Новая Мара

Глава 1.2

Людмила, а именно так Анисья называла маару, уже закончила с уборкой дома и собиралась было пойти проведать свою маленькую госпожу, как та сама позвала её к себе на помощь.

Эта маара внешне ничуть не отличалась от других слуг богини зимы и смерти. У нее были такие же серебряные волосы, чёрные глаза, прозрачная кожа… даже изгибы её тела были в точности как у остальных девушек-прислужниц. Различие заключалось лишь в том, что на тот момент, когда юная госпожа появилась в избушке богини, маленькая Анисья уютно себя чувствовала лишь рядом с одной Людмилой и хозяйкой. И всегда, когда богиня уходила на некоторые время, она просила оставить присматривать за собой именно эту маару. Как она понимала, что это именно та слуга? Как отличала её от дугих? Взгляд. Он был добрым и нежным, хоть и пустоватым, но это нормально для жителя мира Нави.

Девушка в красном платье вышла на крыльцо, а затем спустилась по широким деревянным ступенькам вниз и обошла деревянную избу. На поляне, что была прямо за домом, стояли стол и скамьи, которые были сформированы из стволов четырёх берёз, что стояли на одинаковом расстоянии друг от друга. Берёзовый стол был укрыт белоснежной скатертью, поверх которой стояли стопки посуды.

— Ты не могла бы расставить всё, пока я сбегаю к печи и всё принесу сюда? Она вот-вот придёт, а мы слегка опаздываем.

— Конечно я всё сделаю. — ответила маара.

          Анисья благодарно улыбнулась мааре и тут же помчалась в дом к печи, придерживая обеими руками свою длинную юбку.

          Людмила молча начала расставлять посуду, вспоминая прошедшие года, которые скрасила маленькая белокурая девочка, спасённая хозяйкой от смерти и приведённая в мир Нави.

          Первое время девчушка была очень печальной и часто плакала по ночам, днём же малышка старалась держать себя в руках и не вспоминать о доме, друзьях, матушке и батюшке. Чуть позже, спустя несколько недель, она понемногу перестала скучать о прошлой жизни и наконец смогла полюбить свою спасительницу, в которой она теперь души ни чаяла.

          Через пару мгновений примчалась и сама Анисья, держа в руках различные горшки, а потом, вновь умчавшись к печи и сразу же вернувшись назад, плошки. Она расставила всё на столе, припевая детские песенки.

Маара молча любовалась своей подопечной с улыбкой на губах и не заметила, как рядом с четырьмя берёзами оказалась уставшая старушка.
— Вижу, вы ждали моего прихода, — протянула старуха уставшим голосом.

Анисья и Людмила от неожиданности подпрыгнули на месте. Хорошо, что в этот момент у них ничего уже не было в руках, иначе вся посуда разбилась бы (в руках Анисьи так точно бы).
— Матушка! — радостно крикнула девушка, бросаясь к хозяйке.
— Госпожа! — приветственно поклонилась Людмила.

Богиня раскинула руки в стороны, приглашая воспитанницу в свои объятия, та, в свою очередь, едва ли не сбила старушку с ног, когда прильнула к её старой груди.

Людмила присмотрелась к своей госпоже и печально подумала о состоянии старухи. Некогда чёрные, как смоль, волосы вновь стали седыми и безжизненными, белоснежная кожа посерела и обвисла, а в чёрных глазах читалась вечная усталость. Как же она устала…
— Прошу за стол. — сказала Людмила.
— Ну, как работа? — поинтересовалась Анисья, усаживаясь за берёзовый стол.
— По-прежнему сложна. Работа у богини зимы и смерти всегда очень сложна. — грустно ответила старушка.
— Когда–нибудь и я буду Марой, а ты здесь будешь пить наивкуснейшие чаи, любоваться природой и ждать меня. — радостно сказала Анисья. — Ты будешь мной гордиться.
— Всегда буду. — ответила богиня Мара, нежно улыбаясь и гордо смотря на свою воспитанницу. Она с нетерпением ждёт этого момента.