Новая жизнь

Глава 9-2

— Я знаю твоего отца, — наконец сказал он низким голосом. — И знаю, что он совсем не тот человек, за которого себя выдаёт. Внешне он — уважаемый, влиятельный, умеющий держать маску. Но за этой маской скрывается другое лицо. Поверь, я слишком хорошо видел его настоящего. — Павел сжал кулаки, словно стараясь унять дрожь. — Я тоже оказался втянут в его дела. И этот брак… — он сделал паузу и посмотрел прямо мне в глаза, — это не просто формальность. Это единственный способ защитить и тебя, и себя от его влияния.

Я замерла. В его словах чувствовалась сила и правда, но вместе с тем они рождали ещё больше вопросов, чем развеивали.

— Защитить? — мой голос дрогнул, а сердце заколотилось ещё сильнее. — От чего именно? От кого?

Павел отвернулся, подошёл к окну и прижался ладонью к холодному стеклу. Снаружи сгущались сумерки, небо медленно темнело, будто и сама природа откликалась на нашу тяжёлую беседу.

— От того, что он может сделать с тобой, если ты останешься одна, без моей поддержки, — голос Павла стал твёрже, почти холодным. — От его долгов, от его врагов. Ты — его единственная дочь среди пятерых сыновей, и это делает тебя особенно уязвимой. В его мире женщина не ребёнок и не наследница, а разменная монета. А я… — он замолчал на миг, будто решая, стоит ли говорить дальше, — я тоже оказался в его паутине. От него я и пытался скрыться здесь, в этом доме. Но твой отец нашёл нас обоих по твоему телефону, который ты прихватила с собой из семейного дома. Кстати, теперь он у него.

Я смотрела на его спину, пока он не двигался у окна, и пыталась осмыслить услышанное. Всё это казалось безумным, нереальным, словно я вдруг оказалась героиней запутанного детектива или драмы, где нет места случайностям. Но холодный страх, поселившийся во мне с тех пор, как я сбежала из родительского дома, теперь переплёлся с новым, странным и непривычным чувством — доверием к этому человеку, который ворвался в мою жизнь так неожиданно и при этом знал о моём отце больше, чем знала я сама.

«Долги? Враги? Паутина?» — эхом отдавались слова Павла в моей голове. Я лихорадочно перебирала воспоминания, пытаясь сопоставить образ отца, которого знала я, с тем монстром, которого описывал Павел. Да, отец всегда был жестким, властным, привыкшим подчинять своей воле всех вокруг. Он мог наорать на нас, унизить, наказать молчанием или взглядом, от которого хотелось провалиться сквозь землю. Но чтобы настолько?..

Перед глазами всплывали детали, на которые я раньше не обращала внимания: поздние звонки, резкие смены настроения, внезапные поездки, запертые кабинеты, куда нельзя было входить. Его редкие улыбки, которые никогда не доходили до глаз. И холод, который он излучал, когда принимал решения, касавшиеся «дела». Мы не знали, чем именно он занимается, но всегда верили, что это — бизнес. Обычный бизнес.

А если это была ложь? Если вся наша жизнь — его красивая декорация, прикрывающая бездну?

Павел повернулся ко мне, и в его глазах читалась искренняя тревога, перемешанная с решимостью.

— Я понимаю, — начал он тихо, почти шёпотом, — тебе трудно в это поверить. Но поверь, ты в опасности. И я тоже. Только вместе у нас есть шанс выжить. — Он сделал шаг ко мне и осторожно взял мою руку в свою, словно боялся, что я отдёрну её. — Доверься мне. Дай мне время доказать, что всё, что я говорю, — правда.

В его прикосновении было что-то большее, чем просто поддержка: сила, уверенность, обещание защиты. Его ладонь была тёплой, и эта простая, почти бытовая деталь вдруг разломила лёд, сковывавший мою душу. Я неожиданно поняла, что впервые за долгое время чувствую себя не одинокой в многолюдном мире. Страх, конечно, никуда не исчез, но рядом с ним вспыхнула крошечная искорка надежды. Надежды на то, что Павел действительно говорит правду. Надежды на то, что вместе мы сможем выстоять против отца и его тёмных дел.

— Хорошо… — прошептала я, голос дрогнул, и слёзы сами побежали по щекам. — Я доверяю тебе. Но… расскажи мне всё. Я должна знать, с чем мы имеем дело.

Павел кивнул, крепко сжимая мою руку, будто заклинал меня не бояться.

— Я расскажу, — произнёс он твёрдо. — Всё, что знаю. Но не сейчас. Сейчас нам нужно отдышаться и собраться с мыслями. Завтра утром поговорим. — Его голос звучал так уверенно, что я не решилась спорить что-либо ещё.

Он отвёл меня к дивану, аккуратно укрыл плечи пледом, словно я была чем-то бесценным и хрупким. Потом сел рядом, не отпуская мою руку.

— Постарайся уснуть, — тихо сказал он. — Я буду рядом.

Я закрыла глаза, стараясь уловить его дыхание, ровное и спокойное, будто убаюкивающее. Внутри всё ещё бушевал хаос из страхов, догадок и воспоминаний, но сквозь этот ураган начало пробиваться новое чувство — чувство благодарности и робкой, хрупкой надежды на светлое будущее.

Я знала, что ночь будет долгой, а утро — тяжёлым. Но впервые мне казалось, что у меня есть союзник. Настоящий.