Номер двадцать шесть. Без права на ошибку.

Глава 5

Я даже не успела сполна поблагодарить новую знакомую за доброту. Замок Альтастен оживал, просыпался, шумел, как наконец-то пробивший плотину горный ручей. Мы незаметно вливались то в один, то в другой потоки людей, на меня никто не обращал внимания. Рыжеволосая то и дело с кем-то здоровалась, небрежно, запросто, словно отсутствие клейма или что-то другое, о чём я ещё не знала, и в самом деле ставило ее на неизмеримо более высокую позицию.

Слуг в замке было много, что-то мылось, натиралось, полировалось, убиралось, чистилось. Хотелось остановиться и просто смотреть на эту отлаженную будничную суету или хотя бы вертеть головой во все стороны, но рыжая неуклонно вела меня за собой, в крыло замка попроще – для клеймённых невольников и слуг. Судя по запахам, обещанная столовая была близко.

- Вместе заходить не будем, подожди минут пять, – деловито предложила моя проводница. Я кивнула. Пока что все было не так уж страшно. Люди... ладно, пока всего один человек, но лучше, чем никто, вполне доброжелательны, а бытовые удобства – дело наживное. Возможно, все образуется, наладится – от этого слова зубы сами собой сжались. Я досчитала до десяти, глубже запахнулась в плащ и проскользнула через двустворчатые двери в зал для приема пищи.

- Ну-у-у, Ана! – насмешливо протянула моя рыжеволосая знакомая. – Почему опять овощное рагу?! Я больше всех вас тружусь в этом болоте, мне нужно мясо!

Круглая одышливая повариха в сером колпаке и таком же фартуке с усилием вращала внушительного вида деревянный половник в огромной кастрюле.

- Вот в постели и разевай свой жадный рот, Ма'ри, – ворчливо, но беззлобно отозвалась она. – Мы готовим то, что угодно господам, буду я еще на тебя отдельно у огня день и ночь горбатиться, или на всяких там... – тут женщина заметила меня, да так и застыла каменным изваянием. Спустя пару секунд на меня уже смотрели все присутствующие, полтора десятка человек, не меньше. Из них мне были смутно знакомы только двое: седовласый мужчина с застывшей маской вялого отвращения ко всему происходящему на морщинистом лице с крупными чертами и совершенно потерянный, бледный Родерик, мальчик-сосед по невольничьему рынку. Его же тоже клеймили без магического обезболивания! Сердце на миг ёкнуло от жалости.

- А тебе, наверное, пшена насыпать, поклюешь и порядок? – нарушила напряженную тишину рыжеволосая и радостно осклабилась.

- А в глаз тебя не клюнуть? – почти беззвучно огрызнулась я.

Пожилой мужчина, кажется, Орис поднялся и сурово оглядел присутствующих.

- Это номер двадцать шесть. В ближайшем будущем личная собственность господина Кристема.

- Орис, ты сошел с ума? – повариха продолжала стоять над кастрюлей с половником в руке. Но уже не размешивала, просто держала его так крепко, словно боялась упасть. – Что ты сюда привел? Если хозяину угодно завести бесовку, пусть держит ее при себе. Я к ней и близко не подойду, святые боги...

- Скажи это хозяину, Ана, – Мари продолжала беспечно улыбаться, игнорируя откровенно недоброжелательные лица. – Захочет – суп из нее сварит, захочет – будешь ей ноги мыть...

- Поговори мне тут, – повариха замахнулась половником. – Орис! Убери это с моей кухни!

- Это приказ, Ана, – голос управителя был так же маловыразителен и недоволен, как и его лицо. – Сейчас номер двадцать шесть одна из нас. Приказано разместить, кормить, выдать все необходимое.

- А если они тебе прикажут змеюку ядовитую пригреть?!

- Прикажут – пригрею. Дай ей еду.

Сверкая глазами, женщина молча положила странного вида месиво на тарелку и отступила в сторону. Чуть поколебавшись, я пошла между двумя рядами сидящих, недобро глядящих на меня людей. Родерик так и не поднял головы над своей полной нетронутой миской. На деревянном, покрытом простой однотонной скатертью столе стояли тарелка и кружка, лежал кусок хлеба и столовые приборы – не металлические, а из какого-то плотного и одновременно мягкого, легкого материала, как очень-очень плотная бумага. С одной рукой мне приходилось ходить за едой два раза. В полной тишине одолженные Мари туфли громко звякали по полу.

***

Я изучала полученное блюдо. Действительно, какие-то овощи, совершенно невразумительные на вид, залитые густым ароматным соусом. Не то что бы еда была приготовлена плохо, но, несмотря на голод, есть совершенно не хотелось. Агрессивное молчание за спиной явно не способствовало аппетиту.

Рядом бесшумно присел Орис.

- Как ты вышла из комнаты? – тихо, но не изменяя собственному холодному выдержанно-равнодушному тону спросил он.

- Дверь была открыта. Я искала воды, вышла и...

- Встретила Мари, обменялась с ней одеждой...

- Именно. У меня же ничего не было! – внутри начала подниматься злость. – Я была почти голая. Девушка предложила помощь...

- Запомни, существо, – Орис еще больше понизил голос. – Не ври мне. Я никогда не забываю закрыть то, что нужно закрыть. Если ты вышла, значит, кто-то выпустил тебя. Но, даже имея покровителей или сообщников, ты будешь подчиняться установленному порядку, ясно? Кем бы ты ни была раньше, сейчас ты – вещь в замке Альтастен. Никакого самоуправства. Никакой лжи. Особенно мне. Понятно?

Я склонила голову, но Орис ухватил меня за подбородок сухими мозолистыми пальцами и, резко сжав их, повернул голову на себя.

- Понятно, двадцать шесть?

- Да, господин, – выдавила я.

- Господа – это наши хозяева. Мое имя Орис. Закончишь завтрак – иди к портнихе. Получишь одежду, подошьешь, как нужно. Там же обувных дел мастер.

- Куда мне идти?

- Один пролет вверх. Прямо по коридору. Две двери. Та, что нужна тебе – открыта. Спустишься вниз. Когда закончишь с одеждой, иди к себе и жди указаний. Заходить на хозяйскую половину или выходить из замка тебе категорически запрещено, и если кто-то, – управляющий бросил неприязненный взгляд на Мари, – Скажет обратное, помни – здесь умеют наказывать.

- Я ничего не знаю, – пробормотала я. – Объясните мне, что...