Новогодние игрушки

20

Машина виляла по дороге, объезжая других участников дорожного движения. Мне хотелось кричать, чтоб водитель ехал аккуратнее, ведь шансов разбиться со мной у машины было больше, чем без меня, но я молча смотрел на дорогу, благодаря Богу за каждый удачный манёвр таксиста. Он же посматривал на меня через зеркало заднего вида, как будто спрашивал: что ты там забыл? Если бы можно было отвечать на мысленные вопросы, то мой ответ был бы простым: не знаю.

— Я дальше не поеду, — таксист остановил машину на том же месте, где нас высадили в прошлый раз, ориентируясь по каким-то понятным для себя знакам 

— Знаю, — кивнул я, протягивая деньги. — Просит ждать не буду, а обратную машину снова вызову через приложение. В любом случае — спасибо.

Таксист взял деньги, кинул их в бардачок и повернулся ко мне. 

— Если всё знаешь, — сказал он, окинув глазами местность по сторонам, — то зачем туда идёшь?

— Зачем?..

Я снова задумался, вспоминая о Лене, Гоше и Валике. Что тебе сказать, дядя? Поведать историю моей надежды на спасение? Или рассказать об умершей невесте, которая держала меня за куртку, не отпуская от гроба? Мне кажется, что ты и так много подобных историй знаешь, так что мои ничего в твоей жизни не изменят.

— Секрет? — спросил водитель, как-то грустно улыбнувшись.

— Не знаю что сказать, — я решил быть честным, чем вызвал одобрительный кивок собеседника.

— Ладно, твоя жизнь и твоё решение. Удачи! Хотя, в этом месте про неё не слышали.

— Спасибо!

Я вышел из такси, направляясь к знакомым домам на горизонте. Сзади заревела машина, пропадая где-то за поворотом. В этот раз я шёл один, да и цели у меня были теперь совсем другие.

Мотоцикл так и стоял во дворе дома. Где-то там его хозяин, оберегающий «железячку» внука. Пара окурков лежала внутри перед облупившимся забором, указывая на живущих в доме людей. Один из них ещё дымил, из чего я сделал вывод, что совсем немного разминулся со стариком. Окинув на прощание мотоцикл, я побрёл дальше, вспоминая двор, у которого стоял Валик.

Магазин я узнал сразу. Моментально вспомнился запах кофе и тощая продавщица, шлёпающая по залу с подносом. А вот и лавочка, на которой сидел сумасшедший! Если мне не изменяет память, то за той синей калиткой он и исчез, спасаясь от кулака нашего будущего проводника.

Я подошёл поближе и заглянул во двор. Прислонившись к стене кирпичного дома, там стоял знакомый мне посох, а, значит, Валик дома. Я поискал звонок возле калитки, но ничего не нашёл. Пришлось по старинке стучать кулаком, отчего местность вокруг наполнилась грохотом металлической двери. Оглянувшись вокруг, я увидел, как в окошко магазина прошмыгнула чья-то голова. Ладно, с этим мы потом разберёмся и зайдём туда обязательно, а сейчас, мне бы поймать психа за одно место, да выпытать у него тайну спасения.

Я видел, как в окнах соседних домов двигались занавески, скрывая от меня наблюдающих за смертником местных жителей. Возможно, где-то там притаился и Александр, наш горе-проводник, а я бы с ним тоже пообщался. Вроде мы расстались неплохо, и денег ему я дал нормально. Да, ещё и выпивкой угощал! Так что перед ним должок и ещё пара историй, которые могут мне пригодится при поиске выхода из моей смертельной ситуации.

В доме скрипнула дверь, и я повернулся в сторону двора, отыскивая сумасшедшего. Вместо его на меня смотрела седовласая женщина в зелёной вязанной кофте. В одной руке она держала книгу, а второй оперлась о дверь.

— Здравствуйте! — немного раздосадовано крикнул я. — А Валика можно?

Женщина посмотрела себе за спину, заглядывая внутрь дома. Она положила на что-то книгу и вышла на порог.

— А вы, собственно, кто? — она скрестила руки на груди, показывая свою непоколебимость.

— Я? Ну, я тот человек, которому он предсказал смерть от рук Васьки. Точнее, я один из трёх…

Она поводила головой, что-то рассматривая возле магазина. Затем, разведя руки, спокойно сказала:

— Вижу, что пришёл один, так что, как я понимаю, предсказание Валика сбылось. В чём тогда вопрос?

Я смотрел на эту непробиваемую женщину, стоящую со спокойным каменным лицом, отчего где-то внутри закипала злость.

— Как вы не понимаете! — начал я, но тут же осёкся, осознав, что могу испортить ещё не начавшиеся доверительные отношения. Пришлось говорить спокойнее, но с прежним нажимом. — Мои друзья умерли! Сам я чуть не повесился на галстуках! А ваш сын… Понимаете, мне сказали, что он выжил после похода к дубу, но это же нереально! Васька забирает всех, кто побывает под дерево, а ваш сын ещё и фотографировался там! А это… это самое большое преступление, по мнению мёртвого священника! Ну, я так понял…

— Мужчина, мой сын болен. Он видел, как умер его родной брат — мой старший сын. Что видел под дубом — одному Богу известно, так как он всё забыл в тот же день. Психологи сказали, что это какой-то защитный механизм, спасший его сознание от разрушения. Да, он не умер, но стал сумасшедшим. Вас эта участь миновала, так что готовьтесь к скорому разрешению вашего вопроса.