Новая жизнь Ангелины Федоровны. 1 книга.

29глава

Дорога домой показалась мне длиной и утомительной, не смотря на мягкие и удобные сидения. За все утро мы так и не успели переговорить с Клавдией о вчерашнем инциденте, при Полине и ее дочери говорить не хотелось.

Мене казалось, что Петровский может на придумывать всякого, и распустить слухи на весь уезд.

В карете от корзины с провизией шел ароматный запах. Я плотно позавтракавшая есть захотела, а девочка наверное и подавно есть хочет.

-Клавдия, что-то я чаю с ватрушкой захотела, может ты нас накормишь?

-Чего же не накормит, накормлю, - она достала из-под сидения корзину, на крышку положили салфетку, и на нее положила ватрушки, поставила чашки толстостенные, с широким дном. Такие не опрокинутся при первом толчке. Из кувшина разлила чай.

Ватрушки были как всегда пышными, а сегодня еще и ванилью пахнет. Взяла ватрушку и чашку с чаем.

-Ватрушка вкуснейшая, берите, кушайте. Лиза бери ватрушку, ты сегодня рано проснулась, завтракала неверное плохо, пора подкрепиться.

-Госпожа, как же мы с вами вместе будем- Полина положила руку дочери на колено.

-Полина, когда мы в дороге, кушаем все вместе, не до сантиментов.

-Хорошо- она потупила глаза, подала дочери ватрушку и чашку с чаем.

Останавливались мы только чтобы напоить и накормить лошадей. Наемными повозками управляли торговцы, что ездят за товаром в соседнюю страну, название ее так и не запомнила, что-то похожее на Латвию, вот они обедали в придорожном трактире.

Обед проходил быстро, как только лошади были накормлены мы снова двинулись путь. У трактира, когда Полина с ее дочерью ходили в уборную Клавдия подошла:

--Госпожа, домой едем, а вы смурная какая-то?

-Да нечего, пройдет- ну не откровенничать же мне со служанкой.

Она сама решила меня успокоить:

-Если вы переживаете из-за вчерашнего, так барона ентого графиня так приложила, он побоится не то, что слова про вас сказать, в вашу сторону посмотреть. Так и сказала мне вчера «Передай, чтобы не боялась, никто слова не скажет». Не видел никто, графине ее служанка сказала, что он кричит и графа поминает.

-Твои бы слова да высшим в уши.

--Как чудно вы сказали. Еще в комнату, где барон живет, заходил Руднев, резко так говорил, шумел.

-Клавдия, что может трактирщик против барона, сама должна понимать.

-Не скажите, Руднев богатый купец, в совете городском и уездном состоит, с графом Разумовским за одним столом обедает, это не мало.

-Надо же, а по нему и не скажешь.

-Думаю, он Петровского припугнул, не бойтесь, не будет он сплетничать, а то ему дороже выйдет.

-Было бы, о чем сплетничать.

-Госпожа, мало таких, как вы. Что бы женщина сама хозяйство вела, да еще благородная. Есть конечно некоторые, но они из-за мужа все делают. Еще купчихи, те могут и лавку держать, и предприятие.

-Выходит, благородные дамы самые бесправные.

-Ну где же бесправные, иная благородная так прислугу гоняет, что волосы шевелятся.

-Клавдия, я тут подумала, да дела мне нет до соседей, пусть сплетничают, я без них проживу, пусть они без меня проживут. Они же у меня дичь покупают, кабанов да оленей и в город могу продать. Лес тоже только у меня.

-И то правда.

Мы ехали пока ночь не опустилась на землю. Ночевала в карете. Служанка, сходившая на постоялый двор сказала, что приличные комнаты заняты купцами из-за кордона, мужики шумные, нахальные. Наши повозки стояли в большом сарае, карету туда же поставили.

-Госпожа, не стоит туда идти ночевать, лучше в карете. Мы в возах, рядом будем, и Полину с девочкой для надежности с вами нужно оставить. После ужина я устроилась в карете, сон не шел.

Лежала, вспоминала, свою прошлую жизнь, как там мои живут? Вспоминают ли бабушку Лину? Все ли у них хорошо? Потом переключилась на новую жизнь, вспомнила, что хотела обсудить с Полиной новые платья. Сегодня нужно обязательно показать ей рисунки.

За придумыванием фасона нового платья я и заснула. Проснулась, когда за окном кареты было светло. Не слышала ка мы выехали. Полина с дочкой сидели на против и тихонечко шептались.

Завтракали вчерашними ватрушками и чуть теплым чаем.

Клавдия говорила, что не смогла подогреть его, выехали едва небо посерело. Дома будем чуть позже обеда. Так торговцы сказали.

Мы с Полиной всю дорогу до дома обсуждали новый фасон платья.

Единственное, что хотела, без корсета и всевозможных нижних юбок и кринолинов. Наряды любимой героини, Наташи, мне нравились больше всего. Их и рисовала для Полины.

Приехали домой еще засветло, начался шум, гам. Домашние высыпали в холл, дочь повисла на моей шее. Мария качала головой, в ее глазах читалось осуждение «благородные дети так себя не ведут» и в то же время она была рада, что я люблю и балую свою дочь.

--Ольга- позвала горничную- посели Полину в двухместную комнату. Ткани все в спальню покойного мужа, сундуки в мою гостиную, остальное Клавдия знает куда положить.

Сама отправилась к себе, мне нужно было срочно снять надоевшее мне дорожное платье и лечь, устала.

Не успела облачиться в стеганый, уютный халат, как в дверь постучали.

-Войдите- в дверь заглянула Фаина.

-Госпожа, можно?

-Заходи, что случилось?

-Да Колюня мой кашляет, жар небольшой, и на горло жалуется, может подскажите чем лечить.

-Горло, говоришь, болит. Попроси у Клавдии порошок шипучий, что мы купили, на половину чашки половину десертной ложки порошка, вода должна быть теплой. Этим раствором полощи горло.

Можешь еще ложку березовых почек заварить от кашля.

-Спасибо за совет, госпожа пойду лечить, а воду с порошком можно глотать.

-Можно, но лучше полоскать.

Дочь забралась ко мне на колени:

-Мамочка, у меня тоже горло болит, - заглянула ей в рот, действительно покраснело,- Ноги вчера промочила?

-Угу- девочка спряталась у меня на груди.

-Марию не слушалась, бегала по лужам, завтра гулять не пойдешь-погладила ее по голове- Сейчас начнем лечиться.