Новогодние тайны

Глава 9.

Листочек едва успел отпрыгнуть в сторону. Липкая белая масса обрушилась на то место, где он только что стоял, и начала растекаться по полке.

— Как неожиданно! — детектив посмотрел наверх.

На третьей полке стояла старая жестяная банка сгущённого молока с дыркой в боку. Рядом никого не было видно.

— Это покушение! — воскликнула Вафельная Трубочка, подкатываясь к Листочку. — На вас напали!

— Не просто покушение, — сказал Листочек, вытирая плащ. — Это предупреждение. Кто-то очень не хочет, чтобы я продолжал расследование.

Порфирий Порфирьевич тут же закрыл банку и больше не отвечал на стук.

— Значит, я близок к разгадке, — пробормотал детектив. — Очень близок.

Он поднял взгляд и окинул полку внимательным взором. Пряники продолжали философствовать. Мармеладный Ёжик сидел в углу. Сахарница Сахара Сахаровна говорила что-то о «временах разгула преступности».

А в самом дальнем углу полки стояла старая, покрытая пылью жестяная баночка. На ней выцветшими буквами было написано: «Мята перечная».

— Вот кого я ещё не опросил, — задумчиво произнёс Листочек.

Прежде чем идти к Мяте, Листочек решил проверить ещё одну зацепку. Мармеладный Ёжик говорил о «шипении» и «капающем звуке». Это могло указывать на жидкость. А единственная подозрительная жидкость на третьей полке — это...

Детектив спустился на уровень ниже, где располагалась большая плетёная хлебница. Он редко бывал в этих краях — хлебные изделия вели замкнутую жизнь и не особо интересовались делами остального Кухнеграда.

Протиснувшись через щель, Листочек оказался внутри.

Здесь был полумрак и пахло дрожжами. В углу лежал Батон Корочкин — старый, слегка зачерствевший, но полный достоинства. Рядом примостились Булочки, а на почётном месте восседала Плюшка с корицей.

— Простите, — вежливо начал Листочек. — Детектив. Расследую пропажу. Не видели ли вы кого-нибудь странного, кто бы мог пробираться через хлебницу?

Батон медленно повернулся:

— Кого-нибудь странного? Мы здесь видим только себя и редких гостей вроде вас. Но...

— Но? — переспросил Листочек.

— Но сегодня ночью я слышал шаги. Лёгкие, быстрые.

— А голоса?

— Нет. Только шипение. Как будто кто-то что-то распылял.

Листочек нахмурился. Картина начинала складываться.

— Спасибо. Вы очень помогли.

Листочек вернулся на верхнюю полку буфета. Жестяная баночка с Мятой стояла в самом тёмном углу, за банкой с кофе. Она была старой, покрытой пылью, с облупившейся краской.

Детектив осторожно подошёл ближе. Баночка была приоткрыта, и из щели доносился слабый, едва уловимый аромат мяты — но не свежей и бодрящей, а скорее увядшей.

— Мята Перечная! — позвал Листочек. — Я детектив Листочек. Могу я с вами поговорить?

Длительное время ответа не было. Потом раздался скрипучий голос:

— Детектив? Как интересно. Ко мне давно никто не приходил. Все забыли про старую Мяту.

— Это несправедливо, — вежливо ответил Листочек. — Могу я войти?

— Входите, входите. Всё равно я тут одна.

Листочек заглянул внутрь.

Мята Перечная теперь была больше похожа на коричневую труху. Но её листики ещё сохраняли форму, и в них чувствовалась прежняя гордость.

— Меня купили для мохито. Знаете, что такое мохито? Освежающий коктейль! Я должна была стать звездой вечеринки!

— И что случилось?

— А то, что Елена Станиславовна потом сказала, что алкоголь — это вредно, и переключилась на соки! А меня забыла здесь! В буфете! Рядом с кофе и сахаром, которые используют каждый день! Я слышу их смех, их разговоры, как они радуются… А я? Я засыхаю!

— Это действительно обидно. Но при чём тут карамельная капля Вафельной Трубочки? Признайтесь, что вам помогала Сгущёнка.

Мята вдруг замолчала. Это было подозрительно.

— Не знаю, о чём вы, — наконец-то произнесла она.

— Зачем? Зачем вам чужие сладости?

Мята продолжительное время молчала. Потом призналась:

— Я хотела почувствовать себя нужной. Хотела иметь хоть какое-то... богатство. Хоть что-то своё. Если я не могу быть полезной для людей, то хотя бы буду самой богатой на этой полке! Пусть все эти Пряники и Трубочки завидуют!

Детектив вздохнул:

— Знаете, в чём ваша ошибка? Вы искали справедливости не там.

Мята всхлипнула. Точнее, издала звук, похожий на шуршание сухих листьев:

— А что мне делать? Я уже никому не нужна!

Листочек задумался. Потом улыбнулся:

— А вот тут вы ошибаетесь.

Через час на верхней полке буфета собралась целая команда. Вафельная Трубочка, с возвращённой карамельной каплей, Сахарница Сахара Сахаровна, Пряники «Три Мудреца», Мармеладный Ёжик и даже Какао-порошок.

— Итак, — произнёс Листочек, — преступление раскрыто. Мята Перечная признаёт свою вину и готова возместить моральный ущерб.

— Как именно? — подозрительно спросила Трубочка, крепко прижимая к себе карамельную каплю.

— У меня есть предложение, — продолжил детектив. — Во-первых, Мяту нужно переселить. Я предлагаю маленькую вазу на подоконнике. Там солнечно, свежий воздух, и её аромат будет естественным образом освежать кухню.

— Вазу? — недоверчиво переспросила Мята. — Но я же высохшая...

— Не важно. Даже сухая мята полезна. Елена Станиславовна часто смотрит на подоконник — наверняка заметит вас и найдёт применение. Может, для саше в шкаф, может, для отвара. Но вы будете полезны!

— Правда? — спросила Мята.

— Обещаю организовать переезд, — кивнул Листочек. — Но есть одно условие — вы должны извиниться перед всеми, кого обидели.

Мята стыдливо шелестнула:

— Простите меня. Я была глупа и зла.

Вафельная Трубочка махнула краешком:

— Ладно уж. Главное, что карамельная капля вернулась.

— Детектив! — произнесла Мята. — Спасибо. Вы... вы дали мне второй шанс.

— Каждый заслуживает второго шанса, — улыбнулся Листочек. — Даже высохшая мята. Главное — не сдаваться и искать своё место.