Ноты вместо жизни

Глава 11.2

– Целый день в обществе книжных червей, вот так веселье. Моя нервная система требует компенсации в виде коньяка. И немедленно. Иначе я задохнусь от этой... исторической значимости, – Ярис поправил лацканы, одернул пальто. Желание выпить контрастировало с возможностью прямо сейчас сесть за руль и уехать домой. Завалиться на кровать, уткнуться лицом в подушку и позволить многострадальным мышцам наконец-то расслабиться. А еще лучше – принять горячую ванну.

– Ярис, я Вас умоляю… Сейчас даже близко не пятница, – Цветана коснулась пальцами длинной пряди, выбившейся из хвоста. Обычно она всегда убирала волосы, но сейчас заколка ощущалась самой тяжелой вещью из всего гардероба. Лучезарова сняла ее, и каштановые локоны разметались по плечам. – До дома добираться как собираетесь? Я Вам не личный водитель. Пить вообще вредно для здоровья. Выкиньте эти глупости из головы, пока мне не пришлось выкинуть Вас в ближайший мусороприемник.

– Я бы искренне испугался за свое пальто, ценником в твою полугодовую зарплату, если бы тебе удалось поднять хоть что-то тяжелее пяти отчетов, – Ярис не без труда заставил себя улыбнуться, но данная эмоция получилась слишком вымученной.

– Если хотите расслабиться, я знаю неплохое заведение на соседней улице, – Кира поправила на плече большую сумку, набитую всевозможным хламом на все случаи жизни. Какие такие случаи в жизни должны случится чтобы ей понадобилась отвертка от парового двигателя, правда, таинственно умолчала. А Кузьмичу уж очень любопытно было…

– Даже если сварить все ромашки мира, этого чая не хватит для усмирения боли в моей голове… И расслабления мышц, – Ярис с силой сжал в пальцах изнывающее плечо. Массаж сейчас определенно не помешал бы. – Ладно, веди давай в свое «неплохое заведение»…

– Идемте! – Кира вмиг просияла, позабыв обо всей усталости. Залегшие под глазами мешки все равно выдавали уровень нагрузки и желание банально выспаться. Вместо этого девушка поскакала вниз по лестнице, ведя за собой старших товарищей. – Сегодня был такой плодотворный день! Меня впервые допустили до архива. Большое спасибо, господин Вельямиров. Вы единственный относитесь ко мне серьезно.

Кира обернулась к нему, одарив лучезарной улыбкой. Сейчас, в свете ярких фонарей, уставшая фигура Яриса напоминала ей самого настоящего героя. Несмотря на желание отдохнуть, он шел за новенькой, чтобы составить компанию. В место, куда предложила она. Она! Та, кто пришла в отделение буквально два месяца назад и не сделала ничего значимого.

– Дак как же ты научишься, если не допускать до реальных расследований? – Вельямиров беспечно пожал плечами, будто копание в пыли – самое обычное дело. Впрочем, да, но не для той, кого дальше стола архивариуса не пускают. – Мотай на ус, пока я еще тут работаю!

Цветана закатила глаза. Настолько напыщенного павлина встречать ей никогда не доводилось. Ладно еще, если бы действительно польза была, так он научить в состоянии исключительно плохому. А вытерпеть копию Яриса у себя под боком будет хоть и легче, но не менее неприятно.

– Я чувствую, как твое недовольство упирается мне в спину. Не черепа в гробнице фараона перебирала, и то ладно.

– Знаешь, я бы предпочла разгадать загадочное убийство в гробнице фараона… Кажется, сегодня во сне меня будут преследовать номера полок и отчеты, – Цветана потерла переносицу. – Мы выяснили довольно много… И, сказать честно, это пугает, – она провела ладонью от плеча до локтя. По коже побежали мурашки. То ли от полученной информации, то ли из-за холодного ветра, продувающего сквозь плотную шерсть черного мундира с золотой окантовкой.

– Впечатляюще, ничего не скажешь, – Ярис зацепился пальцами за края карманов пальто. – Еще более впечатляюще только то, что Кощей нас не поставил на одну из полок. Ни за что в жизни больше не вернусь в архив.

– Не хочешь, а придется.

– Ой, замолчи, – Ярис поморщился, и Цветане показалось, будто его привычная маска дала трещину, обнажив искренние чувства. – Лисенок, долго нам еще идти?

– Уже совсем рядом! Сюда! – Кира перебежала на другую сторону пустующей улицы.

Там, среди ничем не примечательных домов, притаился подвал с вывеской «Лисья нора». Уголки губ Яриса слегка приподнялись, стоило увидеть чугунные буквы, окрашенные облупившейся краской. А вот лестница никакой радости у него не вызвала – узкая и крутая, из металлических резных ступеней, опасно прогибающихся под весом.

Соколов встретило обволакивающее тепло камина, потрескивающего вдали небольшого помещения. Приятный запах травяного чая и печенья перемешались с горящей древесиной, убаюкивая. В углу тихо пел старый граммофон, исполняя мелодичную инструментальную музыку.