Ноты вместо жизни

Глава 44.2

– Что ж, – Виктор Александрович отложил свои записи в сторону. – Пока можно сказать наверняка одно: меч каким-то образом связан с личностью и кровью. На нем символы принадлежности и привязки, но без конкретики трактовать их можно, как угодно.

– Это уже что-то, – возразил Елисей. – Потраченное время не прошло даром, – он повернул голову в сторону дверей, распахнувшихся через секунду.

– Будете чай? – Анна Павловна вошла в кабинет, позвякивая чашками сервиза.

По прошествии полутора недель она успела вернуть более здоровый цвет лица, и немного сдвинула график посещения больницы по настоятельно просьбе лечащего врача Киры – приехавший специалист из Петербурга лично занялся ее случаем, и проводил частые осмотры чаровательского характера.

– Да, спасибо, – Виктор Александрович отложил старинные свитки в сторону. Он и сам выглядел не лучше остальных помощников, не особо ощущающих себя здравомыслящими людьми.

– Как успехи? – сударыня Лисова поставила серебряный поднос на освободившийся край стола.

– Постепенно сходим с ума, – Ярис демонстративно откинул в сторону книгу. – Безудержное веселье. С шифром тоже пока никак.

– Вы уже столько времени трудитесь не покладая рук… Если я могу как-то помочь, только скажите, – она окинула обеспокоенным взглядом собравшихся в просторном помещении людей, немного оживившихся из-за чая.

– Я ценю Вашу инициативность, но не стоит, – Виктор Александрович разлил ароматный ягодный напиток по чашкам, и те мгновенно пошли по рукам помощников. – Вы тоже устаете. Каждый день разговариваете с дочерью…

– Я слышала истории о том, как разговоры помогали людям выйти из комы, – Анна Павловна взяла фарфор за тонкую ручку и опустилась на ближайший стул. – Хочется верить в правдивость этих историй.

– Лисенок слишком упряма чтобы вот так сдаться, – Ярис отхлебнул чай. – А вот я скоро с ума сойду… Без слова-ключа разгадать квадрат Полибия практически невозможно.

– Что это за шифр? – она тоже сделала небольшой глоток.

– Квадрат пять на пять. «И» и «Й» объединяются, «Ё» выкидывают чтобы не мешалась… В начало алфавита ставится слово-ключ, и эти буквы получают номера иные, нежели если бы стояли в прямой последовательности. Именно поэтому, просто смещая начало алфавита, ничего толком не добьешься. Без ключа слишком много вариантов.

– Я даже не представляю, какое слово Мирислав мог использовать… – Анна Павловна обхватила чашку исхудавшими пальцами.

– Верю, – Ярис за пару глотков допил чай.

– Увы, мои способности здесь тоже бессильны, – Елисей свернул рукописный свиток обратно.

– А что печати Правды дают вообще?

– Первая: повышенная внимательность. Вторая: улучшение интуиции. Третья: кратковременная связь с прошлым предмета. Работает с неодушевленным и передает ощущения из прошлого. Толка в этом особого нет. На месте преступлений я чувствую последние эмоции погибших, и просто знаю, была их смерть естественной или нет. Поэтому особого толка от меня нет.

– Грандиозный тупик… – юноша развалился в кресле, свесив руки с подлокотников. Голова раскалывалась после многочисленных подборов комбинаций, и вся уверенность давно пропала. Подводить уверенность Киры совершенно не хотелось, но призрачная надежда продолжала ускользать с каждым днем все больше.

– Благодарю за чай, сударыня Лисова, – Сергей Игнатьевич оставил чашку на столе. – Вынужден покинуть вас. Позвоню позже насчет информации на определенных личностей.

– Да, давайте, – Ярис махнул кистью в сторону двери. – Пусть хоть один из нас продвинет дело дальше… – он проследил взглядом за удалившейся фигурой чиновника. – Нужно сделать перерыв, пока мозг через уши не вытек.

– Ты крайне плохо знаешь анатомию… – скептически заметил Елисей.

– А ты слишком умный, аж душно становится, – он показательно оттянул ворот кремовой домашней рубашки. – Предлагаю посидеть в саду и обсудить сторонние темы.

– Поддерживаю, – Цветана поднялась с дивана, перекладывая бумаги обратно на стол. – Анатолий Евгеньевич уже давно ушел. Из нас всех он куда жизнерадостнее, хоть и менее работоспособный. Стоит взять с него пример.

– Я не буду разговаривать с геранью, – Забава слегка улыбнулась, и друзья тоже.

– Прекрасная идея, – Анна Павловна выдавила улыбку уже не настолько сильно вымученную, хоть и уставшую. – Я принесу с кухни фрукты в беседку, – она поставила пустые чашки обратно на поднос. – Виктор, Вы все еще любите клубнику?