Ночной Продавец

Ночь Первая. Глава 2

Вернувшись внутрь, Андрей нашел свою привлекательную теперь уже коллегу, все также уютно расположившейся верхней половиной своей, без сомнения аппетитной, фигуры на затертом торговом прилавке. Совершенно по-кошачьи выгнув спину и далеко оттопырив широкий зад, Настя из-под полуприкрытых ресниц разглядывала вошедшего мужчину.
- Ну и как тебе? - развязным тоном портовой девки, на которой уже заплатки ставить негде, поинтересовалась она и, видимо для придания своим словам дополнительного веса, слегка повела по сторонам плечами. От этого незначительного движения зажатые в однозначно излишне тесном бюстгалтере впечатляющие женские прелести чуть было не вывалились прямо на витрину.
- Чего? - от неожиданности Андрей опешил. Дыхание его сбилось, сердцебиение ускорилось, а глаза упорно отказывались отводить взгляд от настолько глубокого декольте, что в нем, казалось, при должном желании можно разглядеть даже девичьи трусики.
- Не "чего", а "кто"! - мелодично рассмеялась Анастасия, явно довольная произведенным эффектом. Не то, чтобы было похоже, что она прям всерьез надумала соблазнить первый раз встреченного мужика, но какой женщине же не польстит такая реакция? - Ираклий Петрович, говорю, как тебе?
- Как секс в общественном сортире! - желчно хмыкнув, бросил Андрей прежде, чем успел нормально обдумать ответ. - Вроде и приятно, а говном воняет, спасу нет, - и тут же мысленно отругал себя за несдержанность. Совсем размяк. Засмотрелся на девичьи перелести, и сразу поплыл, разоткровенничался с непонятной бабенкой. Как сопляк спермотоксикозный. Сейчас доложит душману, что новый подчиненный не испытывает к хозяину теплых чувств и все, придется опять искать хоть какой-нибудь колым.
Но Настя на это только запрокинула голову и заливисто расхохоталась, чем вызвала очередное завлекательное колыхание своих пышных форм. Откровенность и порывистость собеседника явно пришлись девушке по душе, поскольку когда смех утих, и во взгляде, и в голосе у нее появилось значительно больше теплоты и радушия. А вот распущенность и наглось почти исчезли, и из-под ярко размалеванной разбитной хабалки прорезалась простая и приятная в общении девушка, словно бы просто носившая чуждую ей маску.
- А ты хорош, - широко улыбаясь похвалила она. - Честно и, главное, точно. Настя, - протянула она руку для пожатия.
- Андрей, - представился Андрей в ответ и с облегчением выдохнул. Ираклий ему не понравился, но за неимением гербовой бумаги приходится подтираться обычной, а за неимением приятного начальника - терпеть даже самую распоследнюю паскуду. Рукопожатие, кстати, у девушки было куда крепче и приятнее, чем у хозяина ларька.
- Ираклий, конечно, мерзавец редкостный, - продолжила она. - Но зато платит вовремя, что по нынешним меркам уже немало. Потому и терплю еще, - и она передернула плечами, словно бы вспомнив какой-то очень неприятный эпизод. Но потом, опомнившись, снова улыбнулась и продолжила. - Ладно, Андрей, проходи, покажу тебе фронт работ на ночь.
Следуя ее приглашающему жесту, Андрей скользнул за прилавок. Там было очень тесно и неопрятно. Почти все свободное пространство было заставлено открытыми коробками с тушенкой, ящиками с паленой водкой и дешевым пивом. Для продавца оставалась только крошечная полоска свободного пространства куда даже ногу-то поставить можно с трудом.
- Прости, тут у нас тот еще бедлам, - смущенно улыбнулась девушка и наклонилась, поднимая с пола какую-то упавшую сдобу. - Склада у нас нет, места мало, поэтому...- она повела руками и положила находку под стекло. - Поэтому, в общем, живем, как получится.
Андрей снова просто пожал плечами. Беспорядок его не слишком беспокоил. Как и вызываемые им небольшие неудобства. За последние пять лет, как родной завод распилили и загнали "за кордон" по цене металлолома, он и не в таком свинарнике поработать умудрился. В ларьке хотя бы тепло, светло, мухи не кусают, да еще и покормить обещали. В принципе, ради такого можно немного и потерпеть. В тесноте, как говорится, да не в обиде.
- Собственно, Андрей, - приступила продавщица к инструктажу, зачем-то интенсивно кивая головой, отчего ее роскошная прическа пришла в движение, словно вокруг головы колыхалось апельсиновое желе. - Я как раз и хочу тебе попросить по максимуму этот бардак разобрать. Все, что есть, надо по возможность распихать по прилавкам, шкафам и полкам. Я сама не успеваю, а Юлька, ну ты ее увидишь еще, она вообще тормоз, каких свет не видывал и больше в носу ковыряется, чем работает. Молочку, она вот тут сверху, - девушка прикоснулась рукой к стопке пластиковых ящиков, составленных чуть ли не выше ее роста. - Надо выложить на витрину. Что не влезет, отправляй в холодильник под прилавком. Мясо туда же, - под ящиком с молоком оказались разные мясные деликатесы. - Только это, - она заговорщицки подмигнула и криво ухмыльнулась. - Сперва надо со всей колбасы срезать хвостики - особенно те, что с металлической скобой - а с копченостей снять упаковку.
