Ночной секретарь миллиардера

Глава 5

Запираюсь и прислушиваюсь к происходящему.

Надеюсь, босс не велит охраннику меня помыть, чтобы точно избавиться от надписи. С него станется. Спину нужно тереть хорошо. Наверняка проверит…

Включаю воду в душевой кабине.

Зеркало маленькое, но хватит. Сбрасываю пиджак и поворачиваюсь спиной. Что там? Шевелю лопатками, пытаюсь удобнее встать.

Слова размазаны в черную кашу. Не зря он провел пальцами перед тем, как меня отпустить.

Это ощущение до сих пор на коже. На ощупь у него теплые руки уверенного в себе мужчины, основательного и неторопливого. Или я слишком сильно головой в машине ударилась, если прикосновение Марка Романова стало незабываемым?

Плюс в том, что маркер давно высох и полностью размазать буквы не удалось.

Несколько слов я разбираю:

«Откажись» – самое первое. «Глодов» или что-то очень похожее – второе. И последнее – «хуже».

Угрозы.

Я выдыхаю, расслабляя спину.

Угрожают чем-то, связанным с Глодовым. После сегодняшней встречи… Пытаются сорвать сделку? А ведь Романов уже все спланировал. Я оставляла записку дневной секретарше, чтобы та подготовила бумаги.

– Этого не хватало… – бормочу я.

И Романов скрывает это. Надпись видели только мы двое, и то он пытался ее уничтожить, чтобы не прочла.

Лезу под теплый душ и с наслаждением закрываю глаза.

Хочется спать, но придется подстраиваться к новому графику. И те обезьяны меня испугали. Когда адреналин ушел, безумно потянуло в сон. Только присутствие Романова в квартире еще бодрит.

Быстро ополаскиваюсь, чтобы не задерживать босса. Особое внимание уделяю спине: с силой тру намыленной губкой. Через запотевшую стенку кабины плохо видно в зеркало, но, кажется, энергичные движения не помогли. Маркер был черным. Часть краски смылась и надпись посерела… А мне нужно полностью смыть. Выдавливаю в ладонь клубничный скраб, и отчаянно тру спину. Кожа становится нежной и бархатистой… Рассматриваю себя со спины: кажется, помогло.

Ополаскиваюсь и выхожу из душа. Сорвав с крючка банное полотенце, заворачиваюсь. Фен остался в комнате. Волосы сушить нечем. Придется предстать перед боссом в таком виде…

Снимаю остатки косметики, и лицо становится беззащитным.

Стук в дверь.

– Анна? – раздается холодный голос Романова, от которого душа уходит в пятки.

– Минутку! Уже выхожу.

Ни запасного белья, как назло. Ни халата. Но поворачиваю защелку и дверь тут же распахивается. За ней не только босс, но и охрана стеной, и все пялятся, не реагируя на смущение. Видимо, из-за ежедневных досмотров, понятия хоть о какой-то интимной приватности у них напрочь стерлись. В самом деле, какие у девушки могут быть секреты от босса и его телохранителей?

Рассматривая розовый педикюр, выхожу из ванной. Толком вытереться не дали, и за мной остаются следы босых ног. Возвращаемся в зал.

– Повернитесь.

Встаю спиной и спускаю полотенце. Жду, пока он копается в мокрых волосах, и проверяет, не осталось ли следов.

Пауза.

– Вы прочли надпись? В ванной зеркало, а женщины любопытны, не так ли?

– Пыталась, – признаюсь я. – Надпись не читаема.

Он убирает руки и отступает. Я оборачиваюсь: босс останавливается у стола ко мне спиной.

В моем скромном жилище он смотрится чужаком. Все подчеркивает пропасть между нами – мужчина из высшего класса оказался там, где быть не должен. Романов неторопливо достает бумажник.

– Примите извинения за инцидент, Анна. Виновных найдут и накажут, – глухо говорит он, отсчитывая наличность. – Вам усилят охрану. Это компенсация за одежду и моральный ущерб. Завтра жду вас на рабочем месте. С вами поговорит Гранин, расскажете ему все.

– Гранин? – переспрашиваю я. – Извините… Кто это?

– Специалист по безопасности Игоря Глодова.

Значит, я правильно прочла. Иначе бы к Андрею меня не направили.

– Поняла, господин Романов.

Опускаю взгляд прежде, чем он повернется. Деньги босс оставляет на столе. Он останавливается напротив. Я рассматриваю носки итальянских ботинок, меня так и подмывает поднять глаза. Хочу видеть его лицо! Что он чувствует, оно такое же холодное, как всегда? Я слышу только его голос, но не вижу лица и это невыносимо!

– Доброй ночи, Анна.

Он выходит к охране.

– Сотрудник, который вез Анну домой, кто он? – спрашивает у охранника, который доставил и охранял меня, пока Романов не прибыл.

– Водитель, был не вооружен. Получил травмы.

Я вижу только затылок и спину босса. По ним трудно читать настроение, но, кажется, это его не впечатлило.

– Увольте его. Мне все равно, что он водитель. Он мужчина, она женщина, он не должен был допустить этого. Со своими задачами он не справился, – договаривает он на ходу. – Больше не беспокойте меня этим инцидентом.

Он уходит, не оглядываясь.

Через минуту квартира пустеет, проверяю замок и устало опускаюсь на тахту. В комнате остался запах парфюма Романова. Сильный, но не резкий, словно босс незримо присутствует здесь.

Утром просыпаюсь в одиннадцать и с непривычки жмурюсь на свет, бьющий из-за штор. Какое наслаждение не вскакивать по будильнику, а еще немного подремать… Зря сокрушалась из-за графика, это же работа мечты. Даже воспоминания о мордоворотах, порвавших одежду, не мешают блаженству…

Но привычка выталкивает меня из постели.

Привожу себя в порядок. До вечера далеко – массу дел переделаю.

Для начала иду варить кофе.

В квартире остался стойкий запах мужского парфюма после вчерашней ночи.

Пока шипит кофеварка, копаюсь в телефоне. Хочу посмотреть старые фото.

Романов ясно дал понять, что нападение на нас его не устраивает и он разберется. Он же чертовски злопамятный. И если дело в Глодове, без сомнения наедет на него и заставит разобраться, почему из-за сделки нападают на его людей. Так что сегодня я встречаюсь с Андреем…

Если бы он сразу сказал: да, красотка, я тебя помню, в клубе снял, меня бы это не зацепило. А он отрицал до последнего. Даже когда на словах о старом «рено» обернулся – в точку попала.