Новая эра

ЧАСТЬ I — ПЕПЕЛ

ГЛАВА 1 — СИРЕНА

Сирена завыла ровно в шесть утра.

Глухой металлический звук прокатился по тоннелям Рубежа, отражаясь от бетонных стен.

Сергей открыл глаза ещё до второго сигнала.

Он уже давно перестал нормально спать.

В этом мире сон был роскошью.

С потолка капала вода. Где-то далеко работал старый генератор. В соседнем отсеке кто-то кашлял так, будто лёгкие разрывались изнутри.

Обычное утро.

Сергей медленно сел на койке и посмотрел на ржавую лампу над дверью.

Свет снова мигал.

— Отлично… — тихо пробормотал он.

Он натянул старую куртку, взял фонарь и вышел в коридор.

Рубеж уже просыпался.

Люди шли к водяным насосам. Кто-то тащил ящики. Кто-то ругался. Дети бегали между трубами.

Несмотря ни на что — жизнь продолжалась.

— Сергей! — раздался голос сверху.

Он поднял голову.

На металлическом мостике стоял Илья — техник станции.

— Громов тебя ищет.

— Уже плохой знак.

— Он злой.

— Тогда точно плохой.

Илья усмехнулся.

Сергей поднялся по лестнице и направился к командному отсеку.

Дверь была приоткрыта.

Внутри пахло табаком и машинным маслом.

Громов стоял над картой тоннелей.

— Опаздываешь.

— На три минуты.

— В наше время и трёх минут хватает, чтобы сдохнуть.

Сергей молча пожал плечами.

Громов ткнул пальцем в карту.

— Седьмой сектор снова молчит.

— Кабель?

— Возможно.

— Или мародёры.

— Или Костяные.

На несколько секунд в комнате повисла тишина.

Даже здесь люди старались редко произносить это название.

Костяные были не просто бандой.

Они были кошмаром.

— Возьми рацию и проверь линию, — сказал Громов.

— Один?

— Людей нет.

— Удобно.

— Если найдёшь работающий кабель — Рубеж проживёт ещё неделю.

Сергей тяжело выдохнул.

— А если нет?

Громов посмотрел ему прямо в глаза.

— Тогда всем нам конец.

Громов протянул ему старую карту тоннелей.

Бумага была потрёпанной, местами прожжённой.

— Здесь обвал, — сказал он, проводя пальцем по красной линии. — Обходной путь идёт через технический сектор.

— Через старые склады?

— Да.

Сергей нахмурился.

— Там уже два года никто не ходит.

— Поэтому ты и пойдёшь.

— Прекрасно.

Громов достал из ящика револьвер и положил на стол.

— Возьми.

Сергей посмотрел на оружие.

— У меня есть нож.

— Ножом кабель не защитишь.

Несколько секунд Сергей молчал.

Потом всё же взял револьвер.

Тяжёлый. Холодный.

Он ненавидел оружие.

Слишком много воспоминаний.

— Если к вечеру не вернёшься — мы закроем шлюз, — спокойно сказал Громов.

— Спасибо за поддержку.

— Не мне тебя жалеть.

Сергей ничего не ответил.

Он развернулся и вышел из командного отсека.

Тоннели Рубежа постепенно наполнялись шумом.

У столовой уже выстроилась очередь. Женщина в грязном пальто спорила с охранником. Старик сидел возле стены и перебирал патроны.

Мир после конца света жил по своим странным правилам.

Сергей прошёл к оружейной.

За решёткой сидел худой парень лет двадцати.

— Чего надо?

— Громов отправил меня в седьмой сектор.

Парень присвистнул.

— Один?

— Видимо, я ему надоел.

Оружейник усмехнулся и поставил на стол фонарь, фильтр для противогаза и две обоймы.

— Больше ничего нет.

— Как всегда.

— Слышал, вчера возле северного выхода нашли тела.

Сергей поднял взгляд.

— Чьи?

— Не знаю.

Парень замолчал.

Потом тихо добавил:

— Говорят, у них не было глаз.

Сергей ничего не сказал.

Но внутри всё неприятно сжалось.

Так обычно действовали Костяные.

Он забрал вещи и направился к шлюзу.

Чем ближе он подходил к внешним воротам, тем холоднее становился воздух.

Здесь уже почти не разговаривали.

Люди всегда замолкали рядом с выходом на поверхность.

Потому что поверхность напоминала:

мир умер.

У массивной гермодвери стояли двое охранников.

Один из них курил самокрутку.

— Давно тебя наружу не отправляли, — сказал он.

— Значит, ещё не всё потеряно.

Охранник хмыкнул.

Второй повернул старый вентиль.

По тоннелю прокатился тяжёлый металлический гул.

Шлюз начал открываться.

Из темноты сразу потянуло ледяным ветром.

Сергей надел противогаз.

Фильтр тихо зашипел.

— Если увидишь движение на поверхности — не геройствуй, — сказал охранник.

— Поздний совет.

— И ещё...

— Что?

Охранник отвёл взгляд.

— Последние патрули слышали по ночам детский смех.

Сергей замер.

— На поверхности?

— Да.

— Детей там давно нет.

— Вот именно.

За воротами была только темнота.

Сергей сделал шаг вперёд.

Шлюз медленно закрылся за его спиной.

И в этот момент он снова почувствовал то, что всегда ощущал наверху.

Полное одиночество.

ГЛАВА 2 — ПОВЕРХНОСТЬ
Небо было серым.

Не облачным. Не туманным.

Просто серым.

Словно сам мир выгорел вместе с городами.

Сергей медленно шёл по разрушенному тоннелю, освещая путь фонарём.

Рельсы давно заржавели.

Под ногами хрустело стекло.

На стенах всё ещё виднелись старые рекламные плакаты.

«БУДУЩЕЕ НАЧИНАЕТСЯ СЕГОДНЯ».

Сергей усмехнулся.

— Да уж.

Тоннель вывел его к разрушенной станции.

Когда-то здесь были магазины. Кафе. Толпы людей.

Теперь — только тишина.

С потолка свисали оборванные провода.

На платформе лежал перевёрнутый вагон.

Сергей осторожно двинулся дальше.

И вдруг остановился.

Следы.

Свежие.

Кто-то прошёл здесь совсем недавно.

Он медленно снял револьвер с предохранителя.

Тишина.

Потом...

Где-то впереди раздался металлический звук.