- Срок вышел? - сразу же догадался Андрей о причине этих хитрых манипуляций.
- Ага, - обрадовалась его понятливости Настя. - Не знаю, где Ираклий его берет, но явно за копейки. В принципе, продает-то он их тоже дешевле, чем в других магазинах, так что народ сметает под чистую. Вроде пока не жаловались, да и не слышала, чтоб кто траванулся по районам. Но сама я есть ее побаиваюсь, - грустно улыбнулась она. Мало ли чего.
Андрей понимающе кивнул и уже внимательнее рассмотрел ящик с продуктами. Вот ведь каков хитрован, Ираклий! Скупает по разным базам и складам просрочку задарма, а потом втридорога впаривает городской голытьбе. Наверняка ведь немалый гешефт имеет, моджахедина продуманная. Впрочем, впадать в экзистенциальный ужас от мысли, что придется самому продавать такое кому-то, он не спешил. Как и особо жалеть наивного дурака, купившего давно уже умершие своей смертью продукты. Если кто-то не понимает, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке и готов брать непонятно что, лишь бы подешевле, то он сам себе злобный Буратино. Кто он такой, чтобы мешать ему травиться мутной колбасой.
- Водку и прочее бухло надо будет достать из упаковок, - голос Насти вернул Андрея к реальности. Девушка уже сумела протиснуться мимо стопки пластиковых ящиков и теперь стояла около другой горы, уже картонных коробок, судя по характерному позвякиванию, полных стеклянными бутылками. - По одной бутылке подними наверх на полки. Там уже почти ничего нет, но смотри, чтоб не дублировались. Остальное унесешь за шторку, поставишь под кровать. Только, пожалуйста, поставь водку к водке, пиво к пиву, а вино к вину. Чтоб потом по запаре не перебирать каждую. Если найдешь армянский коньяк, его не убирай, поставь под прилавок. Это взятка для ментов, чтоб не слишком внимательно за нами приглядывали.
Андрей с сомнением приподнял бровь. Вот уж без чего он совершенно точно проживет, подумал он, так это без встречи с доблестной и честной постсоветской милицией. Не с его судимостью испытывать радость от такого общения.
- Да не переживай, - беззаботно отмахнулась Настя, правильно расценив выражение его лица. - Они обычно раза два в месяц приходят, не борзеют. В этот раз были совсем недавно, пару дней назад. Успеешь освоиться уже, как в следующий раз заявятся. Проблем не будет, отвечаю. Дальше. Что касается кассы. Денег я тебе оставлю немного, чисто на сдачу. Все равно ночами одна алкашня заходит. А эти берут в долг до зарплаты, как правило. Ну или пока не продадут чего-нибудь из дома. Главное, сам ничего у них не бери, тут запросто ворованное впарят.
- Не дурак, понимаю, - добродушно улыбнувшись, буркнул Андрей и уже в третий раз за сегодняшний вечер подумал о своей судимости и том, что ближайшие полгода точно не собирается влезать ни в какие передряги.
- Ну и отлично, - похвалила напарница. - Для учета у нас есть тетрадки, - из ящика стоящей под витриной тумбы она вытащила три тетради разной толщины и размера. - Вот эта для денег, - обычная школьная тетрадь в клетку. сорок восемь листов, на обложке какие-то герои иностранных мультиков. - Тут пишешь, сколько денег было на начало смены, сколько получил, сколько сдачи дал. В общем, все как обычно. Перед уходом пересичтываешь со сменщицей, завтра это буду я, и оба расписываетесь. Сдал, принял и прочая такая лабуда. Сегодня перед моих уходом тоже, кстати, пересчитаемся. Вот в этой списания, - эта тетрадь была потолще, серая в обложке под кожу. - Тут долги. У каждого почти из местных тут своя страничка, они по алфавиту. Если кто придет и будет просить в долг, то не отказывай, но только если он в тетрадке записан и долг у него меньше трехсот тысяч. А то потом не выбьешь с них, проходили уже. Ну и в тетрадке не написано, что давать нельзя. А то всякие разные тут приходят, никакой веры им нет. Ну а это учет товара, - а вот эта тетрадь уже тянула на настоящую амбарную книгу. Формат альбомного листа, под сотню страниц, твердая картонная обложка. - Сюда все, что продал записывай. Если весовой товар, то до грамма, а то Ираклий потом весь мозг мелкой ложечкой выест, если недостачу в конце месяца найдет. В общем, как я и говорила, ночами покупателей, обычно, немного, так что на уборку времени хватить должно. Но если не успеешь бутылки и консервы расставить - не переживай, это не к спеху, главное молочку и мясо спрячь, а то еще протухнут, заставят еще нас выкупать.
