Ночное видение

Глава 34

Володю, в свою очередь, не видел старика. Обнаружив, что Филипп мертв, он в отчаянии был поглощен одной-единственной мыслью, разрывавшей ему черепушку: что же делать с трупом?!... Впезапно вспомнв про болотную лужу у коровника, он, не раздумывая, рванул туда. Что ж, выгрузить мертвеца в топкое болото гораздо проще, чем возиться в лесу с выкапыванием могилы ...

Хозяин мягким нажатием на тормоз остановил машину. Все, он, наконец, прибыл на место. Оставалось только подняться на поросший подлеском холм, с вершины которого , как на ладони, просматривался кришнаитский коттедж и окружавший его двор с причудливыми статуями. Там, сокрытый деревцами подлеска Хозяин собирался подождать, пока в особняк не заявятся гости.

Вынужденное безделье вновь и вновь возвращало его мысли к прошлому…В его душе ожило воспоминание об убийственной ярости, которая охватила все его существо в момент, когда недотепа Вовик смущенным голосом поведал ему о своем «косяке» с Филиппом.

Убийство на шоссе, как его окрестила Римма, грозило привести «фирму» на грань краха! От понимания этого Хозяин впал в такое дикое неивстоство, что запросто мог бы задушить дегенерата Володю, если бы не существенная разница с ним в физической силе! Все, что он мог, это лишь накричать на своего партнера и обматерить его, насколько хватило фантазии. Но даже спустя несколько недель клокотавшая в Хозяине злость на «гуру» не поумерила своего накала.

Хозяин поежился, сидя в укрытии, - виной тому был забарабанивший по листьям дождь. Он стиснул кулаки, не замечая, что его ногти глубоко вонзаются в ладони. Его нервы натянулись до предела.

А Роман и Римма Лагутинские все еще не приехали.

О нет, он не испытывал сожалений по поводу того, что задумал против них, также , как до этого никогда не испытывал сочувствия к своим рабам - пленникам…Он бесился просто потому, что все так плохо для него обернулось.

Лесной воздух вокруг стремительно пропитывался влагой. А в груди у Хозяин продолжал стыть холодный лед воспоминаний…Ведь после побега и гибели Филиппа в «фирме» уже не происходило ничего хорошего, а вся организованность ее начала трещать по швам.

Взять хотя бы инцидент с Оксаной. В наказание за свое предательство эта дурочка жестоко поплатилась. Вовик самолично выжег ей на лбу клеймо «СУКА», использовав для этого раскаленную проволоку и щипцы. Шефа он при этом в известность не поставил.

Позже Хозяина, даже при том, что он отдавал себе отчет в том, что связался отнюдь не с мальчиками из церковного хора, изрядно покоробил подобный стиль расправы с девчонкой. Что если изуродованная кришнаитка решилась бы обратиться к ментам?! Или расказала бы обо всем старику Влдлену?!

Вовик слушал уже вторую порцию нотаций шефа и хмурился. В течении всей словесной выаолочкин не произнес ни слова, однако, его рожа не скрывала недовольства.

-Нормально вести себя, -настойчиво повторял Хозяин, все же не теряя надежды достучаться до своего парнера,-, Это значит четко придерживаться правил. Не выпячиваться. Внимания не привлекать …. Ты же знаешь,что тихая жизнь без эксцессов как раз и есть залог успеха в нашем деле.

Увы, он опоздал с внушениями. Словно зверь, почуявший кровь, Вовик после убийства Филиппа пошел в разнос. Вопреки «лекциям» шефа, он полагал, что изуродовав Оксану, он тем самым истребил в ней чувство собственного достоинства. По его мнению, морально уничтоженная девчонка с клеймом «СУКА» на лбу, которое она теперь вынуждена была прикрывать платком, больше опасности для картеля не представляет. Но, конечно, он рассуждал как примитив.

После экзекуции Оксана вроде бы смирилась. С уничижительным клеймом на лице ей некуда было податься в большом мире. И самонадеянные бандиты , обрадованные перемене, произошедшей в ней, оставили ее в покое. Они не догадывались, что на самом деле творилось с девушкой. Решив, что ей нечего терять, Оксана теперь только и ждала подходящего случая отомстить подонкам. Слабая и боязливая по натуре она, тем не менее, представляла для них собой бомбу замедленного действия..

Не требовалось особо живого воображения, чтобы представить себе жизнь в кришнаитском особняке. Атмосфера гнетущего страха накрывала дом. Гуру-Володя , Сахилу и Нурлану нравилось делать вид, будто все вернулось в накатанную колею. Оксану они больше не трогали, все же вняв предостережению Хозяина о том, что картелю крайне вредят трупы

И вот в тот момент, когда Вовик расслабился, окончательно уверовав в собственную безнаказанность, кришнаитка решила «спалить» их всех. Хозяина она никогда не видела и не знала, кто он, но перед Володей и Сахилом с Нурланом замаячила реальная перспектива угодить в тюрьму. Улучив момент, девчонка сбежала из общины в деревню с целью сдать «фирму» властям, но, к несчастью для нее, страшная наркотическая ломка помешала ей осуществить свое намерение. Позже, помутившись разумом, Оксана избавила себя от страданий с помощью самоубийства и тем самым впервые приковала внимание милиции к скучной деревне Кургановка. Можно сказать,что месть она свою все-таки осуществила.

Интересно, задумывалась ли Оксана о том, что следующий роковой вираж событий втянет в себя ее родного дедушку, Владлена Яковлевича?!… Об его смерти Хозяин избегал надолго задумываться. Безобидный старикан был виноват лишь в том, что оказался не в то время не в том месте, что увы, не оставило Хозяину иного выбора. Отдать себя во власть Яковлевича , надеясь, что он будет молчать, равнялось тому, чтобы добровольно заключить себя вместе с остальными партнерами в тюремную камеру! Опасный пенсионер должен был изчезнуть,…и он изчез. Всю грязную работу выполнил Вовик после звонка Хозяина на мобильник.

И, надо отметить, что здесь он, как ни странно, не напортачил! Следуя указаниям шефа, он рванул на мотоцикле в Кургановку , потом окольным путем, через пастбище, пробрался к старику на задний двор. И , когда бывший агроном добрался домой из яблоневого сада, Вован уже поджидал его в сарае с лопатой. Одним сокрушительным ударом он раскроил голову, ничего не подозревавшему бедняге, как только тот переступил порог. Наверняка Яковлевич умер еще стоя. И вот, труп несчастного старика лежит, скорчившись, на полу, а Вовик, никем не замеченный, бегом спускается через огород вниз, к пастбищу, тем же путем, каким и пришел.