Ночной судья 2: Незванный гость

Глава 2: Тень у порога

Следующие два дня Алекс прожил в состоянии высшей настороженности, знакомой оленю на опушке леса. Каждый звук заставлял его вздрагивать. Синий свет из окна мотеля стал пульсирующим маяком его паранойи. Он не спал. Лежал на матрасе в комнате над мастерской и смотрел в потолок, слушая, как в голове стучит маятник: Он знает. Он здесь. Он знает.

Днём он пытался работать. Клиенты приходили с поломанными коробками передач и ступичными подшипниками, и он чинил их руками, в то время как мозг был занят только одним: расчётом углов. Угол между дверью мастерской и окном мотеля. Угол, под которым Ник мог наблюдать за ним. Угол, под которым можно было незаметно подойти.

На второе утро, когда Алекс разбирал карбюратор на «Мустанге» 93-го года, дверь открылась, впустив поток холодного воздуха и его.

– Привет, сосед! – Ник был одет так, будто собрался на фотосессию для журнала о бедных, но стильных парнях: потёртая фланелевая рубашка поверх белой майки, те же узкие джинсы. В руках – два бумажных стаканчика с паром. – Принёс кофе. Я помню, ты любишь чёрный, как смоль, да?

Он подошёл и поставил стаканчик на верстак рядом с разложенными деталями, не обращая внимания на брызги масла. Алекс медленно опустил отвертку. Он не смотрел на кофе. Он смотрел на руки Ника – длинные, тонкие пальцы, без следов работы, с аккуратными ногтями. Те же руки, которые пять лет назад размазывали грязь по лицу, когда он поднимал его, окровавленного и плачущего, с асфальта школьной парковки.

– Я занят, Ник.

– Вижу, вижу. Мастер своего дела, – Ник приоблокотился о верстак, вторгаясь в его личное пространство. Он внимательно смотрел, как Алекс собирает мелкие винтики в банку. – Я скучал по этому. По запаху бензина, масла. По твоей концентрации. Ты всегда был в себе, знаешь? Как будто внутри тебя работала какая-то сложная, тихая машина.

Алекс почувствовал, как по спине пробегают мурашки. Это был не просто комплимент. Это было вскрытие.

– Зачем ты здесь, на самом деле? – спросил он, наконец подняв глаза. Он старался, чтобы его взгляд был плоским, как отвёртка, но боялся, что Ник увидит в нём трещины.

Ник взял свой стаканчик, отпил, поморщился.
– Говорил же. Скучал. А ещё… – он оглянулся, будто проверяя, нет ли подслушивающих устройств среди старых аккумуляторов. – Здесь спокойнее. После всего, что было в Техасе… после того… мне нужно было уехать. А куда ехать, если не к единственному человеку, который тебя понимает?

– Я тебя не понимаю, – отрезал Алекс, снова берясь за карбюратор. Его пальцы, обычно такие точные, дрожали.

– Не понимаешь? – голос Ника стал тише, но интенсивнее. – Ты же видел, что они со мной делали. Ты же знаешь, каково это – когда на тебе клеймо. «Шнырь». «Шпионка». «Чмо». Ты единственный, кто дал им отпор. По-настоящему.

Алекс замер. В ушах зазвенело. Не образы, а звуки: глухой, мокрый звук удара кулаком о плоть. Хруст. Крик – не того парня, которого он бил, а Ника, который кричал ему: «Хватит, Алекс, хватит, ты убьёшь его!»

– Забудь, – прошептал он. – Забудь всё это.

– Не могу, – просто сказал Ник. – Это лучшее, что было в моей жизни.

Он оттолкнулся от верстака.
– Ладно, не буду мешать. Но если что – я через дорогу. И, Алекс? – он остановился в дверях, и синий свет с улицы очертил его силуэт. – Мы с тобой одной крови. Я единственный, кто тебя не боится. И не осудит. Подумай об этом.

Дверь закрылась. Алекс стоял, уставившись в грязную деталь в своих руках, не видя её. Запах кофе смешался с запахом бензина и вызвал тошноту. Одной крови. Самые опасные слова, которые он мог услышать. Они не означали братство. Они означали соучастие. Они означали, что Ник считает себя частью этого – его тёмного дара, его проклятия.

Он схватил стаканчик с кофе и отнёс его к раковине, намереваясь вылить. Но остановился. Вместо этого он аккуратно, с какой-то болезненной педантичностью, разорвал стаканчик и выбросил в мусорное ведро, а недопитую жидкость слил. Следов не осталось.

---

Марта Рейес увидела его в первый раз позже тем же днём. Она не собиралась заезжать в «Lucky Wrench». Она ехала с места ДТП, обычного, скучного, где никому не было дела до её гипотез о системном насилии, и её путь лежал мимо гаража Алекса. Привычка – краем глаза проверить, всё ли спокойно – заставила её замедлить ход.

И она увидела: Алекс стоял у открытого капота старого пикапа, а рядом с ним – молодой, хорошо одетый парень. Они не работали. Они разговаривали. Или, скорее, парень что-то оживлённо рассказывал, жестикулируя, а Алекс слушал, опустив голову, его поза была неестественно скованной, будто он замер в ожидании удара.

Что-то сработало в её детективском мозгу, тот самый щелчок, который нельзя проигнорировать. Незнакомец. Новое лицо в закрытой, почти аскетичной вселенной Алекса. Угол, под которым он стоял – слишком близко. Выражение его лица, даже издалека, – слишком интенсивное.

Марта проехала дальше, сделала круг по кварталу и припарковалась в тени у заброшенной заправки, откуда был виден вход в мастерскую. Она достала блокнот и, не отрывая взгляда, записала: «16:43. Гараж «Lucky Wrench». Алекс + неизвестный мужчина, 20-25 лет, тёмные волосы, кожаная куртка. Контакт близкий, не деловой. Алекс напряжён».

Она наблюдала ещё десять минут, пока незнакомец не похлопал Алекса по плечу – жест фамильярный, властный – и не ушёл в сторону мотеля. Алекс остался стоять у пикапа, не двигаясь, глядя в пространство перед собой. Даже с такого расстояния Марта читала в его фигуре глубокую, животную тревогу.

«Проблема», – мысленно констатировала она. Новая переменная в игре, которая и без того балансировала на лезвии ножа.

Вернувшись в участок, она запустила внутреннюю базу. У неё не было имени, только описание и локация. Но у неё была интуиция. Она начала с мотеля. Позвонила менеджеру, представилась полицией по поводу возможной кражи в районе. Да, к ним недавно заселился новый гость. Молодой, платил наличными. Записался как… Ник Колтер. Колтер. Фамилия ничего не говорила.