- Ксюша! Ксюша, просыпайся! - тихий, но настойчивый голос мужа пытался вырвать меня из сна. - Ксюша, нам пора уходить.
Открыла глаза и поняла, что очень даже неплохо выспалась.
- Пора уходить? - забеспокоилась я. - Но как же ты? Почему ты меня не разбудил, чтобы я сменила тебя?
- Ксюш, я в норме, а ты беременная. Тебе просто необходимо было хорошо выспаться. - успокаивал он меня. - Всё хорошо! Мы сейчас найдём убежище на ночь и я отдохну. Твоя смена будет первая!!!
Мы подняли детей и отправились в путь.
- М-а-а-м, а покушать есть что-нибудь? - тихим голосом спросил Марк.
- Нет, солнышко, но мы скоро что-нибудь придумаем! - я выразительно посмотрела на Лёшу.
- Да, Марк. Мы сейчас зайдем в магазин и наберём много всякой еды, а потом спрячемся где-нибудь и наедимся до отвала! И будем всю ночь спать! - и Лёша бодро зашагал вперед.
По пути мы снова обшаривали машины. Это было безопаснее, чем заходить в здания. В этот раз нам повезло больше - мы нашли много всяких съестных припасов. Шоколад, печенье, булочки и протеиновые коктейли очень подняли всем настроение. Так же Лёша нашёл оружие в полицейском автомобиле, что очень радовало.
Уже начинало смеркаться и пора уже было найти ночлег, но после прошлой ночи было страшно опять ночевать в чужой квартире. О ночёвке на улице и речи быть не могло - слишком опасно.
Помимо отсутствия убежища меня беспокоило состояние Моники. Баллончик с её лекарством закончился ещё утром и теперь я все сильнее опасалась приступов.
- Лёша, стой!!! - дернулась я.
- Что такое? - прошептал он, вскидывая пистолет.
- Аптека! Смотри, там аптека!!! Надо зайти!
- Нет. Идём дальше! - безоговорочно отвечает муж. - Это слишком опасно!
- Опасно? ОПАСНО? Я скажу тебе, что на самом деле опасно! - шиплю я на него, - Монике опасно носиться по городу полному страшных тварей без лекарства! У неё по несколько приступов в день! Лекарства нет. Что мы будем делать, если случится приступ? Что ТЫ будешь делать, когда твоя дочь начнёт задыхаться? Мы ИДЁМ в аптеку!
- Хорошо! - сдаётся муж, - Но я пойду один! Нечего всем так рисковать. Найди безопасное место неподалёку. Если вдруг что-то случится - уходи! Не смей идти мне на выручку! - быстро поцеловал меня и пошёл в сторону аптеки кружным путем.
Я не стала сопротивляться и идти с ним. Я понимала, что так безопаснее.
Поэтому я огляделась в поисках укрытия. В подъезды домов соваться не стоит. Твари очень любят устраивать там засаду. Где ещё можно спрятаться? Взгляд упал на мусорные контейнеры. Отлично! Сгребаю детей в охапку и иду туда.
- Фу-у-у, мам, можно мы спрячемся в другом месте? - сразу ноет Марк, не переносящий резких и неприятных запахов.
- Нет, солнышко, придётся потерпеть. Запах мусора отобьет наш запах и нас не найдут. Можем отдохнуть.
Прячемся за контейнерами. Сидим тихо. Дети уже привыкли, что шуметь нельзя, иначе придут ОНИ! Поэтому сразу укладываются отдохнуть. Прямо на бетон. В который раз сжимается моё сердце. Ну почему, почему они должны расти в таких условиях? Так, ладно, поноем потом. Живы и это уже хорошо. Смотрю за входом в аптеку, где только что скрылся Лёша. Звуков борьбы не слышно. Уже хорошо. Ждём.
-Иииииии и... И иииииии, - мерзкий визг раздаётся совсем рядом, - иииииии.
Боже, только не это! "Нюхачи". Одни из самых опасных тварей. Хищные. С фантастически острым обонянием. Человека чувствуют даже за толстыми стенами. Вижу их. Три твари, среднего размера. Хвосты на крупе скручены кольцами, идут на четырёх конечностях - значит ещё не учуяли. Но вот одна из тварей поднимается на задние лапы, принюхивается, остальные повторяют за ней. Синхронно поворачиваются и идут в сторону аптеки. Сердце бешено колотится. Что делать? Поворачиваюсь к детям. Они тоже слышали "нюхачей". Подобрались, глаза широко раскрыты, дышут глубоко, готовы бежать в любой момент. В этот момент из аптеки вылетает Лёша. Швыряет рюкзак подальше от себя(я поняла, это для нас, чтобы потом забрали), стреляет в одну из тварей. Другая выбивает пистолет из рук. Только не это! Звук выстрелов привлечёт сюда других. Думай Ксюша, думай! Открываю мусорный бак, помогаю детям туда забраться. Раскидываю мусор вокруг, чтобы отбить наш запах.
- Сидите здесь! Тише воды...
- Ниже травы, - продолжают шёпотом дети.
- И чтобы не выходили, пока я сама вас оттуда не вытащу!
Хватаю арматурину с земли, большой нож и несусь к мужу, который сражается уже с двумя тварями.
- Нет! НЕТ - кричит Лёша увидев меня.
Но уже поздно, я все решила. Подлетаю и сходу всаживаю арматурину в одну из тварей. Дикий визг оповещает, что я её очень серьёзно ранила. Не останавливаясь, подбегаю к мужу. Вместе мы добиваем третью тварь. Последнюю.
Тяжело дышу. Адреналин хлещет по нервам и мышцам. Тело напряжённо до боли.
- Уходим, - говорит муж, направляясь к рюкзаку, - "нюхачи" такими маленькими стаями не ходят! Где-то рядом есть ещё и они придут на помощь своим.
И в этот момент тварь, которую я проткнула арматурой, выгнулась, взвизгнула, взметнулся хвост и она воткнула жало в руку Лёше. Я уже видела такое. Я знаю, что будет. В одно мгновение меня захлестнуло отчаяние.
- Ничего, ничего, - повторяет муж, - доберитесь до лагеря Агентства. Все будет хорошо. Ты должна идти!
Я подставляю свое плечо:
- Давай! Пошли! - и мы идём.
Вскоре Лёшу охватывает слабость. Он падает на землю, тяжело дышит.
-Ты не успеешь, иди, - из последних сих шепчет и отключается.
До нашего убежища всего каких то несколько метров. Чуть-чуть не дошли! Меня охватывает отчаяние. Только не сейчас! Ну пожалуйста! Это я виновата! Это я заставила его идти именно в эту аптеку. Аптека! В рюкзаке медикаменты!!! Резко хватаю рюкзак. Смотрю что там: НВПС. Отлично! ГКС и Антигистаминные. Тоже хорошо. Обезболивающее. Ещё лучше. Быстро ставлю три укола. Двойные дозы. Без обеззараживания, без мытья рук. Шансов у него все равно мало. Так что о заражении думать некогда. Яд этих тварей вызывает паралич, а затем отёк квинке. К тому же он крайне болезненный, но я надеюсь, уколы помогут справиться. Надеюсь, милый, у тебя сильное сердце. Закидываю рюкзак на спину, хватаю мужа за руки и волоком тащу к убежищу. Быстрее, быстрее... Ну же! Боже, какой же ты тяжёлый. Дыхание сбилось, сердце сейчас выскочит из груди, ноги и руки дрожат, но я изо всех сих тащу его к мусорке.
- Мама, - слышу я Монику.
Отредактировано: 09.11.2023