мы с тобою даже не ругаемся, но тут огромная ГАЗель преграждает нам путь, пытаясь запарковаться. Стоим, ждём, пока проход освободится, но у водилы явно что-то там не получается – то ли габариты не чувствовал, то ли что ещё, я так и не понял. И вдруг ты начинаешь совершенно беспардонно орать «Давай, у тебя всё получится! Мы в тебя верим, прижмись чуть правее». Честно – я офигел там, иного слова и не подобрать. А вдруг в кабине сидит громила, который сейчас выйдет и как следует настучит нам по голове? Но тебе хоть бы хны, и ты продолжаешь весьма громко комментировать каждый манёвр, словами направляя его куда надо. Архитектор очень быстро потерялся, кстати, предпочтя протискиваться по стеночке как можно дальше от нас, а я стою рядом, не понимая как на весь этот балаган реагировать. Но вот ГАЗель запарковалась, оттуда вылез действительно огромный такой заросший дядька, и с удивлением посмотрел на тебя. Ты помнишь, что тогда сделала?

- Вообще не помню ни что сделала, но какой-то там парковки, - издаю смешок. – Мы разве не просто на объект прошли?

- Если бы! - муж качает головой. – В общем, ты крикнула ему «Умничка!» и отправилась догонять архитектора, а водитель подошёл ко мне, и выглядел настолько же недоумённым, насколько я сам. Спросил тогда, моя ли ты подружка, и после моего медленного, словно в трансе, кивка, заявил «ты там приглядывай за ней как следует. Девка – огонь, но бедовая. Верь опытному человеку, у меня самого жена ровно такая же». И я стою, смотрю на твою спину и понимаю, что ты же просто на всю голову отбитая. Ненормальная совершенно, и за тобой действительно стоит присматривать. Кажется, с того дня я так и не смог отпустить тебя из поля своего зрения, потому что хотел быть рядом в каждый безумный миг твоей жизни.