Ноты вместо жизни

Глава 25.3

– Я не имею права оставлять студентов в архиве без присмотра, уж не обессудьте.

– Я не против Вашей компании. Помогите, пожалуйста. Отсортируйте женщин от мужчин. Хочу составить разные списки.

– Отчего-то чувствую себя самым настоящим соколом, – Артем с долей живого любопытства принялся выполнять просьбу девушка. Забава же про себя усмехнулась, ведь от истины он был не так уж и далек.

Из-за его присутствия работа затянулась: приходилось делать вид, что читает каждое досье и выписывать имена чисто для вида. Среди множества папок и после безостановочных чихов, удалось найти самое важное… Досье на некого Власова Владислава Олеговича, проработавшего всего три года. Его черты лица определенно перекликались с Агафоном. Вторая печать пути Слова спасала как раз в таких случаях: Забава с легкостью запоминала детали и умела сопоставлять их. Особенно это касалось чужой внешности.

«Любопытно… Он сменил имя и переехал. Люди просто так не скрывают информацию о себе. Мошенничество или бегство от кого-то? Или совершил преступление, испугался и решил сменить вид деятельности?», – Забава переписала из досье достаточно много информации.

– Нашли что-то интересное? – Артем обратил внимание на девушку, с таким сосредоточенным видом выводящую букву за буквой почти полностью сточенным карандашом.

– Здесь множество любопытных личностей. А это вся информация о них? – она встретилась взглядом с его глубокими синими глазами.

– Есть еще работы и исследования, если эти люди чем-то таким занимались в рамках университетских проектов.

– У этого человека есть такие работы? – Забава повернула папку в сторону Артема, и подвинула ближе. Он внимательно пробежался глазами по тексту. Свел к переносице черные брови. Спокойное лицо окрасилось легкой задумчивостью с ноткой заметной печали.

– Так сразу и не скажешь. Нужно сходить в другую часть отдела, там есть поименный список. Пойду проверю.

– Благодарю.

Забава проводила взглядом удаляющуюся фигуру. Стоило помощнику поневоле уйти, она прислонилась к спинке стула и ненадолго прикрыла глаза. Голова разболелась из-за напряжения. Много лет добывала информацию разными способами, и все никак не получалось привыкнуть к не таким уж новым реалиям. Постоянно казалось, что жизнь на волоске висит и вот-вот обманутый человек узнает правду.

Когда Артем вернулся с добротной стопочкой работ, Забава тяжело вздохнула. Перечитывать абсолютно все она не собиралась: благодаря первой печати обрабатывать информацию получалось в разы быстрее, и поэтому она бегло просматривала каждую работу. Всего пара минут, и тонны текста оставались в голове. Среди них не оказалось ничего интересного. По большей части Владислав анализировал важные исторические события, связанные с открытием парового двигателя и развитием оных технологий.

Когда шея затекла окончательно, Забава лениво потянулась. Отодвинула край манжеты и взглянула на наручные часы. Из груди вырвался усталый вздох.

– Уже так поздно… Простите, я Вас задержала. Приду в другой раз, мне пора возвращаться домой.

– Не страшно, все равно приходится работать допоздна, – Артем начал складывать папки. – Вы далеко живете? Подвезти Вас?

– Нет, спасибо за заботу. Я так засиделась, что, если перемещусь в паромобиль, мои ноги совсем откажутся двигаться, – она поднялась со стула, и стала помогать ему. – Хочу прогуляться.

– Тогда не смею мешать, – Артем накрыл ладонью папку. Немного помявшись, все же сказал: – Соболезную Вашей утрате.

– А? – Забава сначала не поняла, а затем натянула немного неуверенную, дежурную улыбку. Сердце больно пропустило удар. Обычно никто не поднимал данную тему, даже когда обращали внимание на цвет платья[1]. – А… Кхм. Спасибо.

– Простите, это не мое дело. Просто… – он поднял взгляд. – Я бы хотел пригласить Вас на чашечку чая, но не знаю, насколько это уместно.

– Мой жених умер уже давно. Я… – Забава, моментально позабыв все слова, неловко положила ладонь на ребристую спинку стула и отвела взгляд. Когда, казалось бы, ни одна ситуация не способна выбить из колеи спустя столько ужасных событий в жизни, всегда находилась та самая. Разбивающая сердце повторно. Тенева прикусила губу, стараясь подобрать правильные слова. – Я сама не знаю, уместно ли это.

– Прошу прощения. Мне не стоило ворошить прошлое, – Артем подхватил стопку папок, и направился обратно к опустевшей полки.

Стоило ему уйти, Забава оторвала фотографию из досье Владислава и, убрав его в середину собранной стопки, поспешила покинуть архив. Больше всего на свете не хотелось продолжать разговор. А вот занять голову работой – еще как. И в сердце посилилась надежда увидеть того, в ком сейчас нуждалась больше всего, чтобы обсудить полученную информацию.

[1] Черный цвет в Российской Империи считался траурным, и после смерти мужа женщины целый год носили платья соответствующего цвета. В полутрауре носили платья разных оттенков сиреневого и фиолетового.