Ноты вместо жизни

Глава 10.2

– Этот чертов Елисей мне спать не давал которую ночь, – с раздраженно бросил Ярис. – Каждый раз или в голове слова Леонида крутились, или чушь какая-то снилась, связанная с этими двумя. Любопытство, не более.

То, насколько Вельямиров легко и непринужденно назвал настоящую причину своих действий, вызвало у Цветаны нервный тик нижнего века. Вот уж точно, зря надеялась на лучшее. За эти секунды она отчетливо успела прочувствовать всю несправедливость судьбы.

– То есть… Вы это все устроили просто потому, что Вам стало интересно, почему Леонид так отозвался о своем друге? – Цветана уточнила настолько сдержанно, насколько могла в состоянии переполняющего возмущения.

– Ну да, – Ярис беспечно пожал плечами. – Иди займись делом, а я – архивариусом, – он с легкостью подхватил герань, и отправился на другой конец зала.

Вельямиров добрался до темной двери. Она практически полностью сливалась количеством витиеватых узоров, раскинувшихся среди декоративных шестерней, с немногочисленными не заставленными стенами. Ярис постучал несколько раз.

– Многоуважаемый властитель хронологии, начальник приговорил меня к уборке под Вашим чутким руководством.

Тишина.

– Герань по Вам уже соскучилась. Где, дескать, мой любимый хозяин? Не заставляйте ее грустить. Она тоскливо опустила листья…

Дверь уборной резко распахнулась, и Ярис чуть не получил виноградной лозой по своему прекрасному лбу, не видавшему даже щелбанов. Анатолий Евгеньевич выхватил у него из рук кашпо, и сразу же отошел от греха подальше.

– Господин Вельямиров, я умоляю, давайте без Вашего энергичного порыва. В прошлый раз Вы кинули пальто, так у меня сквозняк три дня ходил! И руки свои к герани настоятельно прошу не тянуть. Лучше бы следили за своим фикусом также, как докучаете моей бедной красавице, – Анатолий Евгеньевич поправил пенсне на крючковатом носу. Он горделиво расправил свои щуплые плечи, чудом не проткнув костями шерстяную ткань темно-коричневого сюртука.

– Да-да, все мои энергичные порывы закончились на выламывании двери, – Ярис наклонился, поднимая одну из разбросанных папок. Мышцы на спине моментально возмутились. Он, конечно, привык заниматься спортом, но сейчас предпочел бы вернуться домой и не двигаться до самого вечера.

– Есть все же в Вашем безрассудстве доля пользы: на практике доказано, что в архив вломиться может любой дурак. Хороший повод для установки новой двери, – Анатолий Евгеньевич водрузил герань на самое незахламленное место на столе. Его спокойствие моментально сменилось громким возгласом: – И не отлынивать! Чтоб весь архив блестел!

«Это он меня так завуалированно оскорбил?» – Ярис проследил взглядом за мужчиной, чудом не унесенным сквозняком. Хочешь, не хочешь, а действительно шуткам отдела поверишь, что их архивариус питается нервной системой всяк к нему попавших.

– Мне помыть полы? – Вельямиров уточнил на всякий случай. Больше из желания потрепать нервы, нежели действительно предлагая помочь.

– Боже упаси! – взвизгнул Анатолий Евгеньевич. – Вам вообще нельзя давать в руки воду! Особенно в моем драгоценном архиве! Максимум веник. А теперь – за работу! Я слежу за Вами…