Настя остановилась посреди помещения, уперев руки в крутые бока, и с сосредоточенным выражением лица закрутила головой, пытаясь вспомнить, что забыла.
- Там Ираклий про еду говорил, - подсказал ей Андрей. - Я ж с собой ничего не взял.
- А, точно! - спохватилась девушка. - Лангетов с устрицами не обещаю, но сдохнуть с голоду на рабочем месте не дают. Вот там за шторкой есть стол, можно спокойно покушать и отдохнуть. Плита, чайник, даже кровать есть. Только смотри не засни там.
Андрей отодвинул цветастую занавеску и заглянул внутрь. В убогом закуточке и вправду оказались грубо сколоченный из неструганной доски столик, впрочем уже отполированный от длительного использования, и небольшие нары с лежащим на них матрасом то ли от спального мешка, то ли от казенной больничной койки, все в многочисленных пятнах и заплатках. На столе стояла небольшая однокомфорочная плита и железный чайник со свистком. На стенах висели кое-как прибитые кривые полочки с расставленными на них коробками чая, рулонами туалетной бумаги и прочей мелочевкой.
- Кстати, да, - встрепенулась Настя. - Ты когда будешь убирать сюда товар, главное, наверх ничего тяжелого не ставь, а то уже один раз полки отрывались, Юльку чуть не придавило. Даже в травмпункт возить приходилось. Говорит, сотрясение получила. Врет, наверное. Но все равно не ставь, от греха подальше. - не переставая тараторить, Настя вытащила с витрины батон, Андрей сразу убедился, что это был не тот, что недавно валялся на полу, и кусок сыра, - сделав запись в большой тетради, она протянула продукты Андрею. - Для начала вот, держи. В холодильнике пачка "Рамы". Если хочешь, могу колбасы списать, - Андрей отрицательно покачал головой. - И правильно, а то еще днище сорвет от просрочки, что потом с тобой делать? Туалета у нас тут нигде нет. Я-то с одной бабкой, что живет на первом этаже, договорилась, она пускает, а я ей покупки таскаю, но в ночь тебе никто не откроет, придется в кусты ходить. Воды, кстати, тоже нет, но в третьем подъезде в тамбуре кран в батарее, можно набрать. Вода паршивая, конечно, но пить можно. Юлька, в принципе, пьет, но она вообще отмороженная на всю башку. Если не хочешь, то собой в канистре из дома вози, я так делаю обычно, - она наклонилась и вытащила из-под стола прозрачную пластиковую канистрочку литров на пять. Внутри что-то завлекательно булькало. - На сегодня тебе оставлю, тут еще немного осталось, может и хватит. Кофе, чай, сахар и печенье в выдвигашке, там же тарелки и посуда есть одноразовые, - она задумчиво посмотрела на лежащую на столике снедь и недовольно покачала головой. - Маловато будет мужику-то! Слушай, ты бомж-пакетами не брезгуешь?
- Нет, конечно, - хмыкнул Андрей и подумал, что даже такой скромный ужин все равно будет намного богаче, чем все, что бывало на его столе за последние пару месяцев.
- Ну и ладно, - облегченно выдохнула продавщица, выкладывая на стол несколько ярких целлофановых пакетов лапши быстрого приготовления. - Теперь должно хватить. Ты же куришь?
- Ну да, водится за мной такой недостаток.
- Тогда тебе еще полагается вот это, - следом на стол легла еще и пачка дешевых сигарет в мягкой пачке. Не бог весть что, конечно, но, опять-таки намного лучше, чем опостылевшая "Прима" без фильтра, подумал Андрей и поблагодарил девушку.
- Ну, вроде все! - закончила она инструктаж и записала остальное в журнал. - Все понятно?
- Да вроде, да, - настороженно ответил Андрей. Пока что, и вправду, особых вопросов не было. Работа понятная, несложная, можно даже сказать, непыльная. Главное, чтоб эксцессов каких не было.
- Слушай, - вгляд Насти вдруг стал хитрым, а выражение лица просящим. - Может тогда отпустишь меня домой пораньше? Тут народу уже не будет, все, кому надо уже приперлись. Только одиночки всякие заходить будут. Ну пожалуйста...
Андрей крепко задумался, с одной стороны, он все еще ни черта тут не понимал и не знал, а с другой, зачем спорить с напарницей? Вдруг и она его как-нибудь выручит. Поэтому, ничтоже сумнящеся, он махнул рукой, мол: "Черт с тобой, золотая рыбка, собирайся."
- Спасибо-спасибо-спасибо, - совершенно по-девичьему запрыгала обрадованная продавщица, и наказав, -Только не подглядывай! - скрылась за занавеской.
Андрей занял ее место и навалился на витрину. Странные все-таки люди. Что начальник, что подчиненная. Первый раз видят работника, а уже оставляют одного в магазине, а вдруг он на руку не чист будет?