Ноты вместо жизни

Глава 14. Почему эта птица?

– Господин Вельямиров! – Цветана не просто вбежала в сыскное бюро. Ввалилась, не рассчитав собственный вес и легкость, казалось бы, тяжелых дверей. Она замерла практически на проходе, увидев своего напарника, побледневшего до состояния поганки.

Ярис сидел на пыльном диване, переплетя пальцы. Неуловимая глазу дрожь чувствовалась достаточно отчетливо, но даже зоркий глаз Цветаны, при наличии половины первой печати, не был в состоянии уловить эти микродвижения. Юноша повернул голову в сторону Лучезаровой и толпящихся за ней криминалистов, взглянув на них исподлобья.

– Чего стоим? Кого ждем? Вы надеетесь, что труп сам спустится, чтобы представиться? Увы, он менее обходителен. Предлагаю преодолеть косность мышц и подняться самостоятельно. Я, в конце концов, не темный чарователь, чтобы заставлять покойников ходить.

Криминалистов как ветром сдуло. Цветана же осталась в зале. Поганое настроение Яриса вполне объяснимо: работать приходится. Только вот заявление, с каким он позвонил, до сих пор будоражило девушку. «Это убийство». Обычно отец всегда направлял их на дела, связанные максимум с ограблением, и то не особо крупным. Его опасения понятны: расследовать этот пижон не умеет, зато хвалиться – еще как.

– Так… Что там произошло? – Цветана впервые заговорила с ним намного мягче, нежели обычно. Осторожно.

– Я, должно быть, пропустил момент, когда моя должность сменилась на «носильщика впечатлений для барышень» или «экскурсовода по месту преступлений», – Ярис поднялся с дивана. – И не нужно смотреть на меня, как на хрустальную вазу. Если ждешь, что я тебе всю информацию разжевывать буду, – зря. Увы, у меня в контракте такого пункта нет. Ноги и глаза у тебя имеются. Воспользуйся ими, это не больно.

– Не Вы ли чуть сознание не потеряли? – в вечно отрешенном тоне Елисея послышались отчетливые нотки насмешки, из-за чего Ярис нахмурился.

Цветана вздрогнула, и обернулась. В голове не укладывалось, каким образом не заметила человека буквально у себя под носом: Светочаров сидел за столом сыщика, неспешно перебирая чужую документацию. Его движения были настолько плавными, что листы, усердно исписанные от руки, не издавали на одного звука.

– Замолчи, – огрызнулся Ярис. – Это ты тут девяносто трупов «повидал», а я впервые столкнулся с настолько вопиющим безобразием. Кто ж знал, что «удар тупым предметом» из отчетов на деле выглядит… Так, – он отвел взгляд в сторону несчастного папоротника, тоскливо засыхающего в углу.

– Гиря проломила череп сыщика, – Елисей внес немного ясности для Цветаны, не удостоившейся ее ни сейчас, ни по парофону. – Некто испортил трос предположительно ювелирным сверлом. Первое действительно крупное дело со времен вступления на должность, полагаю, – он повернул голову в сторону Яриса. Глаза юноша уставились куда-то за него, словно видели приведение за спиной.

– А… Так, секунду, – Цветана собрала мысли в кучку, и задала вопрос, крутящийся на языке с момента обнаружения скрипача. – Вы вообще каким образом сюда попали? И, господин Светочаров, что Вы тут делаете?

– Господин Вельямиров увез меня без разрешения и устроил незапланированную прогулку, вероломно нарушив все планы на день. Поэтому я требую компенсации за испорченное настроение и отнятые часы репетиции новой композиции, – Елисей опустил голову к бумагам в своих руках, перелистнул еще одну страницу. Ровный тон совершенно не выдавал и толики негодования касательно происходящего.

– Между прочим, это была твоя идея, – скептически заметил Ярис. – Да и на тебя поглядеть, так просто светишься от любопытства. Никакой компенсации! Ты все еще подозреваемый. Твои пилюканья подождут.

– Раз барышня Лучезарова здесь, прошу, пройдемте. Покажу одну занимательную вещь…

Цветана проследила за руками Елисея, небрежно швырнувшего папку обратно на стол. Он, подхватив трость, направился на второй этаж.

– Ну давай, Маэстро. Удиви, – Ярис цокнул языком. Возвращаться на место преступления ему совершенно не хотелось. Единственное сглаживающее обстоятельство – толпа криминалистов, и за ними ничего не будет видно.

Елисей незримой тенью скользнул внутрь кабинета, свернув в сторону кровати мужчины. Там, вместо небольшой тумбы, стоял деревянный постамент. Его пальцы бережно коснулась величественной латунной короны. Спустились по изящным чертам женского лица до изгибов мощных крыльев. От них – до когтистых лап, сжимающих настоящий камень.

– Что ты там щупаешь? – Ярис особо близко не подходил, предпочел наблюдать с расстояния. – Сейчас не время для антиквариата. Мне твоих возмущений насчет древней бумажки вполне хватило.

– Стратим, – кончики пальцев Елисея сорвались с угловатого камня. – Матерь всех птиц, несущая бремя ответственности за каждую из них. Повелительница океанов и штормов, чей взмах крыла способен потопить корабли и стереть с лица земли прибрежные города.