Ночной секретарь миллиардера

Глава 7

Андрей мягко улыбается.

Неужели правда то, что о нем писали? Это жестокий, беспощадный преступник?

В нем и правда есть что-то темное. Чем дольше смотришь, тем больше понимаешь, что безобидный вид – натянутая на волка овечья шкура.

– Здравствуйте, – могу себя похвалить, не вздрогнула, не затряслась, хотя пульс подпрыгнул. – Господина Романова еще нет…

Опускаю глаза и пытаюсь обойти его.

– Я не к нему. Постой, – он берет меня за предплечье, останавливая, и уточняет. – Можно обращаться на ты?

– Да, конечно, – бормочу я, борясь с желанием втянуть голову в плечи.

Сейчас он почувствует дрожь в руке… Мы вплотную и мне страшно смотреть ему в глаза, я рассматриваю шрам на щеке. Неужели догадался? Решил прессануть за то, что его узнала? Больше всего хотелось, чтобы заносчивый и жесткий тиран и сатрап, которого все ненавидят, пришел в приемную вместе с телохранителем с двумя пушками… Без них не чувствую себя в безопасности.

– Не сделаешь мне кофе?

Какое облегчение… Всего лишь кофе.

– Какой?

– На твой вкус, покрепче.

Руки дрожат, но я собираю волю в кулак и любезно улыбаюсь. Пока готовлю двойной американо, Андрей наблюдает через приоткрытую дверь. Не оставляет ощущение, что специально пришел рано, чтобы оценить меня со стороны. Здесь камеры, уговариваю себя, он ничего не сделает, но от этого взгляда бьется сердце, словно за мной следит хищник. Хотя мне не угрожают. Пока.

Мне бы его ментам сдать. Вместо этого готовлю киллеру кофе.

Лучше не связывайся, Кленова.

Делай вид, что ничего не знаешь. Не засыплешься – и все будет хорошо. А боссы пусть разбираются между собой. Это не мое дело.

– Пожалуйста, – я подаю кофе.

Он выглядит уставшим, словно давно на ногах, и нуждается в стимуляторах.

– Спасибо.

Обхожу его и сажусь за стол – хоть какое-то убежище. Скорей бы вернулся Романов!

– Ты испугана?

Прячу дрожащие руки на коленях, и поднимаю глаза.

– Расскажи про нападение, – просит он.

– Их было четверо, – выдыхаю я. – Они избили водителя, порвали на мне одежду и оставили надпись маркером. На спине.

– Какую?

Медлю. Романову я солгала, что прочесть не смогла, но располагающий взгляд Андрея вытягивает правду против воли:

– Про вашего босса.

– Давай на ты, – поправляет он. – Мы ведь знакомы, Аня?

В горле появляется колючий ком.

Какого черта я напомнила про тот «рено»? Теперь даже не смогу сказать, что обозналась. Он просто не поверит. Скорее даже заподозрит, что я все знаю и наведается ночью, чтобы убрать свидетеля.

Так что изображай хорошую девочку.

– Я все поняла… – бормочу я.

Оставив чашку на подлокотнике кресла, он подходит. Пульс зашкаливает. Заставляю себя смотреть Андрею в глаза, чтобы взгляд не бегал.

– Почему ты уехала без предупреждения тогда? – спокойно спрашивает он. – Я тебя чем-то расстроил? Обидел? Или испугал?

– Нет, что ты… – непринужденный разговор, а взгляд, как у следователя. Он подозревает, что я узнала правду и сбежала. – Все было отлично. Мама попросила срочно вернуться, я не могла ждать. Прости. Нужно было записку оставить. Я жалела потом…

– Ничего, – отвечает, изучив мои глаза.

Андрей понимает, что я не лгу, отходит к окну и отодвигает жалюзи. Отсюда открывается прекрасный вид на город. Урбанистический горизонт в ночных тонах.

– Я все понимаю, – продолжаю я. – У тебя своя жизнь, ты, наверное, женат, у тебя важная работа… Извини, я не буду лезть. Напомнила, не подумав.

Пауза.

– Давно здесь работаешь?

– Два дня.

Практически ощущаю его мысли: такое странное совпадение. Мы знакомы, и я оказалась здесь перед сделкой наших боссов. На близкий контакт Андрей со мной не пойдет. Слишком подозрительная ситуация.

– Что написали у тебя на спине? – он возвращается к делу, и я решаю, что вопрос с нашими «отношениями» закрыт.

– Угрозы Романову. Надпись размазалась, кажется, запрещали заключать с Глодовым сделку… Спросите у него. Извините, я все же предпочитаю соблюдать дистанцию. Хотя бы на людях…

– Как хочешь, – он мягко улыбается. – Сможешь их опознать?

– Да, – морду урода, который рвал на мне одежду я не забуду.

– Я кратко обрисую ситуацию, чтобы ты понимала. Твой босс в ярости, что на тебя напали. Для него все равно, что напали на него. Одежду на тебе порвали специально – чтобы его унизить. Для Романова это принципиальный вопрос. Эти проблемы привел мой босс и теперь я должен найти исполнителей и заказчика.

– Поняла.

– Исполнители – обычный мелкий криминал. Это будет несложно. Твое дело точно сказать, они это или нет, когда я привезу их на опознание. Это критически важно.

Задумываюсь.

– Того, кто писал узнаю точно. Про остальных лучше спросить водителя, он видел их ближе. Это будет скоро?

– Максимально. Сделка под угрозой.

– Мне его описать?

– Не нужно. Я не мент, у меня другие каналы.

Нас прерывают шаги в коридоре. Я встаю, опускаю глаза, когда входит Романов.

– Что здесь происходит? – резко спрашивает он.

– Опросил ее, как договаривались. В ближайшие дни найду и привезу напавших, не беспокойтесь. Их накажут.

– Надеюсь, этого не повторится, – чеканит Романов, словно Андрей виноват в нападении.

Пауза.

– Не повторится, – мягко обещает тот.

Андрей единственный, кто может смотреть Марку в глаза.

Моего босса он абсолютно не боится.

Кажется, и не уважает ни капли, относится как к мебели или манекену. Даже не как к чему-то одушевленному. На Романова ему плевать: сказали найти напавших, он найдет. Ничего личного.

Андрей уходит, а мне Романов мрачно бросает:

– Зайдите.

Телохранитель остается в приемной. Я дефилирую вслед за боссом и пока он устраивается за столом, терпеливо стою и жду, рассматривая свой педикюр.

Что он там делает?

На стене напротив вспыхивает экран. Краем глаза вижу, что Романов управляет им с пульта.