Ночные кометы

Глава 8: Ещё не всё потеряно.

Я не спала всю ночь, глаза были закрыты, но разум соображал. Папа так и лежал возле моей кушетки и не отпускал мою руку. Пытаясь убрать с его ладони свою, я натыкалась лишь на папино бурчание под нос.

 Выглядела я, конечно, ужасно. Мешки под глазами, немного посиневшие губы и красные от недосыпа глаза. А вообще, мне пора бы привыкнуть. Кажется, скоро это будет моим обычным состоянием.

На улице уже рассветало. Солнце начало виднеться из-за горизонта, холодный порыв ветра и свежий воздух, заходившие из под открытого окна, обдували моё бледное лицо. Облокотившись о стену, я смотрела в окно, полузакрытые глаза жутко болели, но я старалась вытерпеть эту боль. Всю ночь я не только не спала, а ещё и ревела. За последние дни на меня навалилось слишком много информации, переваривать которую мне придётся несколько месяцев. Обычно я не даю волю эмоциям, но сейчас у меня не было сил держать эту маску радостной девушки и фальшь и просто забыться где-то глубоко в себе. Меня слишком сильно ранило. Нет сил притворяться.

Неожиданный звук уведомления прервал мою аудиенцию с собой. Взяв свой телефон, я увидела несколько сообщений от Шона и Тейта. Оба спрашивали всё ли со мной в порядке. К сожалению, со мной всё ужасно. Моё состояние может ухудшиться в любой момент, по крайней мере, так сказала медсестра, когда вкалывала мне очередную дозу. Вернувшись обратно к моему другу и брату, я не стала никому отвечать, я же не померла. Они меня ещё увидят, и я им ещё надоем, а пока пусть ждут и волнуются. Убрав смартфон обратно на тумбочку, я повернулась к отцу и погладила его голову. Ему, наверное, неудобно. Отец всю ночь спал сидя на полу и облокотившись о кушетку. От моих прикосновений он начал подрагивать. Его глаза открылись, и он взглянул на меня с широкой улыбкой на лице, а я ответила взаимностью.

 — Ты уже проснулась? — спросил он меня.

 — Да, проснулась. Как тебе спалось? — решила я опередить его в вопросе.

 — Не сказал бы, что хорошо, но я так устал, что, на удивление, выспался. — зевая, ответил он.

 — Пап, а что насчёт мамы? Как ты вообще узнал о её смерти?

 -  Мне позвонил её лечащий врач, и сказал, что лейкемию не удалось победить. К тому же Лилиана сама узнала о болезни лишь на предпоследней стадии, когда волосы начали отпадать…после, нам отправили письма, где она упомянула, что возможно не выживет – последние слова отец произнёс, как можно тихо, из-за чего по телу прошлась небольшая волна дрожи.

 - Когда по… похороны? — неохотно и заикаясь, спросила я, пытаясь сдерживать слёзы.

 — Мы не будем её хоронить! — резко отрезал отец.

 Я непонимающе подняла одну бровь, из-за чего он ухмыльнулся.

 — В смысле, однажды она попросила меня из её праха вырастить яблоню. Она никогда не хотела лежать в деревянном склепе, погребенной в сырой земле, поэтому рассказывала мне много вариантов, что можно сделать с её телом после смерти.

 — Умно, а я хочу, чтобы из моего праха сделали драгоценный камень… — мечтательно, ответила я.

 — Так, об этом тебе рано думать. У тебя ещё вся жизнь впереди.

 — Да, ты прав. СТОП!

 — Что такое? — напугано, спросил Каел.

 — Какой сегодня день недели? — волнение снова охватило меня.

 — Вторник, тебя вчера утром сюда привезли, а что?

 — Экзамены, папа! У МЕНЯ ЗАВТРА ЭКЗАМЕНЫ! — воскликнула я.

 - Здоровье важнее, я думаю...

 - Нет! Мне надо срочно выписываться! Ты же знаешь, как для меня важны эти экзамены. — увидев его негодование, я добавила. — Хорошо, давай сделаем так, мы сегодня уезжаем домой, завтра я сдаю их, а потом возвращаюсь в больницу. – перебив его, я высказалась.

Я смотрела на него умоляюще, не может же моя мечта испариться за какие-то секунды, или может?

 — Хорошо, но только потому, что я знаю, как ты усердно готовилась!

 — Спасибо огромное, ты самый лучший отец на планете! — прошептала я, а потом встала и обняла его. Спустя минутную паузу, я спросила – Можно ли пройтись по саду и немного поразмыслить?

 - Конечно, иди – коротко произнёс Каел.

 После нашего разговора папа ушёл разговаривать с врачом, а я надела ветровку и, зайдя в лифт, поехала вниз. Больничная терраса была слишком грязной, поэтому я вышла в сад. Он был пуст, но мне это было только на руку. Думать в тишине самое то. Растения были мертвы, лишь высокие деревья украшали весь вид. Нераскрывшиеся бутоны и завялые цветы пугали, а скопление мух возле секвойи, веял странные мысли.

Дальше виднелся чёрный забор, а за ним и улица, где, как ни в чём не бывало, взрослые торопились  по своим делам, дети радостно шли в школу, а студенты с угрюмыми лицами в институты. Вот, семейная пара появилась из угла папа с мамой шли за руку пешком, а их сын шёл впереди и о чём-то бурно рассказывал. Ностальгия и тепло окутали моё тело. Но как дружная семья прошла, настроение сразу поменялось.

 Я решила пройти ближе к ограждению. Машины, люди, торопившиеся кто куда и повседневная суматоха. Обычная рутина любого гражданина. Неожиданно мой взор привлекла девочка лет шести, она бежала за бабочкой впереди себя, её родителей я рядом не заметила. Предвидев будущую ситуацию, я рванула со всех ног. Пробежав КПП, то заметила, что девочка уже была посередине дороги. Машины сигналили, но не останавливались. Она была сильно напугана. В её сторону со всей скорости двигался грузовик. Следующие минуты будто пролетели в тумане. Я подбежала к ней, схватила и вот я уже на тротуаре. Девочка вся в слезах, и я тоже, но уже от радости. Я сидела возле неё и успокаивала, пока к нам не прибежал мужчина в солидном костюме.

 - Господи, Кара, ты меня напугала. Я же сказал стоять рядом и не куда не уходить – начал взволнованно мужчина свои нравоучения.