N.O.V.A. Последний рассвет

Глава девятая: Прислушайтесь

Аммадия остановилась и настороженно прислушалась. С тех пор, как дворец покинули Каин и Юфи, в такое время всё утопало в тишине, но теперь до слуха долетал разгневанный голос. Мать громко отчитывала кого-то в своём кабинете. Стараясь не шуметь, Аммадия на цыпочках подкралась к двери.

– Вы хотите сказать, что в одном из самых густонаселённых городов империи есть проблемы с контролем воздушного пространства и с обеспечением безопасности?

Аммадия насторожилась и прильнула к двери. Неужели снова что-то случилось? Но как бы она ни старалась, расслышать ответ не получилось. Зато удалось понять, что разговор ведётся по видеоконференции, и Аммадия вздохнула с облегчением – никто не застукает её за подслушиванием.

– Тогда куда смотрели службы безопасности? Никто не заметил неавторизованный планолёт, вошедший в город? Никто... – снова пауза, на этот раз Аммадии хотя бы удалось распознать явно взволнованный мужской голос. – Частные полёты производятся по строго установленному порядку, где к каждому дому привязано собственное транспортное средство или принадлежащее определенной службе. И это я должна спросить вас, откуда взялся злоумышленник, кто его пропустил, и как службы безопасности допустили случившееся.

Очередная пауза была ещё короче предыдущей, а после тон матери ожесточился ещё больше.

– Вам уже поздно в чём-либо разбираться, теперь этим займутся другие люди. Допущенная вами халатность переходит все границы. Я уже не говорю о перехвате. Послать неизвестно кого, вместо того чтобы поднять в воздух перехватчики Чёрной Гвардии.

На этих словах её речь оборвалась, а после Аммадия расслышала короткое “разговор окончен”, и, выждав минуту, постучала в дверь три раза.

– Войди, – донеслось из-за двери.

Аммадия повернула ручку и толкнула дверь. На лице Императрицы лежала извечная тень усталости, а глаза горели негодованием и гневом.

– Что-то случилось? – осторожно спросила Аммадия.

– Нападение на семью Адельфорт в Наа-Меве, – ответила Императрица. – Не выжил никто, а приёмная дочь была похищена.

На секунду Аммадия потеряла дар речи и закрыла руками рот, а позднее задала, как ей показалось, самый логичный вопрос:

– Её найдут?

– Даже если найдут, род Адельфорт будет официально признан вымершим, – угрюмо ответила Императрица. – У ни был шанс вернуть её, но на перехват был отправлен один единственный Рейдер. Некто по прозвищу Лань, ты должна её знать.

– Кажется помню, – неуверенно отозвалась Аммадия. – На год старше, и очень любит болтать...

– Доболталась, – сухо прервала её императрица. – Она мертва, а её корабль пропал.

Аммадия ахнула от изумления. Неизвестно кому понадобилось похищать ребёнка, но убить Рейдера – пускай и столь молодого – может далеко не каждый. От растерянности она не находила что сказать, мысли роились в голове прямо как тогда, перед битвой.

– Пускай у того, кто за этим стоит, хватило сил убить Рейдера, у него также хватило ума угнать корабль, – продолжала императрица. – И этот корабль пересёк границы империи на скорости звукового прыжка вскоре после происшествия. В Европу уже подан запрос о розыске.

– А что делать нам?

– Усилить защиту городов. Службы безопасности должны проверять любое воздушное судно, входящее в город и выходящее из него. Возможно, придётся временно закрыть города, но это крайняя мера. Лучше скажи мне вот что, Аммадия, должна ли Академия рассказывать об этом ученикам?

Аммадия внимательно взглянула на мать. Та смотрела испытующим взглядом, от которого наследнице всегда становилось неуютно, а по спине пробегал неприятный холодок.

– Полагаю, что нет, – наконец ответила она. – Дети должны сосредоточиться на учёбе, им ещё рано...

– Твоими стараниями почти никто из учеников не знает о произошедшем во Фрейзене, – Императрица встала из-за стола и свернула голографическую панель. – Все активно делают вид, что всё в полном порядке. Нескольким ученикам старших курсов был сделан выговор, а преподавательский состав эту информацию умалчивает. Как думаешь, насколько это всё надёжно?

Слишком подозрительный тон не прибавлял ей уверенности. Догадываясь, к чему она клонит, Аммадия лишь пожала плечами.

– Твоё желание уберечь детей от плохих новостей и утаить информацию создало вокруг Академии весьма шаткий барьер. Невозможно полностью отрезать сообщение с внешним миром. То, что сделала ты, сработает как бомба замедленного действия. Рано или поздно об этом узнает кто-то один, кто не станет держать язык за зубами. На следующий день знать будут уже все, и у людей возникнут вопросы – а почему нам не сказали?

В груди нарастало щемящее чувство волнения, а внутренний голос назойливо шептал, что Императрица права. Не зная, куда деть взгляд, Аммадия стыдливо опустила голову.

– Я понимаю твои стремления и твои мотивы, – тон Императрицы заметно смягчился, и наследница вновь подняла глаза. – Но подобные вещи подрывают доверие. Ибо как ещё объяснить, что те же самые люди, что добились честности и прозрачности от средств массовой информации, теперь решили умолчать о столь значимом событии?

Теперь щемящее чувство в груди переросло в настоящую жгучую боль, пульсирующую с каждым ударом сердца, словно кто-то засыпал внутрь горсть раскалённых углей.

– Значит, между подрывом доверия и разведением паники нужно выбирать второе? – осмелилась спросить Аммадия.

– Человек должен быть готов, – ответила мать тоном, не приветствующим возражений. – Я говорила это уже не раз, и буду повторять снова и снова. А чтобы он был готов, он должен знать. И я очень надеюсь, что ты в своё время будешь следовать моим советам.

– Ты уверена, что я справлюсь? – с сомнением в голосе спросила Аммадия.

– Абсолютно, – с полной уверенностью ответила Императрица. – Ты уже прошла боевое крещение.

Сердце вновь дрогнуло, а руки кулаки сжались так сильно, что ногти до боли впились в кожу ладоней.