Ноты вместо жизни

Глава 46.2

– Леша… – Забава вытерла рукавами слезы с щек. Сдержанные всхлипы все еще доносились из ее груди. – Мне так жаль…

– Не хочется признавать, но Ярис прав, – Цветана отозвалась настолько сдержанно, насколько могла. У самой же перед глазами мушки летали. Она не могла поверить в происходящее. Не могла поверить, что этот замечательный человек таковым на самом деле не является. – У этого криминального трио множество различных артефактов, и они вполне могли создать некое подобие физического тела для души… А, раз ты душа, значит, и есть тот самый Алексей Антарский, только в другой оболочке.

– Это как костюм сменить, – Ярис провел аналогию, пришедшую в голову первой. – Забава, прекращай завывать. Даже Настя так не делает, хотя приведение тут она. Убавь уровень трагизма. Он тут сидит, вполне себе живой. Видоизмененный, зато живой.

– Твой отец сказал, меч связан с личностью… – Елисей накрыл ладонью боковую сторону меча, стиснув. – Значит, это носитель информации. Вот зачем «Перуну» было приказано ранить меня…

– Не просто тебя, – добавила Цветана. – Человека с печатью. Значит, только обладатель Пути способен войти в резонанс с артефактом.

– Я понял, – Елисей рывком провел ладонью вдоль лезвия, рассекая плоть острием. Боль отразилась легким дискомфортом, сравнимым с небольшой ранкой бумаги на коже. Вместо хлынувшей на землю крови из рассеченной плоти лился мягкий, белоснежный свет. Тонкие паутинки света разметались из стороны в сторону подобно живому организму, переплеталась друг с другом и образуя новый кожный покров.

– Обалдеть… – Ярис наблюдал за весьма странным процессом исцеления с непреодолимым желанием выплюнуть недавно выпитый чай. – У тебя рука светится. В ней будто что-то живое сидит, и из него кожа получается.

– Я – печати… – Елисей схватился за край гроба, медленно поднимаясь на ноги. – Я… чары в чистом виде. Их физическое воплощение, переплетенное с воспоминаниями обладателя печатей. И именно из-за своей прямой связи с чаровательством, фамильяр семьи откликнулся на мой зов. Поэтому получить новые печати и дополнительный Путь получилось относительно легко. Этот меч, – юноша отвел руку в сторону, – стал носителем личности, и ключом к моему созданию. Вот для чего нужен этот аппарат…

Забава поднялась с помощью Цветаны. Не колеблясь, девушка подошла к Елисею, и коснулась ладонью его предплечья, вынуждая опустить руку с мечом. Он повернулся вполоборота в сторону подруги, и оказался в ее объятиях.

– Не важно, чем является твое тело. У тебя находятся все прежние воспоминания. Прежняя личность. Какая разница, в каком теле находится? Ты – это ты. Алексей Антарский. Елисей Светочаров. Мой деверь. Мой друг. Мой напарник в длительном расследовании, практически подошедшем к концу.

Елисей затаил дыхание до тех пор, пока не понял, что перестал дышать вовсе. Стоял, не двигаясь, позволяя подруге обнимать себя.

– Остался последний рывок, – поддакнула Цветана, стараясь сдерживать внутреннюю дрожь. – Проблему с твоим зрением тоже решим. Раз ты – чары, значит, причина в твоей… Материализации. Возможно, ты способен сам себя перенастроить звуком.

– Спасибо вам, – Елисей коснулся свободной рукой спины Забавы. – Сейчас мой кризис идентичности станет помехой в расследовании, поэтому я постараюсь держать себя в руках и поддамся эмоциям как-нибудь попозже.

– Ничего, попутно еще найдем кучу причин, чтобы оттянуть момент, – хмыкнул Ярис, наконец-то улыбнувшись. Он покосился на развалившуюся на земле Капоню, не собиравшуюся подниматься. Та фыркнула и отвернулась. – Как лечить меланхолию у рыси-фамильяра никто не знает? А то мне сверхсилы не хватает, я ее на руках отсюда не вытащу…

– Она скоро придет в себя, – Елисея отпрянул от Забавы, сделав несколько уверенных шагов к аппарату. И самому кристаллу. Его мягкий свет, казалось, отражается внутри собственного тела, сотканного из тысяч нитей чар.

– Не стоит трогать эту штуковину, – Ярис подошел к нему поближе. – Или ты чувствуешь что-то?

– Думаю, мы как-то связаны, – юноша осторожно протянул руку, останавливая ладонь прямо рядом с кристаллом. – Я чувствую пульсацию чар внутри. Они похожи… На хаос. Живой хаос, запертый в тонкой оболочке.

Елисей закрыл глаза. Обычно упорядоченные мысли превратились в поток бесконтрольных размышлений о собственной сущности. Пропало ощущение полного контроля над ситуацией, и смысл произнесенных слов терялся. Как собственных, так и принадлежащих друзьям.

Свист стрелы, разрезавшей воздух, прозвучал отдаленным и совершенно чуждым. Когда сознание забило тревогу, звук нарисовал контур наконечника рядом с собственным ухом. Острый металл пробил ладонь насквозь, пригвоздив к кристаллу.

– Елисей! – Забава взметнула руку в сторону узкого коридора, направив дуло револьвера в сторону противника. – Стоять!