Ночь в лифте с другом отца

1 глава

Клубная музыка разрывает танцпол, на котором теснится веселящаяся толпа. Тяжелые басы разносятся волной мурашек по всему телу, управляя конечностями, двигая ими в такт дикому ритму.

Ноги слегка побаливают от интенсивных танцев, и я уже успеваю пожалеть, что решила разносить новые каблуки этим вечером.

— Мне безалкогольную Маргариту, — кричу бармену, дыхание тяжело срывается, а внутри растекается приятная эйфория, которая передается от пьяных людей вокруг.

Не могу позволить себе ничего крепче коктейлей. Сегодня мне нужно быть глаз да глаз, поскольку мой дорогой близнец, у которого зудящее шило в одном месте, планирует кадрить местных дам.

И не то чтобы меня интересует в кого он сует свой стручок, в любом другом месте я бы даже глазом не повела в его сторону.

Но если братец случайно скадрит дамочку, что может оказаться дорогой сестрой какого-нибудь кавказца, то он рискует нажить себе целый аул врагов. Его уже похищал безумный бывший одной из пассий, и повторения больше не хотелось бы.

Так рано расставаться с младшеньким я еще не планирую, он пригодится мне в качестве модели для моей мужской коллекции.

Правда уже в первые десять минут понимаю, что роль самопровозглашённой няньки дается мне с трудом. Оболтус быстро скрывается с моих глаз и даже не думает отвечать на сообщения.

Вот так и рождайся на пару минут раньше, а потом всю жизнь будь примерной старшей сестрой и приглядывай за младшим. Настоящая кабала, а этот дурак даже не думает прислушиваться к мне. Мол, и ростом и авторитетом маловата. Говнюк.

И куда он запропастился?

Не мог тихо мирно отсидеть свадьбу в отеле, а потом возвращаться в привычное амплуа кобеля?

Последний раз мои глаза замечают его золотистую макушке у туалета, который не мешало бы проверить. Зная Гордея, он и в туда может даму сердца затащить. Тот еще романтик.

— Пропустите! Пропустите!

Локтями выбивая себе путь, кое-как дохожу до затемненного, обвитого плющами коридора. Обстановка тут красивая, гротескная, будто попадаешь в измерение, где можно сбросить все маски и отдаваться веселью ночи. Да и коктейли в баре тоже неплохие. Если бы не завтрашняя свадьба отца и не толпа родственников со стороны будущей матери, я сама бы поотрывалась здесь по полной.

Наконец оказавшись в коридоре, останавливаюсь, жмуря глаза, чтобы они скорее привыкли к смене освещения.

После ярких мигающих стробоскопов, в темноте сложно различить что-либо. А потому совершенно неудивительно, что через пару неуверенных шагов мой нос впечатывается кого-то.

— Ой, извините! Случ...

Рот затыкается на полу-слове, когда глаза сталкиваются со знакомым ореховым взглядом. До омерзения знакомым, и настолько родным, что тело против воли погружается в воспоминания. Кожа вспоминает теплоту солнечных лучей и поцелуи полных губ, что горячее огня отпечатывались на ней.

А его волосы отрасли с того момента, но взгляд, обжигающий и завораживающий, как звезды на ночном небе, остается тем же. Удивительно. Он все еще смотрит на меня так...

И КАКОГО ТОЛЬКО ЧЕРТА ОН ИМЕЕТ НА ЭТО ПРАВО?!

Заминка длится не дольше минуты. Слегка вздрагиваю от нахлынувших воспоминаний, но ноги сами, на автомате, огибают длинноного мужчину и продолжает путь. Надеюсь, я кажусь спокойной и невозмутимой. Совершенно незаинтересованной в этом предателе.

— Гордей! — вскрикиваю, — Ты где?!

— Злата...

Низкий голос останавливает меня, будто мое тело, как марионетка, привязано ниточками к его рукам. Будто он все еще имеет надо мной хоть какую-то власть. И на секунду я ненавижу себя за эту реакцию.

Делаю еще один шаг, но на этот раз он дается мне с трудом. Ноги каменеют. Кровь отливает от лица. Мне плевать на него, плевать на его слова и оправдания. Плевать-плевать-плевать.

Он не имеет права делать вид будто ничего не произошло. Словно не было этих долгих шести месяцев, будто это не он разорвал со мной связь на долгие сто девяносто дней. Будто это не он бросил меня.

— Злата, подожди.

Сильные ладони смыкаются на мне, обвивают сзади как верёвки, тепло от его кожи моментально передаётся ко мне, электризованной волной проносясь по телу.

— Отпусти, — спиной чувствую сильные мышцы, но все равно пытаюсь вырваться из захвата. Он не отпускает, держит меня крепко, будто я не трепыхаюсь в его объятиях в сопротивлении.

— Злата, — горячее дыхание обжигает ухо, — я скучал.

Его слова, интимные и волнующие, комом оседают внизу живота. Сердце сбивается с ритма, и я на секунду колеблюсь, повернув к нему голову.

То есть как это... скучал?