Ноты вместо жизни

Глава 23. Слепой против зрячего

Гулкое эхо выстрела разлетелось по помещению, утопая в открытых полках и беспокоя резонансом витражные стекла редких узких дверок. Профессор Гордеев, тяжело дыша, держал револьвер дрожащей рукой. Предупредительная пуля врезалась в стену.

Капоня, заметив едва уловимое движение пальцев Елисея, прижала уши к голове и юркнула за софу.

– Готовы пойти на убийство? Да еще и не одно… Когда Лисенок вернется и увидит мой труп, за Вами гоняться будут не только соколы… Но и кое-кто пострашнее Службы Городского Надзора, – Елисей не дрогнул. Не моргнул. Вообще не дернулся, оставшись в том же положении, каком и замер.

Профессор отшатнулся к окну. Перед ним стоял кто угодно, но точно не человек. Какой бы ни была подготовка, просто проигнорировать выстрел – невозможно. Выражение лица Елисея оставалось все таким же непоколебимым, и внушало ужас куда больше произнесенных слов.

– Чудовище! – мужчина вскинул руку с пистолетом. – Ты чудовище! – он нажал на спусковой крючок.

Елисей совершил действие, невозможное даже для зрячего: сделал шаг в сторону, и пуля просвистела у самого уха юноши, срезав пару прядей. Она врезалась в дверную коробку, портя собой изящную резьбу темного дерева.

– Что ты такое?! – профессор сорвался на крик, леденящий собственную кровь, застывшую в жилах.

Дверь с грохотом распахнулась, и в дверном проеме показался Ярис. Он схватил Елисея за локоть и потянул на себя в попытке скорее увести от этого психа. Как именно действовать в подобной ситуации Вельямиров, разумеется, не знал. Зато прекрасно понимал одно: еще один человек на его руках не умрет.

Профессор Гордеев отвел руку в сторону, без тени сомнения нажав на спусковой крючок еще раз. Елисей мгновенно поднял трость, вынуждая Яриса отпустить себя. Раздался оглушительный, металлический звук стали, встретившейся со свинцовой пулей.

Вельямиров успел только зажмуриться из-за громкого звука выстрела. Открыв глаза, увидел рукоять трости прямо перед своим лицом. От нее отвалилась сплющенная пуля, с глухим стуком упав на скрипучий вековой паркет. Юноша сглотнул нервно, шумно. Перевел взгляд на бесстрастное лицо Елисея, совершенно не изменившееся.

Профессор, нарушая возникшую тишину тяжелым дыханием, схватился за револьвер обеими руками, дабы унять дрожь. Прицелиться снова не получалось. Его губы зашевелились в немом шепоте молитвы о собственном спасении.

Елисей щелкнул пальцами. Капоня, подобравшаяся к мужчине за спинкой софы, бросилась на его, впиваясь в предплечье клыками. Случайно выпущенная пуля врезалась в стену, и револьвер вылетел из ладони профессора.

Ярис метнулся к столу, попутно снимая с пояса наручники. Капоня, укусившая преступника не так сильно, как могла бы, сразу же отпрянула. Вельямиров заставил профессора подняться на ноги, схватив за грудки, и заломил ему руки за спиной. Послышался щелчок металлических браслетов.

Все крики о том, что перед ними стоит чудовище, он пропустил мимо ушей. Зато в голове, лишившейся всех мыслей разом, мелькнуло секундное озарение. Ярис медленно поднял взгляд от мужчины к Елисею. Юноша неспешно подошел ближе, постукивая тростью о паркет. Его губы растянулись в спокойной улыбке, так и говорящей: все в порядке.

Ярис нервно сглотнул. Пуля. Он определенно видел пулю, несущуюся прямо ему в лицо. И сейчас та должна была находиться в его голове, а не лежать на полу, полностью смятая собственной инерцией. Ноги подкосились, и Вельямиров уперся ладонью в столешницу.

– Вам нехорошо? – Елисей одним вопросом вернул Яриса в реальность, и тот, распрямившись, ответил:

– Нормально все со мной, звон в ушах – всего лишь аплодисменты. Вот, первый раз поймал преступника с поличным. Мой первый триумф! И почти посмертный… Дай насладиться минутой славы, – Ярис ненадолго прикрыл глаза, шумно выдохнув. Затем взглянул на трость. Ни единой царапинки. Он провел языком по пересохшим губам, и довольно быстро вернул им свою излюбленную ухмылку. – Интересно, эта диковинка в комплекте с сюртуком шла? Или это эксклюзивная модель «для слепцов, вступающих в перестрелках»?

– Господин Светочаров! – Кира вбежала в кабинет, прижимая к груди папку. – Боже! Что здесь произошло?! Я слышала выстрелы!

– Профессор Гордеев! – за спиной Лисенка стоял низкий мужчина средних лет – текущий директор университета. И сейчас слился цветом лица с собственной белоснежной рубашкой.

– Это чудовище! Чудовище с кожей человека! – профессор начал дергаться и кричать, брызгая слюной на документы.

– Вызовите патрульных, – попросил Елисей. – Нужно увезти его отсюда…